Страница 10 из 42
Глава 3 Обед с мафией
Глава 3 Обед с мафией
Его взгляд скользнул по лицам присутствующих. Каждый из них казался частью тщательно продуманного механизма, где роли были четко распределены, а намерения скрыты за маской вежливости. Он чувствовал себя песчинкой, занесенной ветром в этот закрытый мир, где правила игры были ему совершенно неизвестны.
Изольда, тем временем, отложила вилку и обратилась к брату:
— Рудольф, ты так и не рассказал мне, что именно ты знаешь о дядюшке Кая. Ты упомянул его как «кудесника», но это звучит как сказка. Я предпочитаю факты, а не вымыслы.
Рудольф усмехнулся:
— Факты, Изольда? Факты таковы, что этот «кудесник» обладает способностью возвращать молодость. Его методы, конечно, окутаны тайной, но результаты говорят сами за себя. Его клиентки, как я уже говорил, преображаются до неузнаваемости. И, что самое интересное, они часто меняют свою жизнь кардинально.
— И ты хочешь сказать, что я, вдова, могу стать одной из таких… «юных девиц»?' — Изольда подняла бровь, в ее глазах мелькнул вызов.
— Почему бы и нет? — Рудольф пожал плечами. — Мир меняется, Изольда. И кто знает, может быть, тебе стоит попробовать что-то новое. Что-то, что вернет тебе былую энергию и… привлекательность.
Кай почувствовал, как напряжение в комнате нарастает. Он понимал, что его присутствие здесь не случайно, и что разговор о его дяде — лишь предлог для чего-то большего. Он старался сохранять спокойствие, но внутри него боролись любопытство и страх.
— Привлекательность — это преходящее, Рудольф, — задумчиво произнесла Изольда. — А вот мудрость и опыт — это то, что остается. И я не уверена, что готова променять их на мимолетную юность.
— Но ведь никто не говорит о полном отказе от мудрости, — возразил Рудольф. — Скорее, о возможности взглянуть на мир свежим взглядом, с новой силой. Представь, Изольда, как бы ты себя чувствовала, если бы могла снова ощутить вкус жизни в полной мере, без ограничений возраста.
Кай наблюдал за этой игрой слов, понимая, что каждый из них пытается манипулировать друг другом. Он был лишь наблюдателем, но чувствовал, что его судьба может быть тесно связана с исходом этого разговора. Он вспомнил слова Лиры о том, что в этом доме все имеет значение, и понял, что даже его молчание сейчас может быть истолковано по-своему.
Внезапно Изольда повернулась к Каю, ее взгляд стал более пристальным.
— А ты, юноша, что думаешь об этом? Ты ведь пришел сюда с Лирой, как я понимаю. Ты знаешь своего дядю. Он действительно такой… волшебник?
Кай почувствовал, как все взгляды обратились к нему. Он глубоко вздохнул, пытаясь подобрать слова.
— Мой дядя… он человек с необычными талантами. Он всегда верил в то, что возможно все, если приложить достаточно усилий и веры.
— Вера — это хорошо, — кивнула Изольда. — Но я предпочитаю видеть доказательства. И если твой дядя действительно способен на такое, то я, возможно, захочу увидеть его в деле.
Рудольф улыбнулся, довольный тем, как развивается разговор.
— Вот видишь, Изольда? Я же говорил, что это может быть интересно. Кай, ты передашь мое предложение моему дяде?
Кай почувствовал, как на него ложится огромная ответственность. Он понимал, что от его ответа зависит многое, возможно, даже его собственная безопасность.
— Я… я передам ему ваше предложение, мистер Бертаните, — ответил Кай, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. Он чувствовал, как напряжение в комнате немного спало, но взгляд Изольды оставался проницательным, словно она пыталась прочесть его мысли.
— Прекрасно, — произнес Рудольф, и в его голосе прозвучала нотка удовлетворения. — А теперь, давайте насладимся ужином. Уверен, что аромат этого мяса способен пробудить аппетит даже у самого скептически настроенного гостя.
Прислуга продолжила подавать блюда, и Кай, несмотря на внутреннее волнение, почувствовал, как голод берет свое. Он взял нож и вилку, стараясь подражать манерам присутствующих, хотя каждое его движение казалось ему неуклюжим и неуместным. Он наблюдал за Лирой, которая держалась с удивительным достоинством, поскольку была здесь своей. Ее присутствие давало ему некоторую опору в этом чужом и пугающем мире.
Разговоры за столом возобновились, но теперь они виделись Каю еще более значимыми. Он улавливал обрывки фраз, которые, казалось, касались каких-то деловых вопросов, но контекст ускользал от него. Он понимал, что находится в эпицентре чего-то важного, но не мог определить, что именно.
Изольда, тем временем, снова обратилась к брату, но на этот раз ее тон был более мягким, почти задумчивым.
— Рудольф, ты говоришь о возвращении молодости, о новой энергии. Но что, если истинная сила не в этом? Что, если истинная сила — в мудрости, которую мы приобретаем с годами? В умении видеть суть вещей, а не только их внешнюю оболочку.
— Мудрость, конечно, бесценна, Изольда, — ответил Рудольф, его улыбка стала менее лукавой, более искренней. — Но разве мудрость не становится еще более ценной, когда она сочетается с силой и возможностью действовать? Представь, сколько всего ты могла бы сделать, если бы у тебя была энергия юности, но при этом сохранялась бы вся твоя мудрость и опыт.
Кай слушал их, и ему казалось, что он становится свидетелем не просто семейного разговора, а какого-то тонкого психологического поединка, где каждый ход продуман, а каждое слово несет в себе скрытый смысл. Он чувствовал, что его дядя и возможность его корпорации по омоложению стали лишь одной из тем, которые обсуждались, но при этом они были ключом к чему-то большему. Но что крылось во всем этом?
Мафиозо явно лукавил, обещая сестре мудрость ее возраста и молодое тело, поскольку Кай только что на прогулке озвучил ему некую истину о том, что и мозг пациенток омолаживается практически до подросткового. И еще — Кай прекрасно знал реальный исход всех омолодившихся дамочек. Ему стало по-настоящему страшно. Подменить в конечном итоге Изольду ее молодым клоном, а обезумевшую старушку отправить в пансион для дожития было для парня недопустимо. Но он не мог никому открыть тайну дядюшки.
— Возможно, ты прав, — тихо произнесла Изольда, и в ее голосе прозвучала нотка сомнения. — Но я всегда считала, что истинное счастье — в принятии себя, в гармонии с тем, кто ты есть. А попытки изменить себя, стать кем-то другим… это может привести к разочарованию.