Страница 50 из 85
— Ты классно его отвлекала, – похвалил Денис на ходу.
— Толку-то, – произнесла Лена, с досадой глядя в его безупречно прямую спину.
— Толк как раз есть. – Он приостановился, хитро улыбнулся и тут же зашагал дальше.
— Не стыдно тебе улыбаться? Ты ведь не выполнил своего обещания.
— Почему ты так решила?
— Где картина?
— В надежном месте.
— Болтаешь? – Она боялась верить ему, чтобы не лишиться последней капельки грез.
— Да нет. – Денис неожиданно круто свернул к продуктовой палатке.
— Куда ты?
— Сюда. Тут твоя картина. – Он подмигнул молоденькой продавщице, зашел в фургончик сбоку и через секунду появился оттуда с аккуратным газетным свертком в руках. – На, держи.
Лена дрожащими руками надорвала упаковку. Вот он! Ее «Миг счастья..», целый и невредимый. Теперь никто не сможет его сжечь.
— Странно бы я выглядел, если бы принес ее к воротам, не находишь? – Денис весело усмехнулся.
Она смотрела на него как на чудо морское.
— Ты что.. правда перелез?
— Нет, подкоп сделал.
— Я серьезно, Ден!
— А если серьезно, то с тебя новые джинсы. – Он нагнулся и принялся осматривать прореху в штанине, которую Лена сразу не заметила.
— Ты не поранился? – встревожилась она.
— Еще чего, – произнес он самодовольно.
— Ну ты и циркач, – проговорила Лена с уважением.
На сердце у нее полегчало. Значит, Аполлинарий не сгинет бесследно. От него останется хотя бы одна частичка. Эта картина. Она ласково поглядела на Дениса, который, отчего-то притихнув, шел рядом.
— Спасибо.
— Не стоит благодарностей. Ты мне лучше выдай материальную премию.
— Сколько?
— Сколько не жалко.
Лена протянула ему кошелек.
— Бери сам.
— Ой, какая ты добрая, тетя Лена! – Денис шутливо покачал головой, но кошелек взял. Выудил из него почти все сотенные купюры, сунул себе в карман. – Мерси.
Девчонка-продавщица с любопытством смотрела на них из окошка своего фургончика. Лена ощутила неловкость и смущение и дернула Дениса за рукав.
— Пойдем отсюда.
— Пошли, – согласился он.
Они отправились дожидаться троллейбуса. По пути Лена вспомнила, о чем хотела его спросить, сразу, как только увидела у ограды.
— Как узнал, что произошло? Ты же спал, когда я уходила.
— Не спал.
— Притворялся, значит?
— Значит.
— Зачем? – Она усмехнулась.
— Просто так. Чтобы ты дома не начала орать. А то все соседи бы сбежались.
— Надо Томке сообщить, что мы спасли картину, – сказала Лена, – а то она рыдает сидит.
— Она рыдает? – не поверил Денис.
— Да, а что?
— Ничего. Я думал, это только ты такая чумовая.
— Я тебе дам «чумовая»! – огрызнулась Лена. – Об этой картине еще весь мир узнает.
— Откуда? – Денис насмешливо прищурился. – Не из твоей ли книги?
— Из моей.
— Держите меня, я умираю. – Он закачался на месте, делая вид, что вот-вот упадет, и схватился за Лену.
— Прекрати паясничать. Не веришь, не надо. Очень нужно! Только язык держи за зубами, а то деньги обратно заберу и оставлю десять рублей на проезд.
— Так нечестно. Я, можно сказать, своей одеждой рисковал.
— Ну не головой же! – Лена невозмутимо улыбнулась и прижала картину к груди.
— А если бы головой? – неожиданно серьезным тоном поинтересовался Денис. – Тогда бы ты со мной была более ласкова?
— Я и так с тобой очень ласкова. Слишком, на мой взгляд. – Лена вдруг вспомнила свои утренние мысли и ощутила злость на саму себя. Побыла дурочкой – и довольно, пора уже остановиться.
— Вот что, Ден, – проговорила она как можно суровей, – осталась неделя. Ты об этом помнишь?
— Помню, – отозвался он спокойно.
— Куда потом?
— Еще не решил. Дашь денег, может, комнату сниму.
— А работать пойдешь? Я могу попросить Томкиного мужа, он возьмет тебя к себе.
— Только вместе с тобой. – Денис нахально ухмыльнулся. – Ты ведь теперь тоже безработная.
— Ну уж нет. – Лена протестующе замахала рукой. – Я предпочту вообще с тобой больше не встречаться.
— Неужели я тебя так достал?
— До печенок.
Он кивнул и замолчал. Подъехал троллейбус. Они зашли, сели на свободное место. Картину Лена держала на коленях.
— Хочешь посмотреть? – Она легонько ткнула Дениса локтем.
— Ну.
Лена осторожно развернула газету. Он пару минут внимательно изучал пейзаж.
— Здорово, правда? – не вытерпела Лена.
— Не вижу ничего особенного. Чепуха какая-то. При чем тут счастье?
— Как при чем? Тепло, светло, есть кров, еда – что еще надо всем этим существам?
— Не поймешь вашего Феофанова. – Денис пожал плечами. – Ты же говорила, он женщин любил.
— Говорила.
— А чего ж рисовал сплошных букашек?
— Ден, ты дурак, – лаконично сказала Лена.
— Не больший, чем твой гениальный художник-поэт.
— Больший. Гораздо больший. Не всем же голых баб малевать, подобно Петру. Существуют другие темы. Есть многое, чего ты попросту не знаешь.
— Чего это я не знаю? Ежа не видел, что ли? Или, может быть, белку? – Денис ткнул пальцем в картину.
— Осторожно! – Лена оттолкнула его руку. – Испортишь.
— Полный идиотизм, – подытожил Денис, отворачиваясь.
— Зачем ты тогда лазил через ограду? – Лена попыталась заглянуть ему в лицо, но он молча уставился в окно.
— Эй, – она подергала его за плечо, – зачем штанину рвал, я спрашиваю?
— Отстань. – Денис скинул ее ладонь.
— Не отстану. Надо отвечать за свои слова и поступки.
— Вот сама и отвечай. А меня оставь в покое. Я устал. Спать хочу. Твоя Томка меня разбудила. – Он привалился к ее плечу и прикрыл глаза, давая понять, что разговор окончен.
Лене стало ясно, что она застала его врасплох. Презрение к Феофанову он больше изображает, чем испытывает на самом деле. А вот зачем – уже другой вопрос. Чтобы на него ответить, нужно до конца понять самого Дениса, а это у Лены никак не получалось.
Она не стала ничего больше говорить и молчала до самого дома.
В квартире царил кавардак. По прихожей валялась раскиданная обувь, постель была не застелена, створки шкафа распахнуты настежь.
Денис, только зайдя в комнату, сразу завалился на диван. Лена начала было прибираться, но почувствовала, как желудок сводит голодная судорога, и вспомнила, что вылетела из дому без завтрака.
— Ты ел что-нибудь? – спросила она.
— Нет.
— Что тебе приготовить?
— Ничего.
— Как это?
— Я не хочу.
Она подошла к дивану, глядя на него с удивлением.
— Ты что, обиделся на меня?
— Нет.
— А в чем тогда дело?
— Да ни в чем. Просто действительно не выспался.