Миг счастья ускользающий

Лена наспех пригладила щеткой волосы, слегка подкрасила глаза и губы – как прежде, ровно настолько, чтобы не выглядеть совсем уж кикиморой. Кинула беглый взгляд на Дениса и не почувствовала ничего, кроме отвращения и стыда. Затем вышла в прихожую, надела пиджак, босоножки и распахнула входную дверь.

Она решила не ждать троллейбуса и тут же, у дома, поймала частника. Тот за пятнадцать минут привез ее на Бауманскую.

Охранника Лена увидела сразу. Он действительно напоминал орангутанга – здоровенный, плечистый детина, с излишне развитыми надбровными дугами и челюстями, зато почти начисто лишенный глаз. Вместо них на Лену холодно глядели две узкие щелки.

— Куда?

— Я здесь работаю. – Она попыталась заглянуть ему за спину.

— Где здесь? Музея больше нет.

— Разрешите мне зайти, – попросила Лена, – всего на три минуты. Я возьму что-нибудь из экспонатов.

— Посторонним вход на территорию воспрещен.

— Какая же я посторонняя? – возмутилась она. – Меня здесь каждая собака знает.

— Мне нет дела до собак, – сухо сказал Орангутанг. – Отойдите от ворот.

— Дайте я хоть картину заберу! Она уникальная, ей нет аналогов.

— Уникальное, девушка, хранится в Лувре. – Глаза-щелки насмешливо сверкнули.

«Неужели эта обезьяна знает, что такое Лувр? – с горечью удивилась Лена. – Небось ездил в Париж, охранять босса».

— Пожалуйста, – проговорила она, чувствуя, как ее душат слезы отчаяния.

— Отойдите, – повторил Орангутанг, слегка повысив голос.

— Сволочь! – Лена больше ничего не боялась. Ну что он ей сделает, этот неандерталец? Ударить не ударит, а во двор все равно не пустит. – Холуй! Прихлебатель паршивый!

— Будете ругаться, вызову милицию, – невозмутимо произнес Орангутанг.

— Зови хоть папу римского, – грубо сказала Лена.

— Бешеная! – Монолитное лицо охранника начало терять спокойствие.

Лена рванулась вперед и тут же наткнулась на его кирпичный торс, будто напоролась на стену.

— Хулиганка!

— Варвар! Все вы варвары! Все!! – Она заплакала, беззвучно и горько.

Кто-то дотронулся до ее плеча. Лена повернулась в надежде увидеть Тамару. Однако перед ней стоял Денис.

Вся злость на охранника мигом нашла выход.

— Ты-то здесь зачем? – не помня себя, заорала Лена. – Куда ты притащился? Кто тебя звал? Убирайся немедленно! Слышишь, убирайся!

От собственного крика ей сделалось совсем худо. К щекам хлынула кровь, в висках застучало.

Денис поморщился и закрыл уши руками.

— Так и оглохнуть можно. Ты рехнулась?

— Уезжай! – Лена толкнула его в грудь. – Из-за тебя все! Из-за тебя!

— Да что из-за меня? Продали ваш музей? Я-то тут при чем? – Он покрутил пальцем у виска и выразительно свистнул. – Совсем тю-тю? Давай отойдем.

— Никуда я не отойду! – Она небрежно отерла ладонью слезы. – Я убью этого подонка! Пусть отдаст картину!

— Вот об этом и побеседуем.

— Отстань!

— Лена! Ле-на, – смешно протянул Денис и поймал ее за обе руки, – уймись. А то тебя заберут в обезьянник. Иди сюда. – Он силой отвел ее от ограды.

— Ну? – Она смотрела на него, тяжело дыша.

— Где твоя картина?

— Какая разница?

— Большая. Где она, в особняке?

— Во дворе. Сзади.

— Как она выглядит?

— Обыкновенно, как еще.

— Я спрашиваю, формат какой? Там ведь у вас еще и другие картины есть? Чтоб не перепутать.

Лена глянула на него внимательно и пристально.

— Ты что, собираешься вытащить ее оттуда?

— Да. – Денис спокойно выдержал ее взгляд.

— Каким образом?

— Перелезу через ограду.

— Трепло! – презрительно проговорила Лена. – Ты хоть бы думал, что врешь!

— Я думаю.

Она выразительно поглядела на острые двухметровые чугунные пики и устало опустила голову.

— Делай что хочешь. Мне все равно.

— Вот что, – Денис расстегнул ее сумочку, – доставай косметику, зеркальце и все остальное. Приведи себя в божеский вид.

— Зачем?

— Затем. Подойдешь сейчас обратно к охраннику. Попросишь закурить.

— Может, мне еще с ним поцеловаться? – Лена вновь почувствовала, как закипает гнев.

— Это как хочешь, по желанию. – Денис пожал плечами. – Главное, чтобы ты его отвлекла. Минут на десять.

— Денис, тебе не перелезть. – Она снова с тоской глянула на пики. – Тут и зацепиться не за что.

— Давай не будем спорить, – проговорил он с неожиданной мягкостью. – Ты сделаешь, как я сказал?

— Да. – Лена прерывисто вздохнула. Достала из косметички пудреницу и помаду, тщательно подретушировала лицо.

Денис оглядел ее и удовлетворенно кивнул:

— Годится. Теперь иди.

Она вновь приблизилась к ограде. Орангутанг покосился на нее с опаской.

— У вас.. закурить не найдется? – спросила Лена, стараясь, чтобы в голосе не звучало агрессии.

— Закурить? – Охранник удивленно поднял брови. – Да, конечно. – Он полез в карман форменного бушлата и вынул пачку. – Пойдет?

Лена кивнула. Он чиркнул зажигалкой перед ее лицом.

— Благодарю. – Она одну за другой сделала пару глубоких затяжек и почувствовала, как наступает успокоение.

— Не за что. – Тонкие губы Орангутанга скривились, изображая подобие улыбки.

— Вы извините, что я вам тут наговорила всего. Нервы разгулялись. – Лена коротко усмехнулась.

— Ничего, – глуховатым от смущения басом произнес охранник.

— Десять лет тут отработала. А теперь «выходи, приехали». Обидно.

— Обидно, – согласился парень. Теперь Лена видела: не такой уж он и страшный, даже по-своему симпатичный, просто черты лица грубоватые, будто топором высеченные. – Вы.. если хотите еще курить, так я дам. Не стесняйтесь.

— Спасибо.

В сущности, он ни в чем не виноват, просто выполнял указания начальства, опасался работу потерять. Сейчас все боятся лишиться своего места, время такое.

Они поболтали о том о сем. Парень представился Сергеем, рассказал, что в фирму устроился только два дня назад. Лена незаметно глянула на часы – прошло уже пятнадцать минут. «Ну, и где он? – с раздражением подумала она о Денисе. – Только и умеет, что болтать без толку».

Прошло еще четверть часа, и она наконец увидела его. Денис неспешным шагом шел к воротам – лицо непроницаемое, руки в карманах джинсов. Лена почувствовала, как ее оставляет последняя надежда. Ничего он не сделал, картину не достал, даже наверняка во двор не попал. И еще имеет наглость смотреть на нее как ни в чем не бывало.

— Пошли, – коротко велел он, приблизившись.

Лена кивнула охраннику в знак прощания и молча направилась вслед за ним.