Миг счастья ускользающий

В автомобиле уже были полностью спущены все четыре стекла. Тихонько работал двигатель. Курчавый держал руки на руле, готовый в любой момент газануть.

Семена Ильича устроили посередине между Денисом и Леной, дали ему еще одну таблетку, и машина плавно тронулась с места.

Вопреки Лениным опасениям, тряска в машине Семену Ильичу не повредила. Наоборот, ему стало даже лучше, возможно, от резкого притока свежего воздуха. Так или иначе, меньше чем через полчаса они уже стояли у его дома.

Квартира Семена Ильича находилась на втором этаже. Как только машина подъехала, из окна выглянула энергичная пожилая женщина с моложавым, загорелым лицом и эффектной сединой в черных волосах. Это была супруга директора, Мария Павловна, та самая Маруся, предостережениями которой пренебрег бедолага. Увидев мужа, на трясущихся ногах вылезающего из салона, она всплеснула руками.

— Сеня, что стряслось?

— Ничего, – сквозь зубы произнес Семен Ильич, избегая глядеть на жену.

— Тебе стало худо? – тут же догадалась та. – Ну вот! Я же говорила! Как в воду глядела! Лена, где вы его нашли?

— В музее, Мария Павловна. Я тоже пришла туда по делам. Там было очень душно и..

— Понятно, – перебила Мария Павловна, – Семен и так еле ходит, так еще нужно было тащиться в этот музей, будь он неладен! Вы доведете его наверх?

— Конечно, доведем.

— Спасибо. Я вас жду. – Мария Павловна исчезла из окна.

Семен Ильич осторожно высвободил свою руку из Лениной и самостоятельно побрел к подъезду.

— Смотри-ка, оклемался, – негромко произнес Денис. В его голосе Лена уловила насмешку.

— Если хочешь, можешь остаться на улице, – предложила она, – я поднимусь с ним сама. Это недолго, просто сдам его на руки Марии Павловне и вернусь.

— С удовольствием. – Денис, засунув руки в карманы, уселся на кособокую лавочку у крыльца.

Лена вслед за директором зашла в подъезд, вызвала лифт. Мария Павловна уже стояла на лестничной площадке. Лицо ее было сердитым и взволнованным.

— Ну теперь-то ты у меня от больницы не отвертишься. – В ее голосе одновременно звучали гнев и жалость. – Старый дурень! Нашел чем шутить! Леночка, у него ведь мог быть инсульт.

— Да, я понимаю. – Лена рассеянно кивнула, припоминая недавние слова Дениса.

Мария Павловна обняла мужа за плечи.

— Пойдем, пойдем, дорогой. Померю тебе давление, дам лекарство, и все образуется.

Она увлекла его за собой, в квартиру, на ходу вполголоса бормоча что-то ласково-утешительное. Почти захлопнув дверь, супруга Семена Ильича спохватилась и послала Лене благодарную улыбку.

— Огромное спасибо, Леночка. Сколько я должна вам за машину?

— Нисколько. – Она улыбнулась в ответ и сделала шаг к лестнице.

— Нет, нет, так не пойдет, – забеспокоилась Мария Павловна, – вы же тратились, хлопотали, теряли время. Зайдите на минутку, я уложу Семена, и мы обо всем поговорим спокойно.

— Не могу, Мария Павловна, меня ждут.

— Кто ждет? Тот молодой человек? Я думала, это водитель.

— Это мой сосед, журналист. Мы вместе были в музее.

— Ну хорошо, бегите, – согласилась Мария Павловна. – Долг верну при встрече.

— До свиданья, – попрощалась Лена, – я позвоню вам вечером.

— Обязательно звоните.

Мария Павловна скрылась за дверью. Она поспешила вниз по ступенькам.

Денис, сидя на лавочке, увлеченно играл в тетрис. Увидев Лену, он нажал на кнопку.

— Проводила?

— Да.

— Что сказала его жена?

— Обозвала его старым дурнем.

— Это еще мягко сказано. По мне, так ваш шеф полный кретин.

— Как тебе не стыдно! – вспылила Лена. – Ты ему в подметки не годишься. У него два высших образования, научные труды. Он – добрейший человек, каких поискать.

— Все равно идиот, – спокойно отозвался Денис. – Вот приперся бы он в музей, а там никого. Что тогда? Грохнулся бы посреди зала, и кранты. Его Маруся только часа через три забила бы тревогу, а к тому времени твоего Семена Кузьмича уже не откачали бы ни в какой реанимации.

— Ильича, – машинально поправила Лена.

— Ну Ильича, все одно, без разницы.

Лена молчала, понимая, что возразить сложно. Денис прав. Семен Ильич действительно подвергал свою жизнь опасности, разгуливая по городу в таком состоянии. И спасло его только чудо – в лице самого Дениса.

Лена даже замерла на месте, так ее поразила эта мысль. Если бы не Денис, быстрота и четкость его действий, неизвестно, что стало бы с директором. Лена даже не заметила, что он теряет сознание. А Денис сразу поспешил на помощь. И машину отловил в мгновение ока.

Ее охватило странное чувство. Кажется, это было нечто сродни гордости. Да, да, она гордилась Денисом, тем, что он оказался не совсем уж эгоистичным и беспринципным типом, которому на все плевать, кроме собственных шкурных интересов. Значит, ему знакомо милосердие, хоть он усиленно пытается это скрыть под маской холодного цинизма.

Лене захотелось сказать ему что-нибудь приятное, дружеское, лишенное колкости и иронии.

— А ты молодец, Ден. Не растерялся. И диагноз поставил почти что правильный.

— Какой диагноз? – не понял тот.

— Ну помнишь, ты предположил, что у Семена Ильича может быть инсульт. Так вот, оказывается, у него и верно было прединсультное состояние. Мне Мария Павловна сказала.

— Да это каждый болван знает, – пренебрежительно хмыкнул Денис. – Высокое давление грозит инсультом.

— В твоем возрасте далеко не каждый. – Лена вздохнула и улыбнулась.

— А все-таки он козел, этот ваш старый пень. Не хочет думать о себе, побеспокоился бы о близких.

— Если ты его так ругаешь, зачем тогда помогал? – поддела Лена.

— Нет, ну ты скажешь тоже. Что же, по-твоему, я должен был стоять и смотреть, как он спланирует на пол? – Тон Дениса был, как всегда, нахальный и самоуверенный, однако Лена ясно увидела, что он смущен.

«Странное желание казаться полнейшей сволочью, – подумала она. – Или теперь так модно у молодежи?»

Почему-то ей сделалось грустно, и это было сродни тому давнему детскому разочарованию, когда Лена поняла, что ни сказок, ни Деда Мороза не существует, а подарки под подушку ей кладут родители.

— Куда мы теперь? – спросила она.

— Не знаю. В музей возвращаться неохота. Поехали домой.