Страница 23 из 30
Диван лежал по-барски у камина, кресло — у окна, стеллаж занимал новую стену, кровать в спальне, а добралась в порыве бытоустройства и до неё, была переставлена так, чтобы утром солнце падало на подушку, а туалетный столик оказался в углу, где лучше освещение.
Я стояла посреди гостиной, запыхавшаяся, но довольная.
— Всё, — сказала я. — Готово. Даже спальню приукрасили на мой вкус.
И только я это сказала, как Очаг вспыхнул ярким пламенем, загудел и выбросил вверх сноп искр.
Из искр вылетел третий ингредиент — светящийся шар, размером с кулак, который в моих руках превратился в прозрачную сферу.
— Искра Сосредоточенности, — объявил Борис. — Третий ингредиент. Всё у вас получилось, Мирослава.
— Вы не рады, наверное? — выпалила я, и тут же по тени, набежавшей на его лицо, поняла: ляпнула глупость.
А раз ляпнула, то извиняйся! Так в приюте учили.
— Простите меня, Борис. — выдохнула я, смотря себе на руки. — Вы мне помогли, а я… глупая я. Без вас бы не справилась.
И пусть я так не считала, пусть так считал Донат, я извинилась вполне искренне. Да и кто знает, как бы долго я промучалась без помощи инспектора⁈
Я сжала сферу в ладонях, чувствуя её тепло.
— Теперь всё, — сказала я, глядя на горящий Очаг. — Все три испытания пройдены.
— Осталось только вложить их в Очаг, — сказал Борис. — И он загорится по-настоящему.
Я подошла к камину, положила Искру вместе с Клубком и Сахарной пыльцой в угли.
Очаг вздохнул — по-человечески, глубоко — и заполыхал высоким, чистым золотым пламенем. Тепло разлилось по комнате, проникло в стены, в потолок, в пол.
Дом ожил. И мне почудилось, что я тоже проснулась, отряхнулась от долгого сна, чтобы вспомнить, кто я и где моё место.
Слоня зажужжал от счастья. Донат встал на задние лапы, опершись о столик, и понюхал воздух.
— Пахнет домом, — сказал он.
— Да, — согласилась я. — Мы дома.
Больше не будет съёмных квартир, ожиданий похвалы от начальства и счастья от того, что я просто проживаю каждый свой день — теперь настало время жить и творить. Бытовую магию, без которой и ртуть в золото не превратится.
Какое тут золото, когда халат грязный, или мыши в углу скребутся?
Борис стоял рядом, и в его глазах отражался огонь.
— Вы сделали это, Мирослава, — сказал он. — Я, признаюсь, не ожидал.
— Вы сомневались во мне? Я вас не виню, я и сама от себя не ожидала.
— Я боялся, что у вас не получится. Но вы доказали обратное.
Он помолчал, а потом протянул мне руку.
— Я рад, что вы позвали меня на помощь.
Я пожала его ладонь. Она была тёплой и крепкой. Как этот дом.
— Я тоже рада, — сказала я.
Донат закатил глаза.
— Ну всё, теперь они ещё и дружить будут. Скукота.
— Заткнись, Донат, — сказала я, но улыбнулась.
Очаг пылал. Я стояла в доме, который больше не был чужим. И рядом были те, кто помог мне его принять.
Всё только начиналось. И всё уже было позади.