Страница 17 из 38
Она развернулась и пошла к подъезду. Только у двери, нашаривая ключи, осознала: он не шутил. «Я вызываю привыкание» — это было не бахвальство. Это было предупреждение. «Не привязывайся». И сказал он это так, будто сам боялся, что уже поздно.
Она обернулась. Байка уже не было.
Ася стояла на тротуаре.
Стояла долго. Минуту. Две. Пять.
Потом развернулась и вошла в подъезд. Поднялась по лестнице. Открыла дверь. Вошла в квартиру. Сняла куртку — его куртку, мотоциклетную. Повесила на стул. Села на диван.
Тишина.
Все.
Три роли сыграны. Долг закрыт. Она сделала это. Она справилась. Лика в безопасности. Стажировка — снова бюджет. Жизнь возвращается в привычное русло. Можно выдохнуть. Можно радоваться.
Но она не радовалась.
Она сидела на диване в пустой квартире и чувствовала странную, глухую пустоту. Как будто из нее вынули что-то важное. Что-то, что появилось у нее только сейчас, за эти несколько недель, — и исчезло вместе с ревом байка, уносящего его в ночь.
Она привыкла к нему. Не к Джинну. Не к Зорину. К нему — тому, кто говорил «не бойся, я рядом». Тому, кто писал сценарии ее жизней и верил в каждую ее роль. Тому, кто сидел на соседнем сиденье, пока она неслась по треку и смеялась в голос.
Ей его не хватало.
Эта мысль ударила под дых. Она даже не знала, когда он успел стать частью ее жизни. Но теперь, когда он ушел, она чувствовала дыру. Потому что сделка завершена. И он сказал «прощай».