Страница 33 из 49
Глава 25. Рождение
Роды начались ночью, когда луна стояла высоко. Мирель чувствовала, как тело сжимается, как волны боли накатывают и отступают. Роза была рядом.
— Дыши, — говорила она. — Дыши, девочка.
Эдуард не отходил ни на шаг. Он держал её лапу, лизнул в ухо, шептал что-то успокаивающее. Мирель сжимала зубы, чтобы не кричать.
— Сейчас, — сказала Роза. — Ещё немного.
Первый крик разорвал тишину. Маленький серый комочек шерсти зашевелился у её живота. Эдуард лизнул его, и волчонок ответил слабым скулёжем.
— Мирослав, — прошептала Мирель.
Вторая схватка была короче. Девочка появилась на свет с тихим писком, тёмная, почти чёрная, с серебристым отливом на ушах.
— Роксана, — сказал Эдуард.
Они лежали, прижавшись друг к другу, и смотрели на детей. Маленькие, беспомощные, но живые.
— Они красивые, — прошептал Эдуард.
— Как ты, — ответила Мирель.
— Как ты.
Роза улыбнулась, накрыла их тёплыми шкурами.
— Отдыхайте. Завтра будет долгий день.
На следующее утро стая пришла посмотреть на новорождённых. Волки подходили по одному, обнюхивали, тихо скулили. Мирослав и Роксана спали, прижавшись к матери.
— Они будут сильными, — сказал Герман. — Я чувствую.
— Они будут счастливыми, — добавила Луна. — Это главное.
Эдуард сидел рядом, не сводя глаз с детей.
— Ты теперь отец, — сказал ему Герман. — Это нелегко.
— Я знаю, — ответил Эдуард. — Но я готов.
Мирель слушала их разговор, чувствуя, как внутри разливается тепло. Она смотрела на детей, на Эдуарда, на стаю, и понимала: это и есть счастье. Не лёгкое, не беззаботное, но настоящее.
Через несколько дней, когда Мирель окрепла, они вышли из логова. Мирослав и Роксана, уже открывшие глаза, смотрели на мир с любопытством.
— Это лес, — сказала Мирель. — Ваш лес. Ваша земля.
— Они ещё не понимают, — усмехнулся Эдуард.
— Понимают, — ответила Мирель. — Чувствуют.
Она положила детей на мягкий мох, и они затихли, прислушиваясь к шорохам. Где-то вдалеке запела птица, и Мирослав шевельнул ухом.
— Видишь? — сказала Мирель.
Эдуард обнял её.
— Вижу. Они как ты.
— Они как мы, — поправила она. — Как наша стая.
Они сидели на поляне, глядя, как солнце поднимается над лесом. Дети спали, стая просыпалась, и мир казался прекрасным.