Страница 83 из 124
— Мама пишет, что звёзды сложились в благоприятном порядке, такое совпадение бывает раз в несколько десятилетий. Если я пропущу этот цикл, следующий шанс появится только через 28 лет. А для нашей семьи это особенно важно: я — старший сын, прямой наследник рода.
Хвост Алора медленно качнулся, словно подчёркивая весомость сказанного.
— Разумеется, я согласился, — продолжил он. — Сроки сжатые: вылет через пять часов. Поэтому и пришёл попрощаться заранее, не хотел исчезать без объяснений. Вы заслуживаете большего, чем внезапное молчание.
Эля невольно улыбнулась перед глубиной его слов. Перед ней стоял не просто харизматичный красавец, а мужчина, осознающий свой долг и связь с корнями.
— Понимаю, — кивнула она, и её голос невольно смягчился. — Это действительно нечто большее, чем просто поездка. Семейные традиции, связь поколений… Это важно.
— Благодарю вас, что понимаете, — Алор слегка склонил голову, жест получился почти королевским, но без тени высокомерия. — Должен признаться, наши сеансы помогли мне яснее осознать ценность этих связей. Вы научили меня не бояться своих эмоций, но и не позволять им затмевать главное. Это пригодится мне в ритуале не меньше, чем знание инженерных схем.
Эля почувствовала, как внутри что‑то дрогнуло.
— Желаю вам успешного прохождения обряда, Алор, — искренне сказала она. — Пусть Священные Пещеры подарят вам мудрость предков, а церемония укрепит связь с родом.
— Спасибо, док Эля, — его улыбка стала теплее, почти интимной. — Говорят, там открываются видения, недоступные в обычной жизни.
Эля загляделась в его сапфировые глаза и между ними неосознанно возникла пауза. Они смотрели друг на друга и, прежде чем она успела отреагировать, хвост Алора неожиданно обвился вокруг её талии, мягко, но уверенно притягивая её к себе. Аэлорец наклонился — и вот его губы уже касаются её губ.
Поцелуй вышел неожиданно чувственным, тёплым, неторопливым, полным какой‑то почти забытой нежности. Пальцы Алора слегка коснулись её затылка, а хвост на талии сжался чуть крепче, удерживая на месте.
Эля замерла, переваривая происходящее. В голове билась мысль: «Это не должно было произойти. Мы же договорились о границах…». И только она собралась оттолкнуть его и прочитать нотацию, как всё закончилось так же внезапно, как и началось.
Алор отстранился, улыбнулся, в его глазах мелькнуло что‑то тёплое, почти нежное. Он, не говоря больше ни слова, развернулся и стремительно вышел из кабинета, оставив после себя лишь шлейф цветочного аромата и лёгкое облако замешательства.
Эля осталась стоять посреди кабинета с открытым ртом, машинально касаясь пальцами губ. Взгляд её был устремлён на закрывшуюся дверь, а в голове крутилась одна мысль: «Что. Это. Было?»
— Ну и ну, — раздался в сознании мелодичный голос Мурлыки. — Вот это поворот. Даже мои лепестки замерли от изумления.
Эля вздрогнула, будто очнувшись. Она резко отвернулась от двери, сделала пару шагов назад и опустилась на край кушетки, всё ещё не отрывая пальцев от губ.
— Мурлыка! — она резко повернулась к растению, щёки её пылали. — Это было… неожиданно. И неуместно!
— Неуместно? — переспросил Мурлыка, весело покачиваясь. — Скорее, оригинально. Хотя, должен признать, техника могла быть и получше. Слишком быстро, слишком внезапно. Никакого предварительного эмоционального контакта, никакой подготовки. Просто «бум!» — и он уже улетел. У меня до сих пор в корнях покалывает от этой эмоциональной волны. Надо же, какой экспрессивный пациент!
— Это… это нарушение границ, — слабо возразила Эля, но голос её дрогнул.
— Нарушение, — согласился Мурлыка. — Но какое изящное! Хвост, цветы, извинения, — и бац! — поцелуй. Целая драма в трёх актах. Вы только посмотрите на эти орхидеи! Они теперь не просто пахнут, они торжествуют. В конце концов, аэлорец симпатичный, харизматичный, с этим его хвостом…
— Мурлыка!
— А что Мурлыка… Нарушение границ, как и вчерашний инцидент в капсуле. Кстати, интересно, кто из них, по‑вашему, целуется лучше?
— Мурлыка!!!
— Молчу‑молчу, — поспешно отозвался симбионт, хотя его лепестки слегка подрагивали от сдерживаемого веселья. — Просто пытаюсь разрядить обстановку. Вы вся напряжённая, как струна. Может, стоит выпить ещё кофе? Или лучше сразу два?
Эля вздохнула и опустилась в кресло:
— Два. Однозначно два. И, Мурлыка…
— Да?
— Больше никаких сравнений, ладно?
— Обещаю, — серьёзно ответил Мурлыка. — Никаких сравнений. Только наблюдение и моральная поддержка. И, может быть, пара ненавязчивых комментариев, если ситуация станет совсем уж драматичной.
Эля не смогла сдержать улыбку и посмотрела на букет, вздохнула и поставила его подальше — пусть благоухает где‑нибудь в углу, подальше от её страдающей головы.
— А этот букет, — продолжил Мурлыка, слегка покачиваясь, — он же больше меня! И пахнет так, будто в кабинете открыли филиал парфюмерной фабрики. Может, поставить его в коридоре? Пусть радует всех страдальцев, ждущих приёма.
— Отличная идея, — вздохнула Эля. — Но боюсь, Нейра решит, что это какой‑то новый вид биологического оружия.
— Ну и ладно, — философски заметил Мурлыка. — Зато теперь у нас есть собственный ароматизатор. Правда, я бы предпочёл запах свежесваренного кофе… или хотя бы лаванды. А не этой тропической экзотики, от которой у меня лепестки начинают чесаться. Может, добавите мне немного активатора роста и немного туманного распылителя?
— Потерпи, дружок. Обещаю, вечером я его куда‑нибудь пристрою. Может, подарю медсестре из медблока.
— Вот и славно, — довольно замурлыкал Мурлыка, хотя на самом деле он не мурлыкал, а издавал мелодичные вибрации.
— Кстати, насчёт вашего плана на день… Вы всерьёз думаете, что Скорпион ничего не помнит о вчерашнем?
Эля замерла, пальцы замерли на краю стола.
— А что, если помнит? — тихо спросила она.
— Тогда, — Мурлыка сделал драматическую паузу, — вас ждёт очень интересный день. Возможно, даже слишком. Готов поспорить на последний лист — он придёт. И не просто придёт, а явится с этой своей фирменной ухмылкой и начнёт вас провоцировать.
— Спасибо за поддержку, — фыркнула Эля.
— Да не за что! — весело отозвался Мурлыка. — Я же просто озвучиваю очевидное.
Эля нахмурилась:
— Мурлыка, ты слишком много философствуешь для растения.