Страница 82 из 124
Она глубоко вздохнула, пытаясь выровнять дыхание и хоть немного прийти в себя. В ушах всё ещё отдавалось эхо ультразвуковых вибраций, а в сознании фраза пациента про «дисгармонию вибраций».
«У меня сейчас тоже полная дисгармония. И внутренний резонанс, похоже, расстроен не меньше, чем у него».
Эля дотянулась до коммуникатора и тихо произнесла:
— Нейра, будь добра, капсулу анальгетика от головной боли, пожалуйста. Что‑нибудь быстрого действия, но без седативного эффекта. Мне ещё работать.
— Принято, доктор, — мгновенно отозвалась помощница.
В дверь тихо постучали, и в кабинет вошёл маленький дроид с небольшим подносом и поставил его на стол.
Эля проглотила капсулу, запила чаем, ощущая, как травяной аромат слегка проясняет сознание. Затем медленно поднялась и прилегла на кушетку, подложив под голову маленькую подушку, которую всегда держала здесь для пациентов.
Постепенно шум в голове начал стихать, сменяясь глухим, монотонным гулом. Она расслабила плечи, медленно разжала пальцы и чуть приоткрыла один глаз.
Кабинет был на месте. Стол с разложенными записями — тоже. Мурлыка на подоконнике слегка покачивался, будто в такт невидимой мелодии. Всё было так же, как и десять минут назад. Только теперь она хотя бы могла дышать без ощущения, что череп вот‑вот треснет.
— Жива… — прошептала Эля. — Пока жива. И даже, кажется, способна работать дальше.
Но вместо работы, она, прикрыв глаза, начала рассказывать Мурлыке о боях, о том, что произошло на арене, кто стал победителем. Затем поведала о происшествии в медблоке со Скорпионом — о капсуле, неожиданном поцелуе, тревожных мыслях. Мурлыка трепетал листочками, изредка вставляя комментарии:
— Так он действительно вас поцеловал? В капсуле? И вы до сих пор не решили, понравилось вам или нет?
— Мурлыка, я не об этом! — Эля слегка покраснела. — Я о его состоянии беспокоюсь. У него явные проблемы с восприятием боли…
— Да‑да, конечно, — мурлыкающе протянул Мурлыка. — Вы беспокоитесь. А щёки почему краснеют? От беспокойства?
— Прекрати, — фыркнула Эля, но не смогла сдержать улыбку. — Просто… он такой непредсказуемый. Никогда не знаешь, чего от него ждать.
— Зато интересно, — зашелестело растение. — В отличие от некоторых других пациентов.
И только Эля собралась рассказать ему о чудесной планете Эверии, как воздух перед ней замерцал, и вспыхнула голографическая проекция Нейры.
— Доктор Миранова, к вам сейчас войдёт не по записи постоянный пациент — аэлорец Алор, — чётко проговорила помощница.
— Алор? — Эля резко села на кушетке. — Но он же должен был прийти только завтра… Что случилось? И почему ко мне все ходят не по записи? Сегодня какой-то особенный день?
— Похоже, у кого‑то изменились планы, — философски заметил Мурлыка, слегка покачиваясь на подоконнике. — Или у кого‑то появилось что‑то очень важное, что нельзя отложить.
Эля вздохнула, встала и нервно поправила волосы перед зеркалом — пряди выбились из причёски, несколько локонов прилипли ко лбу.
— Надеюсь, этот визит не добавит мне ещё одну мигрень, — пробормотала она, потирая виски. Действие анальгетика действовало медленно.
— Удачи, доктор, — подбодрил Мурлыка. — И помните: профессионализм, хладнокровие, дистанция… Хотя, судя по всему, дистанция сегодня будет минимальной, — добавил он с лёгкой иронией, чуть покачиваясь.
Дверь кабинета плавно открылась, и на пороге возник синеволосый хвостатый красавец Алор. Его хвост изящно изгибался за спиной, время от времени совершая лёгкие волнообразные движения, словно в такт какой‑то невидимой мелодии. В руках он держал охапку орхидей размером с небольшой куст: цветы благоухали так сильно, что запах ударил в нос, усиливая головную боль в разы, будто кто‑то решил добавить к ультразвуку ещё и химический удар.
Эля сглотнула, глядя на гигантский букет. Невольно вдохнула глубже и тут же пожалела об этом: цветочный аромат ворвался в лёгкие, заставляя слегка поморщиться. Быстро взяв себя в руки, она натянула вежливую улыбку, ту самую, которую использовала с особо эмоциональными пациентами.
— Очень… мило, — выдавила она, стараясь не морщиться. — Спасибо, Алор. За цветы. Они… очень ароматные. Просто… впечатляющие.
Алор просиял, явно довольный её реакцией. Его хвост сделал радостный виток и потянулся к Эле, но резко свернулся кольцом, кисточка на кончике нервно подрагивала.
— Док! — провозгласил он, улыбаясь. — Это вам. В знак признательности за прошлый сеанс и в качестве извинения за… э‑э… несанкционированные объятия хвоста.
— Алор, — осторожно начала она, — вы же помните наш разговор о границах? О том, что тактильный контакт должен быть согласован?
— Конечно, помню! — улыбнулся аэлорец. В его улыбке было столько обаяния, что Эля на мгновение потеряла нить своих мыслей. — Именно поэтому я принёс цветы вместо объятий. Смотрите: никакой тактильности, только эстетика и символика! — он торжественно водрузил орхидеи в корзине на край стола, едва не опрокинув голографический проектор. — И заодно хотел сообщить, что не смогу явиться на сеансы в ближайшем будущем. Я, к сожалению, вынужден срочно улететь, — сообщил он, глядя на неё с обезоруживающей улыбкой. — Важное дело на другом конце галактики.
— Важное дело? — Эля слегка приподняла бровь, пытаясь сосредоточиться, несмотря на начинающую усиливаться боль, теперь уже от аромата орхидей. — Что‑то случилось?
Алор на мгновение замер, и в его глазах промелькнуло что‑то глубокое, почти сокровенное. Он слегка склонил голову, а хвост за его спиной замер в непривычной неподвижности — признак серьёзности момента.
— Улетаю на родную планету Аэлура, — тихо произнёс он. — Мама прислала срочное сообщение. Пришло время исполнить древний обряд Вознесения Рода — ритуал, который каждый наследник обязан пройти раз в жизни.
Его голос зазвучал глубже, наполняясь почти ритуальной торжественностью:
— Это не просто традиция — это связь с предками, с корнями нашего народа. В определённый момент жизни каждый аэлорец должен вернуться домой, провести три дня в медитативном уединении в Священных Пещерах, а затем принять участие в церемонии, где старейшины передают знания и мудрость поколений.
Он сделал шаг вперёд, и теперь в его взгляде читалась не просто увлечённость, а глубокая внутренняя необходимость: