Страница 55 из 124
Глава 18
Следующий день доктора Эли Мирановой прошёл по расписанию — методично, почти механически. Она встречала пациентов, проводила сеансы, фиксировала данные в отчётных протоколах, сверяла показатели и отмечала динамику восстановления, пока не завибрировал линкер — коротко и настойчиво. В центре лицевой панели мерцал голографический индикатор: три символа, складывающиеся в имя «КАПИТАН ВАЙРАН».
Эля коснулась панели, и перед ней развернулось сообщение — не короткое и сухое, а наполненное непривычной теплотой:
«Доктор Эля, надеюсь, ваш день проходит хорошо, и вы находите время хотя бы на чашку чая между сеансами — знаю, как вы отдаётесь работе. Буду на станции через пять стандартных часов. С нетерпением жду возможности зайти за вами и наконец показать вам закат над Эфиром‑3. Сегодня он должен быть особенно ярким. Говорят, оттенки оранжевого и фиолетового в атмосфере планеты в такие дни напоминают звёздную туманность.
Если к этому времени у вас будут какие‑то неотложные дела, дайте знать — я подстрою свой график.
До встречи,
Вайран».
Она перечитала текст дважды, чувствуя, как по телу разливается волна предвкушения — лёгкая, почти неуловимая, но оттого не менее волнующая. В уголках губ сама собой появилась улыбка: в строках сообщения читались не просто формальные намерения, а искреннее желание подарить ей момент красоты и покоя посреди напряжённого дня.
К середине смены Эля поймала себя на том, что чаще обычного поглядывает на таймер. Часы тянулись медленно, будто сама станция «Орион‑11» не желала отпускать её — словно гравитационные поля вдруг сместились, замедляя ход времени. В перерывах между сеансами она мысленно перебирала варианты одежды.
Это не свидание — значит, платье отпадает. Костюм — слишком по‑деловому, будто она идёт на совещание Совета Станции. Спортивные брюки и туника — тоже не вариант: слишком буднично для события, которое она уже успела мысленно назвать «выходом за пределы графика».
Куда именно они отправятся? Что за закаты на Эфире‑3? Эля понятия не имела. Будет ли это открытая палуба крейсера с панорамным обзором? Или смотровая площадка на одном из орбитальных модулей? А может, тихая зона отдыха внутри корабля с иллюминатором и мягким освещением?
Не на шпильках же она туда явится и уж точно не в коротком платьице.
Наконец она приняла решение: что‑то нейтральное, но не безликое. Что‑то, что позволит чувствовать себя уверенно и свободно без ущерба для достоинства.
Эля выбрала длинную юбку‑брюки из мягкой ткани с эффектом «текучести» — она не стесняла движений и выглядела элегантно. К ней — светлый кардиган с едва заметным геометрическим узором, застёгивающийся на перламутровые кнопки. И, конечно, удобная обувь на толстой подошве с антискользящим покрытием — практично, надёжно, и при этом не выглядит громоздко.
«Вполне красиво и удобно, — мысленно одобрила она свой выбор. — Идеально, чтобы смотреть закат. Где бы он ни был».
Она бросила взгляд на таймер: осталось два часа.
Ближе к концу рабочего дня, когда последний пациент уже покинул кабинет, Эля встала у иллюминатора. Звёзды за стеклом казались особенно яркими — словно подмигивали ей, обещая новые горизонты. Она глубоко вдохнула, пытаясь унять волнение: скоро она узнает у капитана нужную ей информацию касательно ее планеты.
И вдруг дверь в кабинет распахнулась с таким грохотом, будто за ней только что взорвался гиперпривод. В помещение ввалились двое: массивный зеленокожий мужчина с двумя короткими рогами на лбу и пухлая женщина с кожей цвета спелого баклажана и большими глазами. Оба принадлежали к расе вольфиан — существ, известных своей страстью к экзотическим напиткам и способностью выдерживать дозы алкоголя, от которых обычный человек давно бы отправился в бессрочный отпуск в мир грёз.
Их кожа переливалась всеми оттенками спектра: у мужчины — от тревожного красного до возбуждённого оранжевого, у женщины — от фиолетового до нервно‑жёлтого.
В тот же миг над столом вспыхнул голографический образ виртуальной помощницы Нейры — полупрозрачная фигура в серебристом костюме, с тревожно мерцающими глазами.
— Доктор Миранова, умоляю простить меня! — торопливо заговорила виртуальная помощница, слегка заикаясь от волнения. — Я пыталась их остановить, честно! Но они… они применили какой‑то древний вольфианский ритуал прямо у стойки администратора!
Эля приподняла бровь:
— Ритуал? Какой ещё ритуал?
— Они поклонились трижды, произнесли что‑то вроде «Да осветит ваш путь сияние трёх лун, о хранительница порога», — сбивчиво объясняла Нейра. — И… и я вдруг замерла, потом медленно кивнула и пропустила их! Я проверила протоколы — никаких нарушений безопасности, никаких взломов. Просто… магия традиций, кажется.
Рогатый мужчина гордо выпрямился:
— Это не магия, а уважение! Мы всегда так приветствуем тех, кто стоит на страже важных мест. Это знак почтения, который невозможно проигнорировать.
Его дама вздохнула:
— Да, но обычно мы предупреждаем заранее. Извините, мы не хотели создавать вам проблемы. Просто ситуация была срочной.
Нейра слегка расслабилась, её голограмма перестала мерцать так тревожно.
— Понимаю, но в следующий раз, пожалуйста, хотя бы предупредите меня заранее! Я могла бы подготовить доктора Элю к… культурному обмену.
— Обещаю, — улыбнулась пышная дама. — В следующий раз принесём и вам бокал «Лунного сияния» — безалкогольного, разумеется.
Нейра издала мягкий перезвон, напоминающий смех:
— Договорились. Но если снова будет «звёздная роса», предупредите хотя бы за час — мне нужно обновить протоколы устойчивости к шуму.
Эля не смогла сдержать улыбку:
— Хорошо, Нейра, спасибо за объяснение.
— Всегда к вашим услугам, доктор, — поклонилась Нейра и плавно растаяла в воздухе.
Прежде чем сделать шаг к столу, вольфианен замер, сложил ладони у груди и трижды поклонился, касаясь лбом пола. Затем он выпрямился, поднял руки ладонями вперёд и произнёс ритуальную фразу:
— Да осветит ваш день сияние трёх лун, о мудрая хранительница душевного равновесия!
Дама-вольфианка, не дожидаясь завершения ритуала, шагнула вперёд и коротко поклонилась, прижав руку к сердцу:
— Примите наши глубочайшие извинения за столь внезапное вторжение, уважаемая доктор Миранова.
Эля, слегка опешив от столь пышного приветствия, машинально ответила:
— И вам да сопутствует гармония во всех начинаниях…