Страница 53 из 124
Эля расхохоталась в голос, и даже эфирийские кристаллы на столе вспыхнули тёплым золотистым светом, словно тоже смеялись, а затем резко замолчала.
— Что-то у тебя цвет какой‑то подозрительно лимонный, — забеспокоилась она, рассматривая лепестки‑щупальца растения. — Ты цветешь? Или это реакция на мои эмоции?
Растение‑симбионт покачалось из стороны в сторону, погладило Элю по руке и промурлыкало:
— Просто впитываю драму — это мой любимый вид удобрения. Не волнуйтесь, я в порядке. И готов поддержать вас послезавтра на арене… мысленно.
Эля рассмеялась, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. Она села за стол, открыла расписание и приготовилась к следующему сеансу, благодарно поглядывая на своего молчаливого, но удивительно чуткого и ироничного собеседника.
В этот момент на голографическом экране вспыхнуло уведомление, отливая холодным синим светом:
«Следующий клиент: Фликс. Время 2 минуты»
— Ох, как же время летит незаметно, — Эля глубоко вдохнула, настраиваясь на работу, а растение, удовлетворённо мерцая, принялось медленно покачиваться в такт журчанию настольного фонтана, будто дирижировало невидимым оркестром спокойствия.
Когда Фликс вошёл в кабинет, сразу бросились в глаза перемены: пушистый дипломат держался уверенно, движения стали чёткими, в глазах интерес и готовность действовать. Фликс принёс папку с документами и с гордостью сообщил, что подписал договор с планетой Крогх‑7 на выгодных условиях. Он рассказал, как применил её советы: сначала расположил посла к себе улыбкой, затем твёрдо перевёл разговор на суть.
Эля отметила, что речь Фликса стала чёткой и структурированной, он оперировал фактами и цифрами, грамотно выстраивал аргументацию. Главное — он перестал воспринимать свою милоту как проблему и научился использовать её как инструмент дипломатии.
Провожая Фликса, Эля улыбнулась: перед ней теперь был не робкий пушистик, а настоящий специалист со своим стилем ведения переговоров. Когда клиент ушёл, она на мгновение замерла в кресле, глядя в окно, — в душе разливалось тёплое чувство удовлетворения. Ей удалось помочь Фликсу с планеты Пуш-Пуш из касты Пушистых Дипломатов раскрыть потенциал: превратить то, что казалось недостатком, в сильное качество. Она по‑настоящему гордилась его успехами.
Голограмма на столе вспыхнула, высветив данные о следующем пациенте:
«Следующий клиент: Грокк из системы Железных Туманов. Ожидание: 0 минут».
Уведомление мигнуло в последний раз и погасло, оставив после себя едва заметное мерцание в воздухе.
Грокк вновь пришёл на сеанс спустя неделю. В этот раз его походка была чуть менее тяжёлой, а оранжевое свечение в глазах приглушённым, словно внутренний вулкан перешёл в фазу спокойного тления. Он без лишних слов занял место на усиленном стуле, который теперь выдерживал его вес почти без скрипа.
Эля отметила про себя эти перемены и открыла голографический блокнот, чтобы свериться с планом работы. Грокк передал ей кристалл с гравировкой клана — в нём хранились записи о вспышках гнева за прошедшую неделю. Она активировала носитель, и над столом возникла голограмма с тремя зафиксированными случаями.
Анализ данных показал: в двух ситуациях Грокку удалось взять эмоции под контроль с помощью дыхательных упражнений и счёта на языке клана. В первом случае жар в груди возник во время спора с техником — три глубоких вдоха и мысленный отсчёт до десяти помогли погасить вспышку. Во втором — гул в ушах из‑за шума в коридоре отступил после того, как Грокк ненадолго ушёл в тихое помещение и сосредоточился на дыхании. Причиной обеих вспышек оказались усталость и недосып.
Третий эпизод оказался особенным: почти возникший конфликт с молодым бойцом разрешился сам собой после извинений оппонента. Грокк осознал, что иногда достаточно короткой паузы, чтобы ситуация нормализовалась без применения силы.
На основе этих наблюдений Эля предложила расширить стратегию работы с гневом. Помимо уже освоенных техник, она рекомендовала Грокку делать короткие пятиминутные перерывы при ощущении усталости — уходить в тихое место, закрывать глаза и фокусироваться на ритме дыхания. Это должно было помочь предотвращать вспышки ещё до появления первых симптомов.
Также Эля добавила новый приём: вслух называть испытываемую эмоцию — просто произносить фразу «Я злюсь». По её словам, вербализация помогала вернуть осознанность и контроль над ситуацией.
Грокк воспринял новые рекомендации с осторожным оптимизмом. Несмотря на сомнения (в клане перерывы могли расценить как проявление слабости), он признал логику подхода и согласился попробовать. В глубине души воин начал осознавать: управление гневом — не признак уязвимости, а проявление истинной силы и мудрости.
Перед уходом Грокк задержался у двери и обернулся. В его взгляде читалась непривычная для такого могучего существа благодарность. Он коротко поблагодарил Элю и отметил, что раньше считал гнев неотъемлемой частью своей природы, а теперь понимает: он способен им управлять.
После ухода пациента Эля ещё некоторое время сидела за столом, изучая графики прогресса в голографическом интерфейсе. Линия динамики явно шла вверх, первые успехи были налицо. Она удовлетворенно улыбнулась: работа с Грокком начинала приносить плоды, и это вселяло уверенность в успехе дальнейшей терапии.
Но едва она закрыла голографический интерфейс, мысли снова вернулись к Скорпиону. Весь остаток дня до самого вечера Эля в тайне надеялась, что он придёт — пусть без предупреждения, пусть на пять минут, пусть просто чтобы сказать:
«Извините, сегодня не смог».
Каждый раз, когда за дверью раздавались шаги или срабатывал датчик приближения, сердце чуть сбивалось с ритма. Она ловила себя на том, что прислушивается, а взгляд то и дело скользит к хронометру на стене.
«Ну конечно, он не придёт, — наконец призналась она себе, глядя, как эфирийские кристаллы на столе медленно меняют цвет с дневного голубого на вечерний сиреневый.
Мурлыка, уловив смену её настроения, затрепетал лепестками и тихо промурлыкал:
— Может, он заблудился? Или его похитили межзвёздные пираты? А вдруг он тренировался так усердно, что забыл, как выглядит дверь в ваш кабинет?
Эля невольно рассмеялась:
— Боюсь, причина куда банальнее. Просто он нестабилен. Сегодня заинтересован — завтра забыл.
Растение покачалось, словно задумалось, и ответило: