Страница 50 из 124
— Они прекратятся в том случае, когда вы полностью будете владеть хвостом. Вот тогда мы и пообедаем.
— Обещаете? — в глазах Алора заплясали озорные огоньки.
Эля не выдержала и рассмеялась:
— Обещаю. Но только если ваш хвост будет вести себя прилично за столом. Никаких внезапных объятий столовых приборов или попыток завязать салфетку узлом!
— Договорились! — он торжественно положил руку на грудь. — Я лично проведу с ним воспитательную беседу.
— До встречи, Алор, — улыбнулась Эля.
Аэлорец ответил ей улыбкой, обнажив раздвоенный язык и острые клыки, и покинул кабинет. Когда дверь за ним закрылась, Эля откинулась на спинку кресла и тихо рассмеялась. «Возможно, они действительно нашли верный подход, — подумала она. — У Алора теперь есть мощный стимул быстрее «договориться» с хвостом. Интересно, сколько сеансов ему понадобится, чтобы довести его до идеального послушания?»
Она подошла к подоконнику, где покачивались сиреневые лепестки Мурлыки.
— Что скажешь?
— Ну и денёк, хозяйка, — протянул он с едва уловимой иронией. — Сначала этот синий красавчик с хвостом, который чуть не устроил дуэль взглядов с мрачным гонщиком… О, я уловил такие всплески эмоций — хватило бы на подзарядку всего жилого сектора!
Эля невольно улыбнулась и коснулась сиреневых лепестков.
— Ты всё видел и слышал, конечно?
— А как же! — довольно отозвался в сознании Эли, Мурлыка. — Мои лепестки — лучшие сенсоры на станции. Так вот, этот Скорпион… Ох, какой мощный поток энергии! Холодный, жёсткий, уверенный — будто реактивный двигатель на полной тяге. А его костюм… Я чуть не ослеп от всех этих ремней и металлических отблесков!
— Он и правда выглядел внушительно, — признала Эля, присаживаясь рядом.
— Внушительно? — переспросил Мурлыка с насмешкой. — Да он будто сошёл с обложки журнала «Космические мачо и их крутые космобайки»! Особенно шлем в руке — такой важный, будто корона галактического императора. «Смотрите все, я только что промчался сквозь астероидное поле на скорости света!»
Эля не сдержала смешок:
— Ты преувеличиваешь.
— Ничуть! — настаивал Мурлыка. — А потом эта голографическая администраторша… О, её извинения были такими пышными, словно она случайно взорвала звезду, а не просто впустила кого‑то без очереди.
— Зато теперь у меня есть защита от внезапных вторжений, — заметила Эля.
— Да, но посмотрите на это с моей стороны! — симбионт слегка покачался в горшке. — Я‑то надеялся на продолжение шоу! А теперь, выходит, никаких больше напряжённых сцен у двери? Никаких эмоциональных всплесков? Скука! И, кстати, насчёт вашего выбора… Вы поступили правильно. Очень правильно. Этот аэлорец — он ведь пришёл по записи. А Скорпион… Ну, он видимо привык, что все перед ним расступаются. А вы показали, что у вас свои правила.
— Спасибо, — тихо сказала Эля. — Иногда мне нужно, чтобы кто‑то это подтвердил.
— Для того я и здесь! — гордо заявил Мурлыка и слегка замерцал лепестками: — И, насчёт этого Скорпиона… Чувствую, он ещё вернётся. И в следующий раз, возможно, без шлема. И без этой своей брони. И тогда… — болтливое растение сделало паузу, — тогда будет по‑настоящему интересно!
— Ты думаешь? — Эля приподняла бровь.
— Уверен! — бодро отозвался Мурлыка. — Такие, как он, не отступают просто так. Они либо ломают правила, либо… учатся их уважать. И мне очень хочется увидеть, какой вариант выберет он.
Эля рассмеялась и погладила лепестки:
— Ты невероятный.
— И скромный, — добавил Мурлыка с притворной скромностью. — Но раз уж вы так радуетесь, может, добавите немного активатора роста и немного туманного распылителя? За проницательный анализ и моральную поддержку?
— Заслужил, — улыбнулась Эля, доставая флакон. — Полностью заслужил.
И подумала, что с добавками активатора роста и туманного распылителя её растение‑симбионт стало каким‑то особенно разговорчивым и куда более смелым в высказываниях. Раньше Мурлыка ограничивался короткими репликами и редкими комментариями, а теперь сыпал шутками, делал прогнозы и даже позволял себе лёгкую иронию в её адрес — словно старый приятель, а не комнатное растение.
Но Эле это нравилось. В глубине души она даже гордилась: возможно, она нашла идеальную формулу ухода, раскрывшую потенциал симбионта. Да и общение с ним стало по‑настоящему живым, будто у неё появился верный друг и наблюдатель, который видит всё и готов поделиться мнением в любой момент.
Она подлила щедрую порцию активатора прямо в почву у основания стебля, аккуратно распределив жидкость по кругу. Капли заблестели на сиреневых лепестках, и те слегка затрепетали, будто в благодарном кивке.
— Ну что, доволен? — улыбнулась Эля, слегка погладив один из лепестков.
— О, более чем, — отозвался Мурлыка с довольным шуршанием и мурчанием. — Чувствую, как энергия разливается по корням. Ещё немного и я зацвету так, что вся станция сбежится на запах!
Эля тихо рассмеялась и покачала головой. Она уже привыкла к этим забавным переговорам. И пусть Мурлыка пока не зацвёл, как обещал, его болтовня и живой характер делали каждый день чуть светлее.