Страница 46 из 124
«Космический гонщик, — мелькнуло у Эли в голове. — Или хищник? В любом случае — опасный. И явно не привыкший к отказам».
Его взгляд — холодный, цепкий, оценивающий — скользнул по кабинету, задержался на Эле на долю секунды дольше, чем требовалось для простого знакомства.
В это время Алор рассматривал вошедшего острым, настороженным взглядом. Его хвост, до того лениво покачивающийся, замер в напряжённой позиции: кончик чуть подрагивал, выдавая скрытое раздражение.
Скорпион, в свою очередь, окинул аэлорца холодным взглядом — так, будто тот был не разумным существом, а досадной помехой на пути, мелкой деталью ландшафта, не стоящей внимания. Его поза осталась расслабленной, но в ней читалась скрытая угроза, как у хищника, готового к прыжку.
Эля невольно выпрямилась в кресле, расправив плечи. Внутри шевельнулось чувство настороженности, смешанное с профессиональным вызовом. В отличие от других пациентов, Скорпион не пришёл за помощью — он явился, ожидая, что она отложит все дела ради него. Он, похоже, искренне верил, что вселенная вращается вокруг него. Консультация? Не вопрос — пусть доктор прервёт текущий сеанс и немедленно займётся им. Запись? Зачем? Его присутствие — уже достаточный повод всё бросить. Классический подход Скорпиона: не просить, а объявлять о своём прибытии, как о природном явлении.
И на мгновение в её груди вспыхнула старая обида, когда он вчера холодно отмахнулся от неё и умчался на своём глиссере. Тогда она почувствовала себя незначительной, будто её эмоции и слова не стоили и секунды его внимания.
Но сейчас — другое дело. Сейчас она на своей территории, в своём кабинете, где правила устанавливает она.
— Чем могу помочь? — спросила Эля. Она намеренно не отводила взгляда, выдерживая его холодный, оценивающий взгляд. В её тоне не было ни намёка на ту давнюю обиду, только профессиональная дистанция и твёрдая уверенность в своих границах. Она не позволит обидам влиять на её работу. Не сейчас. Не с этим пациентом.
Скорпион слегка приподнял бровь, будто оценивая её выдержку. Эля же внутренне собралась: она готова была отстаивать свои принципы не из упрямства, а потому что верила: терапия начинается с уважения, взаимного и безусловного.
Воздух в кабинете будто сгустился, наполнившись электрическим напряжением. Эля почувствовала, как между мужчинами нарастает невидимая борьба — почти осязаемая, тяжёлая, давящая на виски. «Спокойно, — приказала она себе, сжимая пальцы под столом. — Ты психолог, а не пешка в их игре. Твоя задача — сохранять границы и профессиональную этику».
— Доктор Миранова, — низкий голос Скорпиона прозвучал ровно, но в нём угадывалась сталь, холодная и непреклонная. — Мне захотелось получить консультацию.
— Кажется, доктор занята, — произнёс Алор с нарочитой вежливостью, в которой явственно слышался вызов, при это он так и сидел, развалившись в кресле. — У меня назначена консультация. По расписанию.
Скорпион даже не посмотрел в его сторону. Его взгляд был прикован к Эле — тяжёлый, оценивающий, будто он взвешивал её решимость.
— А разве я не
приоритетный
пациент?
А, док?
— в его тоне звучала неприкрытая ирония, почти насмешка.
Эля сжала пальцы под столом так, что побелели костяшки. Внутри всё кипело: смесь раздражения, профессиональной гордости и острого желания защитить свои принципы. Она отчётливо понимала: Скорпион — приоритетный клиент по заданию командора. От работы с ним зависело многое — репутация, возможно, даже дальнейшая карьера. Но и аэлорец пришёл по записи, он доверился ей, пришёл вовремя, подготовился…
«Нет, — твёрдо решила она. — Мои принципы не продаются. Я здесь не для того, чтобы угождать кому‑то, а чтобы лечить».
Она глубоко вдохнула, стараясь унять волнение, и заговорила спокойно, профессионально, с чёткой интонацией, которая не допускала возражений:
— Прошу прощения, — она посмотрела сначала на Алора, затем на Скорпиона. — Я понимаю вашу срочность, но у меня уже идёт сеанс. Каждый мой пациент имеет право на запланированное время и полное внимание. Это основа моей работы. Давайте я запишу вас на свободное время? Через два часа будет окно — подойдёт?
Скорпион на мгновение замер. Его глаза сузились, губы сжались в тонкую линию. Он явно не ожидал отказа, на его лице промелькнуло удивление, быстро сменившееся холодной яростью. В воздухе повисло ощущение столкновения воль — словно два силовых поля столкнулись в тесном пространстве кабинета, создавая невидимые разряды.
— Через два часа? — переспросил он, и в голосе прозвучала неприкрытая ирония.
— Это лучшее, что я могу предложить сейчас, — твёрдо ответила Эля, глядя ему прямо в глаза. Её голос звучал уверенно, без тени колебаний. — Я не могу прервать текущий сеанс. Мои пациенты —
мой приоритет
, независимо от их статуса или чьих‑либо указаний.
Несколько долгих секунд он смотрел на неё так, будто пытался прочесть что‑то за её словами, пробить броню профессионализма, заставить отступить. Эля не отводила взгляда. Внутри неё крепла уверенность: она поступила правильно.
Наконец Скорпион резко развернулся — движение было резким, почти агрессивным. Он вышел из кабинета так же внезапно, как и вошёл. Дверь за ним закрылась с тихим шипением.
Алор медленно выдохнул и расслабил плечи. Его хвост осторожно шевельнулся, а в глазах мелькнуло что‑то вроде уважения.
— Вы… вы действительно так считаете? — тихо спросил он. — Что все ваши пациенты — приоритет?
Эля повернулась к нему и улыбнулась искренне, с теплотой.
— Конечно, — сказала она. — И вы не исключение. А теперь давайте продолжим сеанс.
Алор улыбнулся в ответ, и его хвост снова зашевелился на этот раз мягко, успокаивающе. Напряжение в кабинете начало рассеиваться, уступая место атмосфере доверия.
Но, прежде чем Эля успела что‑либо сказать, в кабинете раздался мягкий мелодичный сигнал — трёхтональная последовательность с лёгким эхом, характерная для активации голографического интерфейса.
В центре кабинета, прямо над рабочим столом, вспыхнули и начали формироваться мерцающие голубые частицы. Они стремительно складывались в объёмный образ — голографический виртуальный помощник Эли, Нейра-1.