Страница 40 из 124
Глава 14
— Прибыли, — произнёс Скорпион, аккуратно паркуя глиссер на гладкую поверхность астероида.
Эля огляделась в изумлении. Астероиды переливались оттенками синего и фиолетового — от сапфирового до лавандового. Их поверхность, покрытая минеральной плёнкой, мерцала, словно ткань, усыпанная самоцветами. Вдали пульсировали туманности: то янтарно‑оранжевые, то призрачно‑голубые.
Тишина здесь была глубокой, осязаемой — в ней чувствовалась мощь космоса. Нарушали её лишь затихающий гул глиссера и треск статического электричества на поверхности астероида.
— Я могу дышать, — удивилась Эля, делая глубокий вдох. — Почему так? Здесь же нет атмосферы…
Скорпион слегка улыбнулся:
— Астероиды покрыты аэролитом — редким минералом. Он преобразует космическое излучение в кислород, создавая зоны пригодного для дыхания воздуха.
Эля подняла с земли кристалл аэролита: внутри пульсировал голубой свет. Она закрыла глаза, вдохнула глубже и улыбнулась, а затем её взгляд остановился над возвышающей перед ними гигантской чаше, выточенной в камне. Её гладкие края и дно с узором из кристаллических жил завораживали. Когда луч звезды падал под определённым углом, кристаллы вспыхивали радугами.
— Что это? — зачарованно прошептала Эля, делая шаг к чаше. Её глаза расширились, дыхание участилось.
— Естественная линза, — пояснил Скорпион. — Минеральные слои фокусируют и преломляют свет звезды. В определённые периоды она создаёт эффект «звёздного дождя». Видите?
Он указал на край чаши. Эля ахнула: преломлённые лучи действительно напоминали падающие звёзды.
Она подошла ближе, протянула руку к мерцающим линиям и почувствовала лёгкое покалывание — статическое электричество на поверхности кристаллов слегка зазудело кожу.
— Можно?.. — она вопросительно посмотрела на Скорпиона с детским восхищением в глазах.
Тот чуть заметно улыбнулся — впервые за всё время улыбка коснулась и глаз.
— Конечно. Только осторожно: кристаллы хрупкие, — ответил он.
Эля осторожно опустилась на корточки у края чаши, наблюдая, как радужные блики играют на её ладони. Она невольно улыбнулась, когда один особенно яркий отблеск скользнул по её пальцам.
— Никогда не видела ничего подобного, — её голос звучал тихо, почти благоговейно. — Как будто время здесь течёт иначе. Медленнее. Спокойнее. Будто весь мир остановился, чтобы дать нам передышку.
Скорпион молча подошёл ближе, встал рядом, тоже глядя на игру света в чаше.
— Да, — кивнул он. — Именно поэтому я иногда прилетаю сюда. Когда всё вокруг становится слишком громким, слишком быстрым… здесь можно услышать себя. Здесь нет сигналов, вызовов, приказов. Только звёзды и тишина. И это… — он сделал паузу, подбирая слова, — это исцеляет.
Эля подняла взгляд на этот раз без напряжения, без вызова. В тёмно‑фиолетовых глазах Скорпиона она увидела то, чего не замечала раньше: не только силу и уверенность, но и какую‑то скрытую уязвимость, потребность в этом месте, в этой тишине. На мгновение ей показалось, что она видит его настоящего — не сурового наёмника и не загадочного проводника по звёздным тропам, а живое существо, которое тоже ищет покоя среди бесконечного хаоса вселенной.
Она глубоко вдохнула, вбирая в себя этот момент — тишину, свет, спокойствие — и улыбнулась. Впервые за долгое время она почувствовала, что может просто быть, без необходимости что‑то доказывать или от кого‑то защищаться.
Неосознанно она чуть сдвинулась в сторону, сокращая расстояние между ними. Скорпион это заметил, но не отстранился — наоборот, слегка наклонился к ней, показывая на особенно яркий блик:
— Видите тот оттенок? Это редкий минерал — люминарит. Он реагирует на биополе живых существ. Чем вы спокойнее, тем ярче свечение.
Эля затаила дыхание, внимательно вглядываясь в переливы света.
— И как сейчас? — с любопытством спросила она, чуть приподняв брови.
Скорпион внимательно посмотрел на чашу, затем на неё — его взгляд задержался на её лице чуть дольше обычного.
— Сейчас оно почти идеально, — произнёс он мягко. — Значит, вы действительно расслабились.
И пока Эля продолжала любоваться переливами люминарита и мерцанием далёких туманностей, Скорпион подошёл к глиссеру, открыл багажный отсек и достал термоконтейнер и два бокала из полупрозрачного материала, переливающегося, как крылья космической бабочки.
— Не знаю, что предпочитают земляне, — сказал он, раскладывая содержимое контейнера, — но у меня есть сладкий нектар с лёгкой кислинкой и энергетические батончики с ореховым вкусом, обогащённые витаминами.
Он разлил искрящуюся золотистую жидкость по бокалам, протянул один Эле. Та приняла его, чувствуя, как тепло от стекла передаётся пальцам. Лёгкий аромат нектара — смесь цитрусовых нот и чего‑то цветочного, почти невесомого — коснулся её обоняния, заставляя улыбнуться.
Они присели на край платформы, свесив ноги над бездной космоса. Эля сделала глоток нектара, тот оказался удивительно освежающим. Батончик приятно хрустел, оставляя послевкусие лесных орехов и карамели, с едва уловимой горчинкой, будто в него добавили щепотку горького шоколада.
Несколько минут они сидели молча, любуясь открывшимся зрелищем. Астероиды вокруг словно дышали: то вспыхивали ярче, то приглушали своё сияние, создавая иллюзию медленного танца. Вдали туманность медленно меняла форму: сейчас она напоминала гигантскую птицу с распростёртыми крыльями, пронизанную прожилками оранжевого и бирюзового света.
— Красиво, — тихо произнесла Эля, не отрывая взгляда от зрелища. — Как будто мы единственные во всей вселенной.
Скорпион слегка повернул к ней голову. В его глазах, обычно холодных и непроницаемых, сейчас мерцали отблески далёких звёзд — и что‑то ещё, что Эля не могла точно определить.
— Иногда мне кажется, что так и есть, — ответил он. — В такие моменты, когда тишина становится почти осязаемой, а звёзды — близкими. Когда можно забыть обо всём… и просто
быть
.
Эля повернулась к нему. В свете далёкой звезды его пепельные волосы отливали серебром, а глаза казались бездонными, как сама пустота космоса, но теперь в них читалось что‑то новое, более тёплое.
— Вы часто сюда прилетаете? — спросила она, невольно понизив голос, словно боясь нарушить хрупкую атмосферу момента.
— Достаточно часто, — он сделал глоток нектара, задумчиво глядя вдаль.
Эля слегка откинулась назад, опираясь на руки, и глубоко вдохнула.