Страница 29 из 124
— Простите, док, — в его голосе не было ни капли насмешки. — Я правда пытался контролировать… Но иногда хвост будто отключает мой мозг.
Эля быстро вскочила с его колен, отступила на шаг, поправляя юбку.
— Это переходит все границы, — она старалась говорить твёрдо, хотя голос слегка дрожал. — Мы работаем над контролем, а не над демонстрацией вашей… наглости!
Алор поднялся с кресла и сделал шаг назад, подняв руки в примирительном жесте.
— Вы правы, — серьёзно сказал он. — Простите. Я действительно не хотел вас напугать или обидеть. Просто… этот синдром — он как демон, который просыпается в самый неподходящий момент. И я не всегда могу его удержать.
Эля вздохнула, немного расслабилась и скрестила руки на груди.
— Хорошо, — произнесла она уже спокойнее. — Давайте договоримся: если чувствуете, что теряете контроль, сразу сообщайте мне. Мы будем отрабатывать техники осознанности — учитесь замечать первые признаки «пробуждения демона» и останавливать его до того, как он возьмёт верх.
— Договорились, — кивнул Алор, опустив взгляд. — Спасибо, что не выгнали меня после этого.
Эля посмотрела на него на этот раз внимательно. В его глазах больше не было насмешки, только искреннее раскаяние и какая‑то глубокая усталость. «Может, он и правда пытается?»
— Хорошо, — вздохнула она. — Давайте попробуем ещё раз. Но теперь с чёткими границами. Никаких прикосновений без моего согласия. Никаких провокаций. Мы работаем над проблемой, а не устраиваем цирк. Договорились?
Алор кивнул:
— Договорились. И ещё раз простите. Я действительно хочу научиться с этим справляться.
Хвост, словно поняв серьёзность момента, свернулся рядом с креслом и замер.
— Отлично, — Эля села обратно за стол и открыла блокнот. — Тогда начнём сначала. Закройте глаза и сосредоточьтесь на дыхании…
На этот раз хвост оставался на месте. Алор действительно старался и Эля почувствовала, что эта сессия может стать началом настоящей работы.
Спустя несколько минут аэлорец открыл глаза. В них читалась непривычная для него сосредоточенность.
— Знаете, док, — тихо произнёс он, — когда я пытаюсь осознанно управлять хвостом, это как будто… учусь заново ходить. Всё тело помнит одно, а мозг заставляет делать другое. Это очень странное ощущение.
— Это нормально, — мягко ответила Эля. — Любое новое умение требует времени. Вы уже сделали важный шаг — признали проблему и готовы работать над ней. Это многого стоит.
Она сделала пометку в блокноте: «Прогресс: пациент демонстрирует готовность к сотрудничеству и осознанное участие в терапии. Наблюдается снижение провокационного поведения, рост уровня доверия».
Алор ей улыбался и Эля невольно на него засмотрелась. Всё же он необычный — со своими синими длинными волосами и таким… хвостом. Интересная раса. В голове мелькнуло: «И как они вообще с этим хвостом спят? Неудобно же, наверное…» — но тут же одёрнула себя: не время для таких мыслей. Но любопытство пересилило.
— Алор, а расскажите немного о себе, — вырвалось у неё, прежде чем она успела подумать. — Общие характеристики я, конечно, читала о вашей расе, но мне искренне любопытно: кем вы работаете на станции?
Алор выпрямился в кресле, расправил плечи — хвост тут же элегантно обвился вокруг ножки кресла, будто подчёркивая важность момента.
— Я пилот и специалист по стыковке на станции, — с гордостью начал он. — Управляю малыми судами между станцией и прибывающими кораблями, координирую манёвры при стыковке крупных судов в сложных условиях. Обучаю новичков технике пилотирования в условиях изменчивой гравитации, а ещё занимаюсь техническим обслуживанием.
Он сделал небольшую паузу, подмигнул и добавил:
— Мой хвост — не источник проблем, а настоящее преимущество: он служит дополнительным органом равновесия и помогает точнее чувствовать пространственную ориентацию. Благодаря этому я считаюсь одним из лучших пилотов станции — виртуозно маневрирую даже в самых сложных ситуациях. Иногда мне кажется, что я и без приборов обойдусь — хвост всё подскажет!
Эля не смогла сдержать улыбку:
— Впечатляет. А вы долго на Орионе-11 живёте и работаете?
— Уже шесть лет, — кивнул Алор.
— Не скучаете по дому? И почему вы выбрали работать именно здесь, а не на своей родине?
— Карьерные перспективы, — просто ответил Алор. — На станции я получил возможность летать чаще и больше, чем на родной планете, где пилоты в основном обслуживают туристические маршруты между городами. На Аэлуре меня ждали бы традиционные обязанности наследника клана — управление семейной фермой гравитационных кристаллов. Я предпочёл самостоятельность и риск. Я дал себе слово: вернусь домой только тогда, когда добьюсь настоящего признания как пилот.
— Я видела ваше имя в отчётах Межгалактической службы пилотирования, — улыбнулась Эля. — Простите моё любопытство… А что на вас за амулет?
— Это кристалл, семейный оберег, подаренный матерью перед отъездом, — Алор слегка коснулся амулета рукой, и его хвост чуть приподнялся, будто тоже хотел поучаствовать в рассказе. — Он символизирует связь с домом и, по поверьям аэлорцев, приносит удачу в полётах. Мама говорит, что пока он со мной — со мной ничего не случится. Хотя, честно говоря, я больше полагаюсь на свои навыки… и хвост, конечно.
Эля рассмеялась:
— А можно ещё задать вопрос личного характера? Хочу ближе вас узнать, чтобы более точными были наши терапии и консультации.
Алор расплылся в улыбке, чуть наклонился вперёд, и его хвост сделал изящный виток в воздухе:
— Всё что угодно, док. Можете даже спросить, почему я предпочитаю чай с мёдом, а не с сахаром!
— Как у аэлорцев происходит выбор партнёра? — Эля не просто так задала вопрос, её смущал его хвост. Вдруг его поползновения к ней что‑то всё‑таки значили?