Страница 100 из 124
. Это помогало, но не так, как полная передача энергии. Лишь кратковременные передышки. Я, братья и отец искали, проверяли гипотезы, изучали древние тексты, даже пытались создать искусственную связь через ритуалы. Всё тщетно. Лирран не обманешь — она требует подлинной гармонии душ. Потом я слетел с катушек — моя нестабильность и растущая агрессия представляли угрозу. Вместо перевода на опасные задания старейшины всех кланов Кси‑Аара приняли решение меня ликвидировать.
Эля ахнула, прикрыв рот ладонью. В её глазах отразился ужас перед жестокостью решения, которое кто‑то принял.
— Но это жестоко! — воскликнула она. — Неужели нет другого выхода, чтобы избавиться от этой губительной силы?
Скорпион горько усмехнулся и покачал головой, и в его взгляде мелькнуло обречённость.
— Проблема во мне. Я рождённая аномалия, которой нет объяснений. Никто не знает, как это исправить.
— И что будет, когда ты больше не сможешь сдерживать лирран? — почти прошептала она, и в её голосе прозвучала такая тревога, что даже Скорпион на мгновение замер. Он медленно повернул голову и впервые за весь разговор посмотрел на неё по‑настоящему — будто только сейчас осознал, что она не просто слушатель, а та, которой не всё равно.
— Я взорвусь, — просто ответил он. — В буквальном смысле. Энергия выйдет из‑под контроля и разорвёт меня изнутри. Последствия будут… масштабными. Поэтому меня и приговорили в клане.
Эля потрясённо смотрела на него, пытаясь осознать сказанное. Её пальцы непроизвольно сжались в кулаки так сильно, что костяшки побелели. В глазах защипало.
— Это значит… умрёшь? — её голос дрогнул, сорвался на последнем слове.
— Да, — твёрдо сказал Скорпион. — Моя энергия выходит за рамки обычного боевого потенциала. Если её не контролировать, она приведёт к разрушительным последствиям не только для меня, но и для окружающих. Когда я почувствую предел, я улечу на астероид подальше от всех. Там… там это не причинит вреда никому.
Эля ощутила такой страх от его слов, которые были произнесены буднично, сухо и… так просто, так спокойно, словно он давно смирился и всё решил, что была не в силах вымолвить ни слова. В груди что‑то сжалось — она вдруг осознала, что перед ней не просто суровый воин, а мужчина, несущий на плечах груз, который мог бы сломать любого. И в этот момент она почувствовала, как её сердце наполняется глубоким состраданием и решимостью помочь, чего бы это ни стоило.
— Я сбежал с Кси‑Аара, — продолжил Скорпион и опустил взгляд. — Мне помогла мать.
Он замолчал, и в этой тишине Эля почувствовала, как атмосфера в комнате изменилась. Скорпион глубоко вдохнул и продолжил уже тише, почти шёпотом:
— Она знала о приговоре. Знала, что меня ждёт. И всё равно помогла. Спрятала в грузовом отсеке торгового корабля, договорилась с капитаном… Она плакала, когда прощалась. Говорила:
«Найди свой путь, сын. Не позволяй им решать за тебя».
В его тёмно‑фиолетовом взгляде читалась непривычная уязвимость. Скорпион сжал кулаки, татуировка на предплечье замерцала голубым светом, словно отражая внутреннюю бурю.
— И сбежал я не потому, что испугался ликвидации, — его голос стал твёрже, — а чтобы отомстить за брата. Пока не отомщу, нет мне покоя. Теперь я даже согласен на твои консультации и терпеть все твои вопросы, доктор Миранова, — он попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой. Затем он медленно выдохнул и слегка наклонил голову.
— Я не хочу быть оружием, — произнёс он. — Но я не знаю, как быть кем‑то другим. Всю жизнь меня учили только одному — отдавать энергию, использовать силу, направлять её вовне. Никто не учил меня жить с ней один на один.
— Но ты не можешь жить так вечно, — Эля встала и заходила по комнате номера, нервно потирая ладони. Её шаги эхом отдавались в тишине, подчёркивая напряжённость момента. — Постоянно балансировать на грани, ждать, когда сила выйдет из‑под контроля… Это же изматывает. Ты же не машина — ты человек… то есть ксикорианец.
— Что ты предлагаешь? Научить меня контролировать то, что контролировало меня всю жизнь?
— Да, — просто ответила Эля, останавливаясь напротив него и глядя прямо в глаза. Она села и откинулась на спинку стула, задумчиво глядя на Скорпиона. В её глазах читалась сосредоточенность — она перебирала в уме всё, что знала о физиологии, психологии и энергетических системах разных рас.
— Значит, твоя
лирран
накапливается и ищет выход, — произнесла она, постукивая пальцами по колену. — И единственный известный тебе способ сброса, через экстремальные нагрузки, боль или передачу другому ксикорианцу. Но раз подходящего нет… Мы должны найти альтернативный путь.
Скорпион скептически приподнял бровь:
— Ты предлагаешь что‑то новое? Ксикорианские мудрецы веками изучали лирран. Если бы существовало другое решение…
— Но они искали его в рамках вашей традиции, — перебила Эля, и в её голосе зазвучала уверенность. — А я смотрю со стороны. С позиции человека, который не связан догмами. Давай попробуем мыслить иначе.
Она встала, сделала несколько шагов по комнате, затем повернулась к нему:
— План будет состоять из трёх частей. Во‑первых, мы найдём способ безопасного сброса энергии без разрушения. Я читала о медитативных практиках других рас — например, о технике дыхания у монахов с Каллисто‑4. Они умеют направлять внутреннюю энергию по особым каналам тела. Возможно, нечто подобное сработает и с лирран.
Скорпион слегка наклонил голову, внимательно слушая. Татуировка на его руке слабо мерцала, словно реагируя на ход мыслей.
— Во‑вторых, — продолжила Эля, — нам нужно создать искусственный «приёмник» энергии. Не живого существа, а… устройство. Я знакома с инженером, и он работает с кристаллическими накопителями. Если подобрать кристалл, резонирующий с лирран, он может принять часть твоей энергии и стабилизировать её.
— Кристалл… — задумчиво повторил Скорпион. — В пещерах Кхи‑Линн есть природные образования, которые впитывают энергию скорпионов. Но они нестабильны…
— Вот именно! — оживилась Эля. — Значит, принцип работает. Нам нужно воспроизвести его искусственно. Создать контролируемую среду.
Она чуть наклонилась ближе, глаза горели азартом исследователя: