Страница 79 из 89
Но Варт уже не слушал. Сейчас не до страстей, знаете ли. Фриц Краузе тоже вместо полного перевода занялся любопытствованием:
— А того контрабандиста с бородой вы допросили, комиссар? Кому он вез взрывчатку? Собрать из нитроглицерина еще надо уметь, чтобы не убиться.
— Он не скажет, — покачал Варт головой, складывая руки на груди.
Знает уже этого медведя.
И все равно пойдет. Адлер прав. Медлить нельзя. Одно дело взрывать крепостные валы по дотошным расчетам Краузе, другое — когда за дело берутся бродящие умы.
Но куда идти, как действовать, кого спрашивать?.. Лину? Он мог бы попробовать… Она ведь похожа на Хелен Ванн — добиться ее расположения не должно быть сложно…
Адлер тем временем возразил:
— Он не знает. Конечно, ни один мускул на его лице не дрогнул, но могу поклясться — Борис-Борода не знал про нитроглицерин.
— А хозяин «Черного якоря»?
— Божится, что не представляет, кто, не представляет, как… А под действием пива кто чего не болтает только. Мы обыскали кнайпу от подвалов до чердака — ничего.
Кажется, комиссар был в абсолютном тупике. Впрочем, Варт вряд ли справлялся лучше. Если диверсия планируется в скором будущем, он с планами охмурить Лину Фрунзе может не успеть…
— Но ведь он и правда знать не может! — вдруг воскликнула Мари. Села обратно на стул, закивала, поясняя: — Борис-Борода просто доставлял товар: по заказу или без — мы не знаем, но не в том суть. Лемешев описывал и отвозил на передержку, оставляя указания в плаще в подземелье, а покупателя искал кто-то другой — Борода ведь узнавал, кто покупатель, уже на месте встречи — по плащу… Помните? Он так узнал Василия… И если бы он знал, кто покупатель, не нервничал бы, что никто не идет, не был бы готов согласиться на наше абсурдное предложение… Нет, он не может знать… Лемешев! — щелкнула она пальцами.
— Что Лемешев? — всей мужской компанией воззрились они на Мари.
Трясогузка была в ударе.
— Он тоже связан с «Черным якорем». Помните, что говорила Жаклин? «Выступал по пятницам там против кайзера». О, Жаклин была бы рада все это услышать… Статья бы у нее вышла, что надо! Василий покупал какао бобы — он о нем только и шумел, да и типаж не тот. Нитроглицерин Лемешев оставил для себя. Другого покупателя на посылку не было. Раздела посылки не было. Он знал, что опасный груз в безопасности в соломе у Петра, и потому не торопился. И он умеет обращаться с взрывчатками — ведь помогает на расфортификационных работах. Нет, если уж спрашивать — то Дмитрия Лемешева.
Надо было видеть, как трясогузка была довольна собой. Потому что они все были ошеломлены в первую секунду.
А потом Варт вскочил, совершенно забывая о колене и ребрах.
— Пойду его допрошу. Комиссар, вы со мной?
Комиссар Герман Адлер медленно проговорил, возвращая себе дар речи:
— Мы его выпустили этим утром. Его отец внес залог… — вскочил, едва не опрокинув за собой стул и чашку на столе. — Ветров, мы немедленно отправляемся в мясную лавку.
— А кто такая Жаклин? — праздно полюбопытствовал Фридрих Краузе.
— Никто никуда не отправляется, комиссар! — подскочила и Маша, переметнулась к Варту, схватила за рукав. — Точнее, может быть, отправляетесь вы, но не мой… брат.
Напряженная тишина возникла лишь на секунду.
И в ней неожиданно раздался отчетливый шепот всеми забытого Михася:
— Вчера… папа и мама принесли домой… связку прозрачных ампул. Таких… размером со стакан.
Мальчонка послушно обмахивал газетой со стола бледную как смерть фрау Фрунзе.