Страница 15 из 89
— Упали в Одру⁈ Утонули⁈ — ужаснулся Краузе, пока массовка рабочих позади шепталась и фыркала что-то приглушенно непонятное. Фридриха, по крайней мере, их комментарии не трогали. Сопевший позади Вартислав тоже не дергался. Только когда Краузе сделал к ней шаг. Маша обернулась, но лицо того уже было невозмутимо. Правда, Фридрих в своем целеустремленном движении остановился. — Вам, должно быть, нужно обсушиться, согреться. Могу ли я предложить вам свой скромный кров, Мария Александровна?
Вот, правильное направление мыслей! Внутри все зааплодировало и запрыгало от радости.
— Вы были бы очень добры, херр Краузе…
— Прошу вас, Мария Александровна, зовите меня Фриц — этого достаточно.
Прямо впору вспомнить наставления мамы Скарлетт: «Только цветы и конфеты, дорогая». Краузе так мил, что придется это дело держать в памяти. Цветы и конфеты — это хорошо, но сейчас все же есть задания понасущнее…
Мда.
Еще и Фриц. Кто б подумал, что это просто уменьшительное от Фридриха.
— Фриц, не хотелось бы вас обременять, но Вартислав еще и ранен. Лекарь бы… доктор… — тьфу, как они тут называют врачей⁈. — пригодился тоже…
На всякий случай Маша моргнула ресничками несколько дополнительных раз. Но прусу это было ненужно — в данную эпоху помогать дамам вообще считалось за честь, что прекрасно. Он уже что-то приказал своим, пригласил Машу следом в ту самую дыру, подал руку…
Какой хороший век, все же.
— А что будешь делать, когда твой хахаль увидит твои парусиновые штаны? — ехидно прошептал Вартислав и испортил всю малину.
Маша запахнула плед покрепче, вымученно улыбнулась Краузе и проигнорировала ладонь.
Заноза Варти. Чтоб он заржавел. Правда, когда он в дыре опасно завалился на бок, Маша решила, что пусть ржавеет на здоровье, но не так и не сейчас все же.