Страница 54 из 216
– Компас помогает, конечно, но полностью положиться на него нельзя, лейтенант. Опять же, вероятность ошибки очень велика. Если отклонимся всего лишь на полградуса, а в масштабах океана довольно-таки значительно, то рискуем оказаться где-нибудь... – он неопределенно взмахнул рукой, – на южном полюсе, например. Бывали такие случаи... – Мюррей сдержано хохотнул каким-то своим мыслям. – Или в испанских землях [10]. А то и вовсе в пиратском гадюшнике где-нибудь на Карибах. Нам это зачем?
Тейлор был согласен, что им это совершенно незачем.
– Поэтому умудренные опытом мореплаватели, Тейлор, к коим я себя и отношу, стараются делать расчеты всеми способами, какие только возможны. Вот я, например, знаю пару-тройку приемов вычисления координат без компаса, правда, они довольно трудоемки. Но на крайний случай все сгодится. Ну что? Я ответил на ваш вопрос?
– Да, сэр, более чем, – Генри аж прищелкнул языком. – Спасибо, сэр. Признаться, это чертовски занятно. А то время, которое мы отмеряем с помощью песочных часов, разве оно не лондонское?
– Вы смеетесь, Тейлор, разве можно считать точным время, счет которого зависит от стольких стихийных обстоятельств. Погрешность к концу нашего путешествия накопится в пару-другую часов, а то и больше. Вот увидите.
Генри бросил напряженный взгляд на штурмана, соображая. Мозги у него слегка кипели от яркого солнца, но больше – от обилия новых сведений. Собеседники немного помолчали, вместе уставившись вдаль и с наслаждением ловя разгоряченными лицами прохладный соленый ветер.
– И сколько это? Ну... морская миля? – снова не выдержал Генри.
Штурман не спеша извлек из-за пазухи подзорную трубу, потом оценивающе глянул на Генри, прикидывая, какой ответ тому будет понятен при всей его неопытности в мореходном деле.
– Морская миля равна 6080 футов, если быть совершенно точным, – твердо отставив локоть в сторону, он приложил трубу к глазу и тщательно обозрел горизонт по ходу корабля, намереваясь, видимо, обнаружить искомые Азорские острова.
– А сколько мы уже прошли?
– По моим подсчетам что-то около 1400 миль. До островов еще где-то порядка сотни. А сам крюк в итоге получится небольшой, лейтенант, не переживайте. На самом деле, примерное в пять сотен миль. Так что потеряем что-то около трех-четырех суток. Но в принципе это не так и страшно в масштабах всего путешествия, зато риск заблудиться минимальный.
Генри пожал плечами. Несомненно, что такое четверо суток? Если при этом, конечно, не париться на солнце, надраивая палубу, не нюхать прогорклое амбре сотоварищей по баку, не жевать плесневелые галеты и солонину, запивая гадким вонючим грогом? Но больше всего его угнетала несокрушимая невозможность покинуть это жестко ограниченное, шаткое ненадежное пространство. Что бы с ним, этим пространством, не происходило. Впрочем, может статься и хуже, наверное. Так чего сейчас ныть?
– Да... конечно… не так и страшно. А можно мне тоже, сэр? – Тейлор с мальчишеским нетерпением потянулся к волшебному прибору в руках штурмана.
– Н-нда... пока что не видать… – пробормотал Мюррей и без разговоров отдал трубу, к которой Генри прильнул с горячим любопытством. – Что ж, когда подойдем к островам, лейтенант, считай, больше трети пути прошли. Есть еще одна причина, кстати, почему мы сразу не взяли курс вест-зюйд-вест [11]. Тогда нам бы пришлось плыть против Северо-Атлантического течения, а сейчас, заметьте, попутное Канарское течение [12] придает нам дополнительную скорость, правда, при прокладке курса надо учитывать, что оно же слегка сносит нас к востоку от нашей цели.
Генри важно кивнул, будто он что-нибудь понимал во всех этих течениях, и, вслед за штурманом, с благоговением оглядел горизонт, потом принялся исследовать водные окрестности с резвящимися вблизи дельфинами, и, наконец, переключился на происходящее на корабле, с восторгом наблюдая совсем близких сейчас, ничего не подозревающих матросов, копошащихся на палубе и вантах, до которых, казалось, было рукой подать. «Такое чудо эта подзорная труба, право слово!» – удивленно думал он.
Он видел этот прибор ранее, конечно, у двух старших офицеров его полка и всегда мечтал в него заглянуть. Но подзорная труба, так же как и курительная трубка, являлась предметом исключительного и недостижимого, на его взгляд, положения. И теперь он с трепетом наслаждался вдруг сбывшейся мечтой: уже одно это, кажется, могло его примирить со всеми несусветными тяготами путешествия.
– Скорость наша довольно хороша, лейтенант. Летим как на крыльях, можно сказать. Хотя севернее мы шли несравнимо быстрее из-за ветра, пару дней скорость доходила аж до девяти узлов. Но в среднем – весьма неплохо. Пять-семь где-то...
– Хех, похоже, я и то бегаю быстрее, – Генри думал о том, что если бы каким-то чудом через океан вдруг проложили мост, то двигаясь совсем без отдыха, он смог бы, кажется, перебежать по нему за каких-нибудь две недели.
Луис в свою очередь пожал плечами и хмыкнул:
– Ну, разве что вы, Тейлор, сумели бы топать по воде, словно по суше, но что-то мне подсказывает, вы, мой друг, вовсе не Господь Бог. Впрочем, корабль и есть наш кусочек моста, – Мюррей, казалось, воодушевился увлекательной мыслью, – только бежать нам никуда не надобно: сиди себе на месте, пока по воле Господа нас несет, куда нужно. И днем... да и ночью тоже. И даже пока мы спим. Знай себе, отслеживай нужное направление и правильно лови ветер.
– Так просто, сэр? – Генри не удержался от сарказма, памятуя обо всем пережитом здесь за эту неделю с небольшим, которого, право слово, ему бы хватило на десять жизней, кажется.
– Да уж проще, чем по воде шагать, все сомнения, – в тон ему усмехнулся Мюррей. – Для этого, правда, нужно знать основы навигации. Я вас научу, лейтенант, если хотите. Хотя бы самым азам. Мало ли... Вдруг пригодиться когда-нибудь.
– О, спасибо, сэр! Буду признателен, – Генри почувствовал, что его по-настоящему захватили такие перспективы, отозвавшись непонятным теплом в душе, будто он нежданно возвратился в давно знакомую, желанную гавань.
– Вчера мы уже учились с вами определять местное время. Если вам интересно, сегодня, ближе к вечеру, снова приходите на шканцы, покажу вам как астролябией измерить широту по высоте солнца над горизонтом. Вот это как раз-таки довольно просто, в отличие от той же долготы.