Страница 29 из 216
«Ладно, – подбодрил себя Генри. – Просто не надо смотреть вниз! Надо лишь представить, что ты лишь в трех футах над землей. Держишься крепко и точно не упадешь! Так что спокойно, Тейлор, мать твою, спокойно! Хватит психовать! Это всего лишь гребаная, к чертям, лестница. Надежная и крепкая. Гораздо лучше, чем то же дерево. А по деревьям ты, бывало, лазил в свое время... с переменным, правда, успехом».
Да, черт, пример неудачный!..
Как-то, будучи десятилетним – дьявол его дернул, не иначе! - Генри взялся подглядывать в окна второго этажа за кузинами, гостившими в ту пору в загородном поместье Дерби, и, как водится, совершенно бездарно свалился с облюбованного им дерева, ломая тонкие ветки по пути к земле. Всего лишь ступил не на тот сучок, олух любопытный, и, потеряв опору, сорвался в единый миг. То впечатление полета в неизвестность и ощущение стылого ужаса в бесплодных попытках поймать воздух руками он не забудет, наверное, никогда.
Что ж, определенно, это помнилось гораздо дольше, чем голенастые ножки хихикающих девчонок, нарочно медленно и игриво стягивающих чулочки перед завороженным взором малолетнего наблюдателя. Но за все удовольствия, как водится, наступает расплата, и, свалившись с дерева, Генри несколько долгих мгновений просто не мог вздохнуть: раскинувшись на влажной земле недвижимый, он беспомощно таращил глаза и разевал рот. А листья и ветки высоченного вяза над головой сыпались ему в лицо.
После спина долго болела и было больно дышать, и мальчишка до слез боялся, что вырастет ужасный горб, как у того карлика-арлекина, над которым зеваки потешались в рыночной площади. Но все обошлось, хвала Иисусу!
Он даже не стал никому говорить о своем ушибе. Потому что противные девицы, конечно же, нажаловались тетушке, та – папеньке, и Генри с лихвой хватило порки за подсматривание, а заодно и за разодранные штаны. А так бы наверняка добавили за этакую его беспечность, опасную для здоровья. Легкомыслие и безответственность сэр Джеймс карал, по обыкновению, особенно строго.
Отец, конечно, по-своему, был прав – волновался за бедового отпрыска. Но Генри-то точно знал, кто причина всех его несчастий – эти препротивные la femme! – и даже никаких доказательств не нужно. Нет, определенно, лягушатники понимают толк в виновницах всех конфузов!
Кстати, после того случая, выше чем на три-четыре ярда Тейлор никогда залезать не осмеливался, да и то, если опора была надежная – что-то типа садовой лестницы, ведущей исключительно в опочивальню к хорошенькой барышне. Что ж, было бы желание, как говорится... Хотя лейтенант предпочитал, чтобы его любовные порывы в этот момент незаметно страховал кто-нибудь из слуг.
Стараясь не думать и смотреть прямо перед собой, Генри стал подниматься выше, чтобы все-таки добраться до треклятого Райза. Хотя что делать с этим идиотом дальше, лейтенант не вполне себе представлял. Впрочем, очень сильно хотелось отодрать того за шкирку от лестницы и скинуть на палубу.
Ну а что? Сам сорвался, однако...
Но ведь, на самом деле, никаких сил ему не хватит спустить Рика, если тот решит не двигаться с места. Тем более, Генри сам боится до колик в животе сейчас.
Та-ак, а ну, дурень, не смей думать об этом!
Лестница была не слишком-то и широкая, но вдвоем они вполне уместились бы – бок о бок. Хотя сейчас парень распластался так, что ухватиться рядом с ним было просто не за что.
– Ричард, – позвал Генри и, крепко ухватившись руками за перекладину возле голеней Райза, поравнялся головой с его коленями.
Господь! Вот зря он это сделал!
Рик заверещал, как резаный и попытался пнуть Генри каблуком по лицу. Благо Тейлор вовремя увернулся, да и ногу этот паразит побоялся сильно отрывать, во избежание.
– Не подходи ко мне! – судорожно обнимаясь с балясинами, истерил Райз, похоже не отдавая себе отчет в происходящем: на лице его был написан животный ужас. – Убирайся! Я не хочу!
– Рик! – почти нежно прокричал Генри, пытаясь перекрыть шум ветра и шелест парусов. – Пойдем! Надо спускаться! Маргарет там, внизу! Она тебя ждет.
– Нет! Я не могу! Не трогай меня!
– Я тебя не трогаю! Видишь? Не трогаю. Ты сам. Сам спустишься! Я тебе помогу!
– Не надо! Уйди, говорю! – Райз еще крепче вцепился в веревки и зажмурил глаза. – Ты, сукин сын, моей смерти хочешь!
– С чего это?! – Генри начал заводиться.
Вот же осел!
Злость на Райза, на удивление, отвлекла его от собственного панического состояния. Вспыхнув обидным негодованием, он как-то сразу забыл и про свой страх, и про высоту, и про изрыгающего проклятья боцмана, и про грозившее ему очередное наказание за самоволку. Про все, кроме резкого желания надавать этому беспробудному мерзавцу подзатыльников, а после... Вот что делать с ним «после», Генри пока не придумал. Отодрать громоздкого увольня от веревок насильственным путем не представлялось возможным. Дьявол!
Если прикинуть, еще пару часов, конечно, они провисят здесь на чистом энтузиазме, а потом окончательно ослабнут от холода и усилий – и навернутся вниз. Уже сейчас Тейлор чувствовал, что еле справляется со своими закоченевшими конечностями. Ветер здесь, наверху, продувал насквозь еще безжалостней.
Решительно вздохнув, лейтенант поднялся еще на одну ступеньку. Перед глазами, полностью скрывая окружающий дивный пейзаж, оказалась внушительная задница Ричарда Райза. Генри едва удержался, чтобы не впилить со всей дури по этому, чертовски тупому, свинскому месту, в который раз подставляющему его так безмозгло. Остановила только мысль, что он сейчас не в слишком выгодном положении относительно поганца и тот, дернувшись в ответ, может легко сбросить Генри вниз.
Тейлор, чертыхнувшись от души, подтянулся с трудом на следующую балясину, охватывая Ричарда с боков. Он чувствовал, как тело приятеля трясется в кольце его рук, и как с нервными всхлипами тот чего-то бормочет себе под нос.
Молится что ли, бестолочь идиотская? Лучше бы подумал, как жить дальше, упырь бессовестный!
– Тихо, Рик! Спокойно, – Генри невольно понизил голос до мягкого урчания, чтобы не спровоцировать парня на резкие движения: здесь, на высоте, это может быть фатально. – Я пришел тебе помочь, дружище! Ты меня слышишь?
Райз никак не реагировал и глаз не открывал.
– Эй, вы там, наверху! – ветер доносил снизу обрывки не слишком благопристойных советов от дружелюбно настроенных матросов, как водится, вместе со взрывами смеха. – Трахнитесь уже быстрее и спускайтесь, содомиты конченые.