Страница 204 из 216
ГЛАВА 38.2. БРОСОК (продолжение)
Может быть, это и помогло бы с обычной собакой, только на беду, чудовищная псина в холке приходилась дамочке чуть ли не по пояс. Становилось понятно, что зверюга легко сшибет сеньору с налета в мощном прыжке, хоть та и наклонилась предусмотрительно вперед – для устойчивости.
Вот повалит ее гадская скотина в два счета! А там и до нежного горла недалеко... Черт!
Почти не отдавая себе отчет – лишь бы как-то задержать зверя, – англичанин подхватил большой камень с земли и швырнул его изо всех сил в собаку, которая совершала буквально последний рывок. На удивление, Тейлор попал – то ли в голову, то ли в плечо – и сбил молосса прямо в полете.
Мачо, взвизгнув, отлетел от удара чуть в сторону, потеряв ненадолго скорость и настрой. Это, конечно, отнюдь не спасло ситуацию, но тем самым Тейлору удалось выиграть пару мгновений форы, за которые лейтенант успел подлететь к девушке, вырвать у нее зонт и загородить отважную, но безрассудную красотку своим телом.
Мачо бросился тут же – следом, и Генри, как всегда, в момент опасности отслеживая ситуацию в несколько приторможенном темпе, успел запихнуть палку в разверзнутую, приближающуюся пасть. Поперек, конечно. Лейтенант отнюдь не готов был убивать собаку. Но сунул как можно глубже! До самых коренных зубов.
Потом, с силой вдавливая в слюнявую пасть бедный зонт, Тейлор одним движением ухватил псину за крепкий ошейник и, не давая опомниться, пригнул тяжелую рычащую морду к земле, изо всех сил налегая на бычью шею коленом. Генри помнил: в собачьих боях главное – заломать противника, показать превосходство, подавить. Хотя, конечно, вряд ли бы ему, измотанному доходяге, удалось долго удерживать рвущегося пса величиной с пантеру...
Краем глаза лейтенант заметил, что Пейн, к счастью, вернулся.
Надо же, когда первый шок прошел, опомнился все же, трусливый ублюдок!
Подбежал опасливо к своей сеньоре, сукин сын.
Да Генри был и рад, на самом-то деле, что тот благополучно забыл про свои кинжалы-пистолеты: по крайней мере, неразумного пса удастся спасти от смерти!
Лейтенант, напрягаясь всем телом, чтобы справиться с дикой мощью молосса, протянул требовательно освобожденную на миг руку:
– Ремень дайте!
Он слышал за спиной, что происходит какое-то шебуршение, потом в его руку легла дорогущая ременная перевязь. Только почему-то вложила ее донна.
– Держите зонт! – коротко скомандовал англичанин.
Девушка встала на колени, помогая ему удерживать зонтик в собачьей пасти, а Генри быстро обмотал позолоченной портупеей морду Мачо – прямо вместе с зонтом – и застегнул накрепко, соорудив этакий намордник.
– Сидеть! – грозно рыкнул лейтенант и, с силой дернув за ошейник, осадил повязанного пса. – Сидеть, ублюдок! Ты чего творишь, скотина! Гостью напугал!
Кружевной измочаленный зонтик в собачьей пасти выглядел нелепо, но англичанину было совсем даже не до смеха, поскольку его уже начало потряхивать от пережитого испуга.
– Как вы, госпожа? – спросил он, чтобы хоть как-то скрыть мандраж.
Девушка поднялась и, как ни в чем не бывало, элегантно отряхнула от дорожной пыли свои бархатные кремовые юбки, расшитые в распахе черным цветочным орнаментом. Тейлор уловил легкий шлейф духов и разгоряченной кожи поверх деликатной дéвичьей свежести.
Боже, Боже, дай ему великих сил! Такие... полузабытые женские запахи... из его прошлой жизни!..
Сознание лейтенанта слегка поплыло в упоении, несмотря на пиковую ситуацию.
– Со мной все прекрасно, раб! – последовало высокомерное заявление с явственным испанским акцентом, которое сразу вернуло англичанина к действительности.
А еще так и слышалось между строк: «Не твоя забота, наглец!»
Генри тут же вызывающе прищурился: «Ну и пожалуйста!»
Впрочем, дамочка в тот же миг с раздражением напустилась на своего отважного спасителя:
– Это твоя собака, кретин?!
Голос у сеньоры был удивительно глубокий, вопреки волнению, – а может и благодаря ему – с легкой хрипотцой и мягкими рокочущими вибрациями, от которых почему-то разом стеснило в груди. Генри сглотнул: «Да что ж такое-то, дьявол!» Ко всему прочему, этот завораживающий тембр казался пронизан терпкими экспрессивными нотками, свойственными, похоже, всем испанцам.
– Э-э-э... Нет, миледи. Не моя.
– А чья?!
– Это рабочая собака. Простите его, миледи! Обычно этот парень послушный, – лейтенант зачем-то попытался оправдать недостойное поведение Мачо. – Не знаю, что нашло на чертяку! Может, съел что-нибудь...
Дамочка взглянула на Генри неприязненно и саркастически поджала губы.
– О да! Видимо, мозги своего хозяина слопал, бузила! – несмотря на едкое замечание, заметно стало, как взгляд донны все еще блуждает от пережитого потрясения, а пальцы в кружевных перчатках подрагивают.
Но она крепилась!
Боже, как она держится!
Тейлор был по-настоящему впечатлен.
– О, душенька! – Пейн настойчиво завладел вниманием своей дамы, подобострастно подавая откинутый ей впопыхах веер. – Эта мерзкая тварь – собственность одного из надсмотрщиков! Он за это поплатится! Клянусь своей шпагой!! Как вы, моя прелесть?
– Я отлично, дон Уолтер! Невзирая на то, что меня едва не разорвал ваш сумасшедший пес, который носится тут совершенно безо всякого присмотра! Что-то не заметила я поблизости ни вас, ни вашу хваленую шпагу!
Последние слова она выговаривала Пейну в макушку, потому как тот залебезил и попытался смиренно поцеловать возмущенной красотке ручку, обметая все вокруг длиннющими буклями парика.
Генри молча поаплодировал.
Острые зубки, оказывается, у этой госпожи Гальяно, пребольно кусается!
«Не чета тебе, дуралей!» – подмигнул он Мачо. Мысленно.
Собака ошарашенно крутила головой, тщетно пытаясь освободиться от непонятной, сверкающей под солнцем конструкции на своей морде.
«Потерпи, бродяга. Сам виноват! – Генри осмелился украдкой почесать взбудораженного пса за ухом, хотя другой рукой предусмотрительно удерживал его за ошейник все же. – Сейчас придет твой чертов хозяин и освободит тебя, надеюсь. А я не рискну».
Тейлор сам теперь диву давался, как ему удалось справиться с этаким зверюгой.
Вот уж, истинно – не так страшен чёрт, как его малюют! Хотя… да, потрудиться пришлось! До сих пор поджилки трясутся!