Страница 19 из 216
Беспомощно ощущая на себе горячее грузное тело и настырную руку, шарившую по его боку, кажется, в поисках чертовых пуговиц, Генри с тоской подумал, что ему не вырваться, особенно, если все эти жалкие проходимцы, по его вине практически оставшиеся без обеда, помогут грязному извергу.
Тейлор дергался, рискуя вывихнуть себе плечо, и рычал из последних сил:
– Только попробуй меня тронуть, ублюдок! Я оторву твой член и заставлю тебя им подавиться!
В процессе он сделал еще несколько тщетных попыток вывернуться, подкидывая Рона бедрами и бодаясь что есть силы головой. Попытки особым успехом не увенчалась, только вызвали довольный смех поганца и его зрителей. Тем более, Генри был все-таки чертовски слаб после непривычной каторжной работы в сочетании с морской болезнью и вынужденной голодовкой.
– О, глядит-ка, брыкается, наш резвый жеребчик! – продолжал глумиться ирландец, впившись своими граблями ему в волосы, чтобы хоть как-то предотвратить отличный удар затылком по своей переносице, благо ему пришлось при этом выпустить тейлоровский зад. – Ишь ты, какой дерзкий малек! Прямо так и тянет оседла!..
Послышался глухой удар, затем хруст сломившегося дерева, и тело ирландца обмякло. Потом еще один удар, толчок, и Рон свалился с его спины на пол, мотая ошалевшей головой. Из рассеченной брови драчуна струилась кровь.
Генри, не давая оглушенному громиле прийти в себя, резво выполз из-под его ноги и одним прыжком оседлал грудь мерзавца, с наслаждением надраивая ему челюсти кулаками, да так, что у того только зубы клацали, а голова моталась из стороны в сторону.
Но Рон явно был не дурак подраться и внакладе не остался. Не слишком-то напрягаясь, он схватил Генри за грудки и, перекатившись, подмял под себя, возвращая должок. Благо, теперь они дрались лицом к лицу, и руки Тейлора были свободны, так что он мог пользоваться ими в свое удовольствие.
Отбиваясь по мере сил, Генри кинул быстрый взгляд, оценивая обстановку в кубрике. Ричард тоже отмахивался от пары нападающих ножкой табурета, который, видимо, и обрушил давеча на крепкий загривок ирландца. Что ж, ублюдки были ниже его ростом, так что должен справиться, не совсем же недотёпа, поди! Хотя еще двое кряжистых паразитов повисли у Райза на плечах...
Чувствуя, что слабеет, Генри вцепился ирландцу в волосы на затылке, а потом, дернув на себя, сделал свой коронный бросок головой, целя в переносицу. Потекла теплая кровь, заливая Генри лицо. Но сам Рон в пылу драки не обратил на это событие никакого внимания.
Вот ведь бесчувственный сукин сын!
Генри уперся в пол ступнями и, надсадно выгнувшись всем корпусом, все-таки сбросил ирландца через голову, потом, наконец, снова подскочил на ноги. Его пошатывало от слабости, но сдаваться лейтенант вовсе не собирался. Рон тоже поднялся, слегка покачиваясь: похоже, он был порядком оглушен, хотя и виду не показывал.
Рубахи двух «бойцовых петухов» были расхристаны до пупа, одежда уделана чечевичными ошметками, пуговицы на матросских куртках поотлетали, а кровь и пот заливали глаза, мешая рассмотреть противника. Поэтому парни махались теперь наобум, особо не целясь. Ирландец упрямо скалился красными от крови зубами. Судя по всему, Генри в переносицу ему не попал, лишь расквасив лепешкой губы.
Подозрительная тишина в кубрике заставила дебоширов внезапно протрезветь. А, может, виной тому было еле слышное шиканье матросов. Генри остановился, а вместе с ним распрямился и Рон. Оба они настороженно развернулись к трапу, ведущему на верхнюю палубу, возле которого, как оказалось, молчаливой статуей застыл старпом, с вальяжной невозмутимостью облокотившись о ступеньку.
Дерьмо!
Узрев с удовлетворением, что все, наконец, обратили на него свое драгоценное внимание, старший помощник безмятежно, и от этого зловеще, прошелся вдоль переднего ряда скучковавшихся матросов и остановился как раз напротив потрепанных бойцов, изо всех сил пытающихся сдержать сбитое дыхание.
– Отлично, Линч! – голос Стаффа был холоден и резок. – Что это, дьявол забери, за хрень собачья?! Если мне не изменяет память, в первую очередь ТЫ должен отвечать за порядок среди своих людей. Так-то ты выполняешь свои обязанности, квартирмейстер?
– Виноват, чиф, – как-то излишне спокойно проговорил ирландец, даже не пытаясь утереть кровь, ручьем стекавшую по щеке из пробитой брови.
– Ну? Может, все-таки объяснишь, что здесь происходит? Что за балаган вы тут к чертям устроили, дармоеды?
И Стафф, приподняв изогнутую бровь, вперился обманчиво бесстрастным взглядом Рону прямо в разбитый рот.
– Ничего особенного, чиф. Так... показал пареньку пару приемов. Вдруг да пираты нападут. Сами знаете... Надо быть во всеоружии.
Слова у ирландца складывались с трудом из-за сорванного сиплого дыхания и отекших губ.
– Ну, ну. За дурака меня держишь, Рональд? Кажется, я еще не выжил из ума.
– Никак нет, сэр. Готов ответить за беспорядки, сэр.
Старпом прищурился, и голос его прозвучал излишне обыденно:
– Что ж, сам знаешь – виноват, Рон, – он кивнул и, добавив жесткости в тон, чтобы прониклись все, отрезал с холодным напором. – Дюжина плетей. Получишь прямо сейчас. Поднимайся наверх, матрос.
Рон на секунду застыл, потом еле заметно пожал плечами и, невозмутимым образом оглядев притихшую братию, твердо пошел к трапу.
Генри бросил удивленный взгляд на долбаного ублюдка, которого две минуты назад практически ненавидел, но сейчас, отметив его нарочито спокойную, слегка презрительную уверенность в этакой скверной ситуации, невольно проникся запоздалым уважением.
Впрочем, его собственная гордость не позволила ему смолчать, спрятавшись за чужую спину, хоть Тейлор и всерьез раздумывал над этим, улавливая где-то далеко, в самой глубине души, еле ощутимые флюиды нехорошего предчувствия.
Лейтенант сделал шаг вперед и, в упор глядя на Стаффа, произнес ровным голосом, полагая наивно, что этим он прямо сейчас быстренько решит возникшую проблему, и все вполне мирно расползутся по своим делам. А может даже прерванная так неудачно трапеза продолжится.
– Все в порядке, герр офицер. Этот человек невиновен. Приношу свои извинения, потому что я сам спровоцировал конфликт.
Старпом равнодушно окинул Тейлора с головы до ног:
– Этому тоже дюжину. На выход.
Генри закаменел.
Вот так? Буднично? Мимоходом? Его, лорда Генри Тейлора, потомственного дворянина, офицера Его Величества десятого драгунского полка, сейчас распорядились выпороть? Он не ослышался?