Страница 184 из 216
– Послушайте, Баба, – Генри вдруг осенила одна мысль. – А можно мне еще такой мази? Там этот пес... Мачо. Он тоже пострадал на боях. Разорвали его знатно. Ему ведь поможет, ага? Или это только для людей?
– Поможет, – Бабалаво без лишних слов взял коробок из коры и зачерпнул туда мази, подал Тейлору, потом, подумав, налил в тыквенную флягу своего мерзкого пойла. – Это добавляй ему в пищу понемногу. Зверю понравится, не переживай, – хмыкнул старик, заметив, как Генри невольно передернуло.
***
Когда лейтенант подошел к вольеру Мачо, пес выглядел довольно бодро: совсем не похожим на ту жуткую укоризненную развалину из его кошмарного сна. У Генри немного отлегло. Хотя, присмотревшись, он заметил, что швы на теле собаки, и правда, были нехорошо вспучены, и вездесущие мухи буквально кишели, ползая по этим ранам. Мрак. Наверняка все это должно было серьезно беспокоить Мачо, но, как объяснял Тито, бойцовые псы не слишком-то чувствительны к боли.
Оставалась проблема: каким образом теперь смазать ранения этого свирепого парня. Если только зайти в вольер, а там – будь что будет. И лейтенант в великих сомнениях потянулся к задвижке.
– Хей, Уасс! Ты чего здесь ошиваешься, паразит чертов?! Еще чего-нибудь у моей собаки пришел отчекрыжить, придурок?
Генри от неожиданности аж подскочил, тем более, в ожидании опасности всё внутри звенело – почище натянутой струны.
– Господин?! Да я...
– Что ты? Что? Вот долбо*б! Да Мачо тебе быстрей отчекрыжит все твои важные места, если сунешься. Он на это натаскан. Так что фыр отсюда. Я ж тебе велел не отсвечивать пару дней! Вот не ценят некоторые своего счастья.
– Да я просто хотел...
Тито раздраженно закатил глаза, но заметив, что Генри никуда не собирается уходить, все же буркнул:
– Ну, чего надо? Говори, щенок. Только кратко. Некогда мне.
– Я мазь принес, сэр. От ран. И отвар. Гхм... о-очень полезный. Па Конте передал. Клянусь, я все на себе испытал, мистер Боб. Не отравлено! – по-солдатски отчитался Генри, протягивая Тито коробочку вместе с флягой и в глубине души радуясь, что ему не придется теперь близко общаться с непредсказуемой псиной.
По выражению лица драйвера нельзя было понять, о чем он думает. Только, Генри показалось, какая-то растерянность мелькнула в его темных глазах. Потом испанец опять нахмурился.
– А я почем знаю, что не отравлено! С тобой, хитро*опым поганцем, надо держать ухо востро – так и норовишь что-нибудь отчебучить. Ну-ка, покажи на себе.
Генри послушно зачерпнул немного мази, потер ссадину на скуле, все еще вспухшую, едва подсохшую. Потом... ух... выдохнув, отпил глоток снадобья, стараясь не кривиться.
Чудный вкус! Что ж, наверняка собаке понравится гнилая рыба...
– Это понемногу в еду – от боли, – лейтенант заткнул пробку и сунул флягу Тито, – а это – мажьте ему раны, как можно чаще. Па Конте говорит, гнить не будет. Кончится, я еще принесу.
– Чего это ты вдруг? – подозрительно прищурился Тито. – Никак надо чего опять? Или на всякий случай задабриваешь?
Генри пожал плечами.
Как объяснить драйверу, что просто жаль пса? Тем более, когда у самого все тело ломит, он сейчас мог себе представить чужую боль. Пусть это даже и какая-то посторонняя собака. Хотя нет... не совсем посторонняя теперь. Мачо все же пожертвовал ему свой коготь, который призван спасти Тейлора от самой жуткой участи в его жизни.
– Это в знак моей благодарности за ваше покровительство, – наконец нашелся лейтенант.
– Лучше бы ты за мое покровительство амулет у своего колдуна выпросил, бездельник... – ворчливо отозвался драйвер.
– Па Конте все время спрашивает своих богов, сэр, но они молчат. Не знаю, что тут можно сделать... Он говорит, без их ведома амулет не будет работать, – лейтенант попытался состроить предельно горестную физиономию. – Наверное, просто надо еще подождать, сэр.
– Угумс... – Тито откупорил крышку фляги и, нюхнув содержимое, резко отпрянул, скривившись, потом с каким-то интересом глянул на Генри. – Что ж... будем считать, я тебе поверил, дармоед.
– Я могу идти, мистер Тито? – при воспоминании о вкусе зелья, лейтенант подавил тошноту, тем более этот весьма аппетитный душок все еще навязчиво витал у него во рту.
– Да, вали, давай, недоносок. И в любом случае, спасибо, коли так. Ну... за беспокойство твое... и вообще. Раны и вправду плохо заживают, хотел уже в город пса опять везти. К лекарю.
Генри, совершенно не ожидавший благодарности, кивнул в ответ и облегченно повернулся, чтобы уйти.
– Эй! Послушай, Тано. Погоди, – услышал он за спиной. – Я тут подумал... У меня к тебе деловое предложение.
– Я вас слушаю, сэр, – Тейлор был предельно насторожен: от этого непонятного испанца можно ожидать чего угодно, да и Зафар предупреждал.
– Ты же наверняка хочешь на свободу, малыш. Так вот. Мое предложение: я тебя покупаю у хозяина и потом отпускаю. Ну... через некоторое время. Идет?
ЧЕГО?!
Генри ошалел настолько, что даже подумал, что ослышался.
Оу! Неужели уже начал действовать коготь? Но ведь Бабалаво еще не сварганил ему амулет!
– Спасибо, конечно, господин Тито. Но ведь я что-то должен сделать взамен?
– Хех, правильно мыслишь, ушлепок. Так я и знал, что ты совсем даже не дурак, хоть и прикидываешься! – Тито подошел к англичанину вплотную и, будто своего верного пса, потрепал по шее, потом бодро заявил: – Так вот, взамен, милый мой Себастьян, ты должен добыть мне победу в десяти турнирах. А? Что скажешь? Согласен, Лакки Бой?
Визуализация Генри (надеюсь, понравится):
КОНЕЦ ГЛАВЫ.