Страница 150 из 216
ГЛАВА 31.1. НЕДОСТАЮЩИЙ КОМПОНЕНТ
***
– Эй, Уасс, заканчивай! Я не собираюсь тут с тобой до самого утра ошиваться. Устал, к чертову дьяволу, как собака!
– Простите, мистер Тито. Мне остался всего лишь ряд! Я быстро!
В сгущавшихся сумерках Генри тоскливо обозрел лежавшую перед ним каменистую, заросшую жесткой травой полоску земли с торчащими из нее побегами молодого винограда. Бесконечная гряда длиной в сто гребаных ярдов терялась где-то там, вдалеке.
Дьявол! Руки-ноги дрожали от усталости, в сухое горло будто дерюгу впихнули, и, казалось, что наказание за недоделанный ряд легче перетерпеть, чем поднять руки еще хотя бы раз. К черту!
Тейлор готов был сдаться.
– Ты охренел, сосунок! Ряд – это целый час очень быстрой работы. Как минимум. А ты шевелишься тут хуже сонной мухи. Скоро совсем стемнеет! Не хватало мне еще шляться с тобой в потемках! Идем, говорю! И вообще, раньше надо было думать, когда ты с утра еле телешился.
– Простите, сэр...
Все равно ничего сделать было нельзя. Равнодушие накатило ленивой волной, и Генри, смирившись, понуро поплелся в усадьбу по каменистой дороге. Весь день адской работы без продыха коту под хвост... Даже поесть толком не успел, только на ходу куски заглатывал. Спасибо Зафару, – да и утренним дарителям тоже – хоть еды у лейтенанта получилось вдосталь, иначе бы он просто не дотянул.
Тейлор, на самом деле, вымотался так, что даже предстоящее наказание его мало тревожило.
Ладно, переживет как-нибудь, не впервой. Лишь бы после куда-нибудь прилечь... Черт! А ведь он обещал Зафару прийти сегодня на ужин. Но даже ради еды он, Генри, не был сейчас готов на такие подвиги. Да и вообще... Отпустят ли его теперь?
Тито нагнал англичанина через пару минут и зачем-то пристроился рядом. Некоторое время драйвер ехал молча на своей кобыле, возвышаясь над Генри угрюмой горой. А его безмолвный рыжий страж неотрывно трусил следом, устало вывалив влажный язык.
От такого свирепого соседства по загривку лейтенанта забегали мурашки, а наработанные пальцы даже слегка занемели. Потом и вовсе сделалось не по себе, когда Тейлор с содроганием вспомнил про утренний посул надсмотрщика о чем-то с ним «побеседовать».
Уж, конечно, этот ушлый гавнюк не праздные разговоры вести собирался.
– А что, Уасс, ты, правда, тому ублюдку лютую смерть наколдовал? – спросил вдруг Тито как-то вполне даже миролюбиво, но Тейлора обдало жгучей волной.
– Э-эм... С чего вы взяли, господин? – Генри изо всех сил постарался, чтобы голос его звучал бесцветно.
– Ну... болтают тут некоторые, что амулет у тебя есть. Колдовской. И что он проклятья насылает...
– Ну, мало ли что болтают, мистер Тито. Людям лишь бы языки почесать. Вы же знаете, сэр. Ничего такого у меня нет. Все это наговоры. Совпадение просто.
– Совпадение с чем?
Генри понял, что от усталости сболтнул лишнего и... попался? Мозг просто закипел, придумывая убедительное объяснение.
– Э-э-э… гхм… третьего дня я плохо себя чувствовал, мистер Тито. Пошел к африканскому знахарю. Ну тому, из деревни, который... Вы его наверняка знаете...
– Па Конте? Колдун?
– Да нет же... он не колдун, – Генри решил, что сама проверенная тактика в данном случае – прикинуться идиотом. – Вернее, я ничего особо про его колдовство не знаю, сэр. Старик дал мне мешочек – маленький такой, с травами, чтобы лечиться, мистер Тито. Велел в воду намешивать, а потом – пить. Я и пил. Ничего больше, сэр! – лейтенант состроил максимально невинные глаза и честно уставился ими снизу вверх, на драйвера. – Всё остальное люди придумали, клянусь! Этот Чакки Брайт, сэр, когда на меня напал, наврал там обо мне всякого! Ума не приложу, зачем ублюдку надо было меня оклеветать.
– Оклеветать, значит? Но говорят, кроме трав, в твоем мешочке еще кое-что водилось... интересное, – пытливо прищурившись, протянул Тито.
– Да не знаю я ничего, сэр! Как на духу, сэр!
Тейлор слышал от полковых разведчиков, что во время допросов лучше все напрочь отрицать. Безо всякой на то логики. Генри и сам мог подтвердить данный постулат, поскольку в детстве частенько применял сей прием – чисто интуитивно, не иначе, – когда бывал вызван к Дерби-старшему в кабинет для «расследования» подробностей очередного своего «преступления».
– Все происходило так, мистер Тито. Я пожаловался знахарю. Он мне дал травы. Я взял. Никакого умысла не было, сэр. Честно! Простите. Я ничего в этом не понимаю. Да и зачем бы этому африканскому лекарю Брайта убивать? Сами посудите, сэр. Он его и в глаза-то никогда не видел!
Что ж... толику логики тоже же вплести не помешает. На это он, Тейлор, тот еще был мастер, закаленный в домашних допросах с пристрастием.
– Ему – незачем. А вот тебе – очень даже большая выгода, паразит. Ведь если этот амулет действительно колдовской, тогда ты можешь проворачивать все энтакое, не марая рук. Удобно. Находишься в одном месте, а труп врага – в другом. Полное алиби.
– Не понимаю я, об чем вы таком толкуете, мистер Тито. Я – добрый христианин и знаю, что с колдовством грех связываться! Мне моя душа дороже! Не хочу вечно в гиене огненной гореть.
– А по-моему, ты хитрый сукин сын! И явно что-то скрываешь.
Что-то скрываю, да... Ты сильно удивишься, если узнаешь... И это будет не то, о чем ты думаешь, паскуда.
То, что он, Генри – графский сын, была даже не его личная тайна теперь. Ввергать своих родных в этакий позор лейтенант вестимо не собирался.
– А вчера того гребаного докторишку кто чуть не укокошил?
Что?! Это было уже слишком! Никто, кроме Генри, наверняка ничего не понял! Ведь не понял же?! Господь, откуда Тито узнал?
– Я??? Я вообще тут при чем, сэр?! Он своим пойлом сам захлебнулся! Все видели! Я просто рядом стоял и все! – лейтенант добавил истеричных ноток в голос –
эх, черт, не переиграть бы!
– по крайней мере, во время разбирательств в кабинете отца это иногда сильно выручало. – И с чего бы мне его убивать, сэр? Я только вчера в первый раз в жизни увидел этого человека! Наоборот же, я его спас! Долбанул по спине, чтобы он откашлялся! Спросите у писаря, он вам скажет!
– Ладно, ладно... Чего ты слюнями-то разбрызгался, Уасс! Уймись уже. Я просто спросил. Так… размышляю…
– Это потому что вы на меня наговариваете, сэр! А мне обидно! Я добрый христианин...
– Да, понял я... Заткнись, дубина! – Тито некоторое время ехал молча, потом продолжил, и голос его звучал теперь вкрадчиво. – А что, Уасс? Разве тебе не хотелось бы?.. Ну вот так... Чтобы всё по-твоему складывалось? Когда ты что-то задумал. А потом – раз! И все желания исполнялись!