Страница 47 из 48
ГЛАВА 27. Последний круг
Я упала на что-то твёрдое. Каменный пол. Милана лежала рядом, без сознания. Вокруг было темно, сыро, пахло землёй и плесенью. Где-то наверху ходили люди, слышались голоса — Елены и графа.
Я попыталась встать. Нога болела, но я заставила себя подняться. Милана рядом дышала, но не просыпалась. Я провела рукой по её лицу, потом по пульсу — ровный, слабый, но живой.
Сверху раздался голос Елены.
— Ты слышишь меня, Лера? — она говорила спокойно, почти ласково. — Ты там, внизу. Ты думала, что ты сильная. Думала, что сможешь всех спасти. А теперь ты в яме, как зверь. Как я была в клетке.
— Отпусти нас! — крикнула я.
— Нет. Ты должна понять. Ты отняла у меня всё. Сначала отца, потом свободу. Ты уничтожила мою жизнь, Лера. И я хочу, чтобы ты почувствовала то же, что чувствовала я. Ты должна понять, что это такое — быть запертой, без выхода, без надежды.
— Ты выбрала свой путь, Елена. Ты могла уйти, могла попросить помощи. Ты выбрала убийство.
— Ты не знаешь, что такое быть вещью, Лера. Ты не знаешь, что такое бояться каждого дня. Ты выросла с любящей матерью и с отцом, который пил, но не мучил тебя. А я выросла с отцом-монстром, который убивал детей и хотел, чтобы я стала такой же. Я не хотела быть такой же. Я хотела свободы. Ты отняла её у меня. Теперь я отниму у тебя.
Я смотрела вверх. Слышала, как она ходит по комнате, как её каблуки стучат по полу. Я слышала голос графа, старого, но уверенного.
— Ты думаешь, что правда на твоей стороне, Лера? — спросил он. — Но правда всегда на стороне сильных. Ты и твоя сестра — слабые. Вы привязаны к эмоциям, к людям, к этой иллюзии любви. Это делает вас уязвимыми.
— Вы убивали детей, — сказала я. — Это не сила. Это трусость.
— Мы отбирали слабых, чтобы сильные могли жить. Это закон природы. Ты не понимаешь этого, потому что ты слишком мягка.
Я больше не могла слушать весь этот бред чертовых психопатов. Я попыталась найти выход из подвала. Стены были каменными, сырыми. В углу я заметила лестницу — узкую, крутую, которая вела наверх. Я подошла к ней, но она была заперта.
— Не пытайся, — сказала Елена. — Ты не выйдешь. Ты останешься здесь. Навсегда.
Вдруг я услышала звук удара. Сверху раздался крик Елены, потом голос Айвара.
Я подняла голову. Я не видела его, но точно слышала его голос. Он был рядом.
— Ты не остановишь нас, — сказал граф.
— Остановлю.
Я услышала, как он борется с ними. Я не могла видеть, но слышала звуки — удары, падения, крики. Магия не работала, но Айвар был сильным. Он бился руками, ногами, использовал всё, что мог.
— Ты умрёшь здесь, Айвар, — сказала Елена.
— И не надейся.
Елена закричала, и я услышала, как она упала. Потом звук борьбы, потом сыпал своими бредовыми проклятьями голос графа.
Я слышала, как они продолжают биться. Айваи не сдавался, даже когда был ранен. Я слышала его дыхание, тяжёлое, но ровное.
— Айвар! — крикнула я.
— Я здесь, — ответил он. — Я не оставлю тебя.
— Ты слабый, Айвар, — сказал граф.
— Я сильнее, чем ты думаешь.
И он ударил его снова. Я услышала, как граф упал, и потом наступила тишина.
— Айвар? — позвала я.
— Я здесь. Я спускаюсь.
Я услышала, как он отодвигает засов на лестнице. Через несколько мгновений он появился. Он был бледен, ранен, но он стоял прямо.
— Ты как? — спросил я.
— Жив. А ты?
— Жива.
— Тогда идём.
Он подошёл к Милане, подхватил её на руки.
— Я понесу её.
— Ты ранен.
— Я справлюсь. Идём.
Мы поднялись наверх. Когда мы вышли из подвала, я увидела Елену и графа. Они лежали на полу, без сознания.
— Ты сделал это, — сказала я.
— Мы сделали это, — ответил он.
Мы вышли на улицу. Ветер дул в лицо, и я чувствовала, как напряжение отпускает.
— Айвар, — сказала я.
— М?
— Ты спас нас.
— Ты спасла меня.
Сзади слышались голоса Ветровой и Матвея, которые приближались к дому.
— Всё кончено, — сказала я.
— Всё кончено, — повторил он.
Мы стояли на холме, и я знала, что это не конец. Это только начало новой жизни.
–––