Страница 75 из 81
Глава 21
Санкт-Петербург. 30 апреля 2022 г.
Первым делом надо разобраться с личностями Тутышева и Громова. Это первое. Так что ЗАГС и паспортный стол, а там будет видно, что предпринять дальше.
Информация, полученная из ЗАГСа, подтвердила версию, высказанную мадам из архива. Тутышев действительно сменил фамилию после женитьбы. Женился он в Нижнем Тагиле, на такой же, как он, вчерашней ленинградской студентке, попавшей в сей город по распределению, и взял фамилию жены. А спустя два года вернулся в Ленинград, поступил в аспирантуру и больше родной город не покидал. Проживало семейство на первых порах у родителей жены, затем молодые получили комнату в коммуналке, а потом уж квартиру. С этим было все ясно. Значит, Тутышев и Громов – одно лицо. По свидетельству Елены Борисовны Денисенко, Громов прожил в тайге три месяца, вероятно, там он и научился орудовать охотничьим ножом, разделывать туши. Да и вообще, понятно, почему ему так легко далось убийство старой балерины. Но вот зачем он убил Денисенко?
Боялся, что тот донесет в полицию? Так срок давности уже давно вышел, да и какие у Денисенко были доказательства? Слово одного старика против слова другого? К тому же Денисенко незаконно намывал золото, а это статья похлеще убийства была в прежние времена. Какой ему был смысл себя марать? Да и как бы Громов догадался, что его узнали на улице, да еще спустя столько лет? Что-то тут не клеится. Ладно бы еще Денисенко решил отомстить Громову спустя сорок лет. Ну хоть какой-то мотив, но наоборот?
А может, что-то связывало этих людей в сегодняшнем дне?
Ну конечно, подвеска! Они оба желали ее получить! Ох, что-то недоговаривает Елена Борисовна, надо бы еще раз встретиться с вдовушкой. Как бы на нее надавить половчее? Вызвать сюда или в домашней обстановке пообщаться? А не много ли чести? Пусть сама сюда едет, по повесточке, заодно и подготовится, припомнит детали и прочее.
Елена Борисовна явилась на следующее утро. Дорого, но скромно одетая, в черном просторном жакете и с броским, очевидно старинным, комплектом драгоценностей в ушах и на пальце. Бриллианты, обрамлявшие крупные зеленые камни, не сверкали броской новизной, а словно помутнели от времени, а впрочем, возможно, капитан это нафантазировал. В драгоценностях он не разбирался.
— Вы нашли убийцу моего мужа? – едва поздоровавшись, спросила Денисенко.
— Пока нет, но мы в работе, – сдержанно ответил капитан. – Елена Борисовна, нам нужна ваша помощь. Расскажите, пожалуйста, поподробнее о встрече вашего мужа с тем «призраком»?
— Но я вам все рассказала. Аркадий встретил этого человека на улице, недалеко от дома, случайно и, кажется, даже не был уверен, что это тот самый человек, но ужасно перепугался. А потом мужа.. – Тут она сделала приличествующую случаю паузу, сглотнув комок в горле, и закончила хрипловато: – Убили.
— Ясно. А как вы полагаете, почему убили вашего мужа?
— То есть как? – опешила Елена Борисовна. – Тот человек был убийцей, а Аркадий – единственный свидетель!
— Ну и что? Сколько лет прошло? Срок давности, да и вообще, какие у вашего мужа были бы доказательства? Слово одного старика против другого? Вряд ли в наше время кого-то заинтересовало бы такое дело, и возиться бы не стали. К тому же ваш муж видел этого человека случайно, где он живет, не знал, имени не помнил, в чем смысл?
— Ну как же? – снова растерянно пожала плечами Елена Борисовна.
— Да, как?
— Я не понимаю вас, – нахохлилась она в ответ на вопрос капитана. – Если вы считаете, что я не права, то предложите свои версии, в конце концов, я ни на чем не настаиваю. Возможно, я и не права, это просто первое, что мне пришло в голову после известия о смерти Аркадия.
«Надо же. Спохватилась», – недовольно отметил про себя Муромцев.
— Возможно. Елена Борисовна, помните, я как-то спросил вас про рубиновую подвеску Галины Коваленко, – решил он сменить тему.
— Да.
— Вы мне тогда сказали, что ничего о ней не знали, а вот сама Коваленко жаловалась знакомым, что вы буквально ее преследовали с уговорами продать эту вещь. Сперва, правда, надеялись на подарок. А затем уже перешли к вопросу покупки.
— Что за ерунда, кто вам насплетничал? – заняла глухую оборону Елена Борисовна.
— Не насплетничали, а рассказали, к тому же люди, лично не заинтересованные. Елена Борисовна, вы умная женщина, к чему отпираться от очевидного, ведь при необходимости я могу устроить очную ставку. Это будет неприятно для вас и, я бы даже сказал, не полезно.
— Не полезно? Меня что, в чем-то подозревают? – Сегодня вместо выдержанной, степенной и даже величественной матери Евдокии перед капитаном сидела весьма эмоциональная, вспыльчивая особа.
— Елена Борисовна, я расследую убийство вашего мужа и, разумеется, надеялся на ваше содействие, вы же заинтересованы в том, чтобы убийца был найден, не так ли? – с нажимом спросил капитан. Денисенко кивнула. – Тогда ответьте, пожалуйста, на мой вопрос. И, пожалуйста, честно.
Елена Борисовна шумно вздохнула и с явной неохотой и едва заметным вызовом проговорила:
— Да, я действительно хотела заполучить подвеску. Я коллекционер и бываю азартна. На подарок я не рассчитывала, мы с Коваленко были мало знакомы, но надеялась приобрести эту вещь. Мне Коваленко не симпатизировала. У нас как-то сразу не сложилось, – пояснила она, вертя на пальце массивный перстень. – И я попросила мужа договориться с ней. Коваленко была одинокой женщиной, скучающей, а Аркадий был обходительным, не лишенным определенного шарма пожилым мужчиной. Я подумала, что они вполне могли бы договориться.
— Вы надеялись, что ваш муж сможет соблазнить Коваленко и она сдастся? – скептически глядя на Денисенко, спросил капитан.
— Скажем так, обаяет, – поправила его Елена Борисовна.
— Но ему это не удалось?
— Нет. Коваленко оказалась упряма и категорически отказалась продавать подвеску, даже за очень хорошие деньги.
— Это за сколько?
— Какое это теперь имеет значение? – попыталась уйти от ответа Денисенко.
— И все же?
— Пять миллионов, – резко ответила Денисенко. Капитан едва не присвистнул. Впрочем, если только дамочка не врет, по сравнению со скромным предложением Громова, сумма внушительная. Но сейчас не об этом.
— Серьезная сумма. Но Коваленко все же отказала. И тогда ваш муж обратился к старому знакомому?
— Какому знакомому? – удивилась Елена Борисовна.
— Тому самому, которого встретил на улице. Человеку из прошлого. К Алексею Громову.
— Я впервые слышу эту фамилию, и муж ни к кому не обращался.