Страница 43 из 81
— О! Теперь уж точно и не скажешь. Для меня это было как вчера. А вот для вас – «дела давно минувших дней, преданья старины глубокой», – шутливо ответил Алексей Анатольевич. – А впрочем, что это я? Вы же устали, вам отдохнуть надо, перекусить, а я тут с разговорами, – спохватился бабушкин поклонник. – Простите меня ради бога. Перехожу непосредственно к делу. Вы меня извините, Мариночка. Вы позволите так вас называть? – Марина согласно кивнула. – Возможно, это покажется вам несколько неуместным в данный момент, но в моем возрасте дела надолго лучше не откладывать, мало ли что, – улыбнулся он милой смущенной улыбкой. – Дело в том, что некоторое время назад ваша бабушка обратилась ко мне с просьбой. Она хотела продать одну вещь и просила ее оценить.
— Да, и что это? – спросила Марина с интересом.
— Подвеска с крупным рубином.
— Не может быть! – воскликнула Марина.
— Отчего же?
— Бабушка очень дорожила этой вещью и ни за что не согласилась бы ее продать. – А если честно, то Марина была просто уверена, что бабушка собиралась подарить эту подвеску ей.
— Мне сложно сказать, что сподвигло вашу бабушку на такой шаг. Она мне не объяснила, просто просила помочь. Я подвеску оценил и, признаться, очень хотел приобрести ее сам, но тогда у меня просто не было такой крупной суммы. Ваша бабушка согласилась подождать, пока я достану необходимые средства. А потом случилось это несчастье. И вот я хотел узнать, не согласитесь ли вы продать мне эту подвеску? С вашей бабушкой мы договорились о цене в два миллиона. Эта сумма у меня имеется.
— Два миллиона? – в растерянности повторила Марина.
— Я понимаю, вам кажется, что цена за такую вещь не очень велика. Я согласен, на каком-нибудь аукционе вы смогли бы получить больше. Но ваша бабушка не хотела привлекать к этому делу незнакомых людей. Боялась, что ее могут или обмануть, или ограбить.
— Да, я понимаю. Я не понимаю другого: зачем ей вообще понадобилось ее продавать? – недоуменно пожала плечами Марина. – Ей хватало денег на жизнь, а если и нет, она всегда могла попросить у отца.
— Я, право, не знаю ее резонов. Мне неловко было задавать подобные вопросы, – смущенно дернул плечом Алексей Анатольевич. – Ну так как, вы согласны продать мне эту вещь? Обещаю, что буду бережно хранить ее как память о прекрасной Галине. А вам в вашем возрасте наверняка лишние средства не помешают.
— Да, конечно, но продать подвеску? – Марина все еще не до конца пришла в себя. – Нет, извините. Я не знаю, зачем это понадобилось бабушке, но я ее продавать не собираюсь. Извините. И мне действительно уже пора бежать, – взглянув на часы, спохватилась Марина.
— Конечно, конечно. Извините, что задержал вас, – засуетился Алексей Анатольевич. – Но знаете, вы все же подумайте. А я, если позволите, позвоню вам.
— Не стоит. Я не буду продавать бабушкину подвеску, – решительно проговорила Марина, подхватывая сумку.
— Два миллиона? – обалдело переспросила Саша, сидя вечером с Мариной на кухне и слушая ее рассказ о бабушкином поклоннике. – Ну не знаю. Ты уверена, что не хочешь согласиться, могла бы, например, машину купить или, скажем, внести как первый взнос за ипотеку.
— Зачем мне ипотека? – обводя взглядом комнату, спросила Марина. – Мне бабушкиной квартиры вполне хватает.
— А может, ты замуж выйдешь, детей нарожаешь, и вам в этой квартире станет тесно, – принялась фантазировать Саша.
— Не говори ерунды. Ты же знаешь, что у меня или дети, или профессия, – отмахнулась Марина.
— Но бабушка же твоя родила.
— Одного! И то это был риск. Знаешь, как восстановиться тяжело после родов. В общем, не нужна мне еще одна квартира. А эта подвеска очень ценная, старинная. Единственная и неповторимая. И вообще, семейная реликвия.
— А откуда она у твоей бабушки?
— Ей отец подарил. Он с самого рождения дочери мечтал, чтобы она стала балериной, и подарил ей на счастье эту подвеску.
— А откуда она у него была?
— Тоже по наследству досталась. Только ты же знаешь, что после революции о таких делах лучше было помалкивать, и потом тоже, при Сталине, так что я о своей семье мало что знаю. Прадед по бабушке вроде каким-то начальником был. А прабабушка, кажется, из купцов. Представляешь? Я вообще о них ничего не знаю! А самое главное, пока ты не спросила о них, я даже не особо и задумывалась о таких вещах. Мне бабушкиных рассказов хватало, о ней, ее детстве, о ее жизни, – с удивлением проговорила Марина. – А ты о своей семье много знаешь?
— Нет. Потому что мои родители тоже почти ничего не знают дальше третьего колена. То есть своих бабушек и дедушек. Глупо как-то, – задумалась Саша. – Но у нас в семье дворян или там известных личностей не было. Обычные люди. Я бы сказала, из рабочих и крестьян. И все равно почему-то боялись про семью говорить. Может, потому что мои прабабушка с прадедушкой на оккупированной территории в войну оказались? Не знаю.
Саша осталась у Марины ночевать, а утром обе разбежались по своим работам. Саша в школу, Марина в театр.
— Что? Так она все же пошла к этой бабке? Вот уж правду говорят, седина в голову, бес в ребро, – покачал головой Юрий Сергеевич.
— В бороду, – поправил механически капитан.
— Что?
— Да так. Так что же с этой знахаркой?
— Да ничего. У мамы очень ноги болели, ну это профессиональное, и кто-то ей посоветовал, мол, исцеляет любые болячки. Я ей, конечно, сразу сказал, что все это чушь, она вроде согласилась. Минуточку, – поднял вверх палец хозяин кабинета и произнес в трубку: – Да, Вера. Почему? О чем вы вчера думали? Срочно вызывайте мастера, оно у нас на гарантии! Тогда чего звоните? Нет, нет, сами решайте, объем сокращать нельзя.. Нет, не за счет ассортимента. Нет.. Нет.. Нет.. Я перезвоню. Извините. У вас еще что-то?
— Телефон, адрес, имя этой знахарки, – твердо проговорил капитан, понимая, что его сейчас попросят.
— Понятия не имею. Я же думал, мать к ней не поедет.
— Хорошо, а кто именно посоветовал вашей матери эту женщину?
— Кто? – нахмурив покатый с залысинами лоб, соображал Юрий Сергеевич. – Кто? Знаете, у матери было несколько старых поклонниц, они у нее были когда-то вроде свиты. Домашних помощниц, не знаю, как сказать. В общем, мне кажется, одна из них.
— Кто именно, или как их всех зовут, их имена есть в телефонной книге?
— Да, да, должны быть. Просто имена. Света, Тоня, Раиса и Людмила, Женя вроде умерла в прошлом году. Знаете, начните со Светы, она вроде самая глупая была, с нее станется такие советы давать, – подкинул идею Юрий Сергеевич.