Несовершенство

Погода сильно испортилась: ветер пригнал с моря тяжёлые почти чёрные тучи, которые зависли над Владивостоком, зацепившись за крыши высоток. Синоптики шлют предупреждения о надвигающемся циклоне, и без умолку трещат о нём по радио, которое, вопреки обыкновению, работает в салоне Крауна.

— А разве для дня рождения не нужен подарок? — интересуюсь я, пока мы мчимся по городу в сторону центра.

— Люси для такого слишком практична. За месяц до дня рождения она публикует вишлист, в котором желающие её поздравить оплачивают то, чего бы ей хотелось. Поэтому в день рождения имениннице остаётся лишь в нужную дату собрать желающих в ресторане и поблагодарить. Я каждый год участвую в этом аттракционе, но только в этом вынужден появиться на празднике лично.

Когда он напоминает о вынужденности нашей сегодняшней встречи, я вздыхаю. Это ещё одно одолжение, которое Волков делает ради меня. Тем не менее юбилей может стать для него возможностью возобновить общение с семьёй, поэтому вряд ли всё так уж плохо.

— У вас с ней близкие отношения?

— В общем, да. Своих детей у Люси нет, и в моём детстве общение с ней занимало большой пласт моей жизни. Мама знала, с какой стороны подобраться. Предложи она любое другое семейное мероприятие — я бы с большой долей вероятности его пропустил.

— Она скучала по тебе, Лекс, — с улыбкой признаю́сь я. — И очень хочет помириться.

Волков улыбается краешком губ:

— Мама? Может, и скучала, но ты же видела, она скорее станцует брейк-данс в судебном заседании, чем признает собственную неправоту.

— Вы с ней в этом очень похожи, — в ответ усмехаюсь я. — Ты ведь тоже скучал.

Он пожимает плечами.

— А разве я спорю?

Краун останавливается на заставленной машинами парковке Талассы — ресторанно-гостиничного комплекса, в строительство которого Азиатско-Тихоокеанский Альянс инвестировал немалые средства и до сих пор является собственником нескольких нежилых помещений на верхних этажах. Поэтому я уже бывала здесь — на открытии и на нескольких торжественных мероприятиях.

Огромное здание, возведённое Строй-Инвестом по эскизу Марка Нестерова, получилось величественным и прекрасным. И несмотря на то что я вряд ли знакома с кем-то из гостей и самой именинницей, чувствую себя немного уверенней оттого, что мне хорошо знаком белый камень облицовки, чёткие линии из металла и стекла, статуя женской фигуры в античном стиле на фасаде.

Ещё на парковке Лекс берёт меня за руку. Очевидно, чтобы та самая Полиночка не набросилась на него ещё на входе. Помня о своём обещании, я не напоминаю о крестнице Люси, но сама горю любопытством на неё посмотреть и узнать, почему Волков, не боящийся, кажется, вообще ничего, столь старательно её избегает.

— Лекс, как я рада наконец тебя видеть! — встречает нас на входе моложавая блондинка, возраст которой сложно поддаётся определению. — Когда Геля сказала, что ты придёшь, я думала, она шутит!

Её украшенное узором из пайеток платье сверкает в ярком свете софитов, против воли притягивая к имениннице взгляды. Остальные одеты куда проще, и мой наряд вполне вписывается в общий дресс-код. Лекс позволяет обнять себя и даже целует Люси в щеку, прежде чем ответить:

— У неё своеобразное чувство юмора, но не настолько. — Он отступает на шаг и представляет меня. — Это Лера. Лера — это Люси.

Обычно, представляя кого-то, принято говорить о статусе человека, но Волков руководствуется приличиями только тогда, когда они удобны ему самому. Я не отказалась бы узнать, кто я для него. С другой стороны, было бы гораздо хуже, если бы он сказал «это Лера — подозреваемая в убийстве своего жениха», или «это Лера — у нас должно было быть свидание, с которого я сбежал», или «это Лера — она не желает становиться романом без обязательств, а иных вариантов я предложить не могу».

Старательно отогнав от себя эти эпитеты, я с вежливой улыбкой здороваюсь, произношу дежурные фразы о радости знакомства и поздравляю с днём рождения. Глядя на меня, Люси, кажется, тоже ведёт какой-то мысленный диалог, и отчего-то я уверена, что те определения, которые подобрала для меня она ещё хуже тех, что я сама придумала. Но, в конце концов, она всё же вежливо благодарит меня за поздравление и добавляет:

— По крайней мере, если бы не ты, Лекс бы сегодня здесь не появился.

Волков бросает на Люси предупреждающий взгляд, и она отвечает широкой улыбкой, позволяющей лично удостовериться в белизне каждого из её виниров. После взаимных пожеланий хорошо провести вечер, мы, наконец, проходим в зал к остальным гостям.

— Я ей не понравилась, да? — осторожно интересуюсь я, когда мы удаляемся от именинницы на достаточное расстояние.

— Во-первых, ты не доллар, чтобы нравиться всем поголовно, конфетка, а во-вторых, ей не понравилась бы любая девушка, которую я привёл, поэтому не вздумай принимать её мнение близко к сердцу.

Тем не менее независимо от его советов и убеждения само́й себя в обратном, я принимаю. Потому что в глубине души мне очень хочется нравиться его семье. Несмотря на то что он точно так же не нравится моей. Несмотря на то что он обещал меня разочаровать. Несмотря на то что мы вместе проводим время лишь по случайному стечению обстоятельств.

Появление Лекса на празднике вызывает фурор. Он притягивает к себе ещё больше внимания, чем Люси в её сверкающем платье. Практически каждый из присутствующих считает своим долгом подойти, поприветствовать, похлопать по плечу и отпустить шутку про «блудного сына». Но Лекс отвечает без раздражения, улыбается и чувствует себя здесь как рыба в воде, всем видом показывая, что привык к такому вниманию. Я же вскоре запутываюсь в представлениях и именах и плохо могу отличить очередного родственника от друга семьи и прочих, ощущая себя немного лишней. Отступаю на пару шагов к одному из фуршетных столов. Обнимаю себя руками за плечи.

— Хотите шампанского? — интересуется у меня представительный мужчина со светлыми, едва тронутыми сединой волосами.

— Не откажусь, — киваю я, с благодарностью принимая бокал.

Вообще-то, я не планировала пить, но сейчас чувствую себя скованно и напряжённо, глоток-другой для смелости мне не помешает. Угостивший меня собеседник остаётся рядом, и вместе мы со стороны наблюдаем за разворачивающимся вокруг весельем.

— Вы, наверное, Лера, — догадывается он, а когда я киваю, продолжает: — Моему сыну стоило бы сначала нас представить, но..

— Лексу чужды приличия, — с усмешкой заканчиваю я фразу, уже услышанную когда-то от Ангелины.