Имя назовет Мальвина

Глава 8 Особая примета

Side Effect — FKA Rayne

Заряд наушников за ночь иссяк и просыпаюсь я снова в давящей и густой тишине. Но спокойный и крепкий сон без сновидений принес облегчение и, как ни странно, смирение. Человеческая психика так устроена: она всегда находит ответы на вопросы, которые навязчиво вертятся в голове. Даже на незаданные.

Семенов хотел закрыть гештальт и найти убийцу Ри так же, как и я — это нас сблизило. Костя помнит только нераскрытые дела, так он говорил. Теперь, когда Тихомиров в изоляторе, начальник отдела тяжких может забыть и о нём, и обо мне и спокойно жить дальше. Я — пройденный этап. Трофейный кубок, за ненадобностью заброшенный на дальнюю полку. Семенов добился своего и потерял интерес, а я обещала ни о чем не жалеть.

И хотя внутри теперь снова бескрайнее пепелище, я чувствую спокойную решимость. Разберусь с делом МИГ и уеду отсюда — на этот раз, навсегда. В надежде, что моя помощь поможет закончить расследование поскорее, я даже рассказываю Гевельсу и Осипову про Яковлева на утреннем совещании:

— По словам Невзорова, он платит рэкетирам. Да, это нижнее звено цепочки, но потянув за нее, можно выйти на организаторов..

— Напиши его данные на листе, — хмурясь, перебивает Максим — непохоже, чтобы он сильно надеялся на успех. — Передам оперативникам, пусть проверят.

Пишу, а сама размышляю — как сильно не люблю, когда мои успехи не ценят. Оперативники у Гевельса, как назло, незнакомые — из службы безопасности. Кому они подчиняются я понятия не имею. Таких не проконтролируешь. То ли дело тяжкие..

Не удивительно, что после совещания пальцы набирают номер Родионова до того, как я заранее продумаю диалог:

— Тим, можешь мне помочь?

— Это по работе? — осторожно интересуется он.

— Можно и так сказать..

Нужны правильные слова, чтобы убедить того, кого я при первой встрече назвала лентяем и придурком поработать по делу, которое не имеет отношения к его обязанностям. Не успеваю подобрать этих слов, потому что Тимофей перебивает:

— Если по работе, то только через Семенова, Алина. Уверен, твои запросы на розовых листах он рассмотрит в первую очередь.

Хихикает Тим при этом недвусмысленно и совершенно неподобающе для взрослого мужика. Но у меня нет ни времени, ни желания, чтобы ему на это указывать.

— А если бы было не по работе? — с надеждой уточняю я.

— Если не по работе, то тем более, звони Семенову, — хмыкает Родионов и, прежде чем без прощаний положить трубку, бросает: — Я — не самоубийца!

Чертыхаюсь. После этого меня так и подмывает позвонить Косте только для того, чтобы высказать возмущение. Наверняка, именно этого он от меня и ждет. Не люблю быть предсказуемой. Предпринимаю еще одну попытку и на этот раз набираю Мищенко:

— Макар, нужна твоя помощь!

Приходится сменить тактику. Если верить психологам, не так много людей способны ответить отказом на прямую просьбу о помощи. Особенно это касается тех, для кого помогать людям — прямая обязанность:

— Что случилось? — обеспокоенно спрашивает Мищенко.

— Понимаешь, нужно установить личность одного человека..

— Тогда тебе..

Догадавшись, что он тоже готов послать меня к Семенову, а может и еще дальше, перебиваю первой. Не даю собеседнику вставить ни слова и тараторю:

— Макар, это очень важно, правда! И направить запрос я не могу! Помоги, пожалуйста!

В моём голосе искренняя мольба, а может, правы психологи: Мищенко нехотя капитулирует:

— Ладно, Алина. Говори, кто тебе нужен.

Рассказываю о компании Яковлева. О том, что мне нужно узнать, кто именно и когда приходит за деньгами. В идеале, конечно, еще выяснить, кому именно рэкетир их отдаёт, но на такое везение не смею даже надеяться. Макар обещает съездить в ЭкоДом Проект в ближайшие дни. Попрощавшись, я с чувством выполненного долга принимаюсь за работу, но вскоре в кабинет заглядывает Данил:

— Из дежурки сообщили о новом разбое. По почерку на наши похож, сможешь осмотреть? А то у меня допрос Чернышевского через полчаса.

Вообще-то, если все живы, то осмотр места происшествия — задача полиции. Сотрудники полицейского следствия тоже зовутся следователями, но иногда кажется, что мы из разных миров. У них свои порядки и правила. Свое отношение к расследуемым делам и уровень разгильдяйства. Поэтому если разбой действительно наш, то лучше осмотреть сразу, чем потом за ними переосматривать.

— Хорошо, Дань, сейчас, оденусь только.

— Зайди к Максу, когда будешь готова, там тебя опер ждет. С ним поедешь.

Спустя десять минут я вхожу в кабинет Гевельса, сжимая в руке дежурный чемодан. В нем чистые бланки протоколов, бирки оттисков печатей, пакеты для вещдоков, клей, скотч и ножницы.

— Знакомься, это Владислав Барышников — старший опер, один из тех, кто сопровождает дело, — представляет Максим темноволосого мужчину, сидящего на стуле для посетителей. Только что они о чём-то оживлённо беседовали, но при моем появлении в дверях разговор оборвался и я не успела понять сути. — Влад, это — Алина Малинина, следователь из краевого управления. Её сюда ещё до меня откомандировали.

Мы с Барышниковым одновременно киваем, и он поднимается со стула — высокий и худой, как палка. С трудноопределимым возрастом, тяжелым взглядом и тонкой линией черных усов над верхней губой.

— Рад знакомству, — дежурно произносит оперативник. Голос у него оказывается тихим и мягким, совершенно не подходящим комплекции. — Поехали, лучше не терять время.

Гевельс не удержавшись, ворчит вслед:

— Алина, давай на этот раз без эксцессов. Опросите потерпевших, установите обстоятельства, изымите вещдоки..

Ухожу, не дослушав, понимая, что после провального обыска таких камешков в мой огород не избежать. Удерживаюсь от закатывания глаз и, до боли закусив губу, оставляю не высказанным заявление, что разберусь без лишних указаний.

— Дежурка не сообщала подробностей? — интересуюсь я у Влада, когда мы спускаемся на парковку вниз по лестнице. — Кто потерпевшие?

— Производственная компания в пригороде. Называется «Легион». — Барышников чем-то похож на циркуль и с его ногами шаги получаются такими огромными, что мне приходится почти бежать, чтобы не отстать. — Изготавливают металлические строительные конструкции. Команда небольшая и работает в основном с местными организациями.

— Что похищено?

— Деньги, — оперативник пожимает плечами и садится в служебный Форд. — Шестеро в масках утром ворвались в офис и, угрожая оружием, убедили бухгалтера открыть сейф.