Призрачный шанс (П)

Глава 36

Глава 35

Киран

Сучки из «Ледяных Ястребов»

Ирвинг: Кто слил фотку моей задницы в интернет?

Джонсон: Полагаю, одна из многочисленных фанаток

Ирвинг: Не-а, это сняли сегодня

Ирвинг: Джек Льюис, ты подозрительно притих

Льюис: Я в шоке, что вы могли заподозрить меня в таком гнусном преступлении

О’Коннор: Стопудово Льюис

Льюис: Лично оскорблен тем, что вы считаете меня лжецом

Киран: Я видел, как он фоткал, когда ты светил жопой

Брат от другой матери: А с какого хрена ты вообще всем ее показывал?

Ирвинг: Хэллоуин на носу

Брат от другой матери: И как, черт возьми, это связано?

Льюис: Он предлагал побыть луной для костюмов

Киран: Думаю, за такое дерьмовое предложение публичная демонстрация жопы в соцсетях вполне оправдана

Ирвинг: Я занимался благотворительностью!

Джонсон воет от смеха над фотографией, сделанной Льюисом, когда Ирвинг сверкал задницей в раздевалке, при этом ухмыляясь через плечо. Слава богу, Грейсону хватило ума остаться с Бэмби и Эмми снаружи.

Эмми сидит на руках, и я изо всех сил пытаюсь сдержать хохот, чтобы не уронить ее. Впрочем, не думаю, что она бы заметила тряску – малышка полностью поглощена Бэмби, крутящейся рядом.

О’Коннор проходит мимо, хихикая, и сует мне под нос телефон с мемом, который уже разлетелся по сети. Какая-то фанатка прифотошопила свое лицо к солнцу, из которого торчат руки, тянущиеся к «луне» Ирвинга на горизонте.

Не в силах сдержаться, я взрываюсь смехом, который эхом разносится по арене. Жду не дождусь, когда доберусь до телефона и почитаю комментарии.

Улыбка гаснет, когда двери распахиваются и входит тренер Андерсон.

— Какого черта? — бормочу я.

Ирвинг мгновенно трезвеет.

— Клянусь, тренер, я не хотел, чтобы задница оказалась в интернете. Это Льюис виноват!

Тренер Андерсон, который в кои-то веки шел на удивление бодрым шагом, резко тормозит. Он морщится и переводит суровый взгляд на Грейсона.

— Я вообще хочу знать, о чем щебечут эти Труляля и Траляля?

— Не хотите, сэр.

Тренер потирает переносицу и делает глубокий вдох, пока Ирвинг испуганно бормочет:

— У нас проблемы?

Грейсон закатывает глаза.

— Нет, я же сказал, сегодня мужской вечер.

Покачав головой, тренер разворачивается на каблуках, скрывается в коридоре и тут же возвращается с чем-то черно-белым в руках. Цвета «Ледяных Ястребов».

Мы с Эмми наблюдаем, как он разворачивает ткань, и оказывается, что это джерси. На его лице расцветает широкая, искренняя улыбка. Детская хоккейная форма с напечатанным номером 47 и фамилией на спине.

Мини-Эшфорд.

Сердце взмывает в небеса.

Я стискиваю челюсти, чтобы ни один из ублюдков не заметил, как готов расплакаться. Натянув дрожащую улыбку, я хлопаю тренера по плечу и хрипло выдавливаю:

— Спасибо, тренер.

Он сгребает нас с Эмми в охапку, затем отстраняется и протягивает джерси.

— Добро пожаловать в семью, маленькая Эшфорд.

Кажется, она не до конца понимает, что происходит.

Эмми оглядывается по сторонам. Замечает Грейсона, снимающего все на телефон с блестящими от слез глазами. Оглянувшись через плечо, я вижу, что парни смотрят на нас со смесью благоговения и гордости. Прочистив горло, я поворачиваюсь к тренеру, расслабляю челюсть, позволяя влаге скопиться в глазах, и снова хриплю:

— Спасибо.

Малышка медленно тянется вперед – сначала нерешительно, но в конце концов обхватывает футболку ручками и прижимает к груди, словно обнимая.

Должно быть, у меня галлюцинации. Потому что глаза тренера тоже подозрительно начинают блестеть.

Откашлявшись, он хлопает в ладоши.

— Ну что, парни, будем учить мини-Эшфорд кататься на коньках или как?

Парни за моей спиной взрываются радостными воплями. Эмми тоже начинает хлопать в ладоши, заразившись невероятной энергией.



Час спустя я стою, прислонившись к бортику, и выполняю функцию няньки для Бэмби: мы не можем рисковать, чтобы собака поскользнулась на льду и что-нибудь себе повредила. А тем временем команда – моя семья – учит Эмми кататься.

Ирвинг едет спиной вперед, низко пригнувшись, и подбадривает Эмми, пока та держится за детские тренировочные салазки, заказанные тренером. Она визжит с таким восторгом, что у меня от улыбки сводит скулы.

— У нее врожденный талант, — говорит Грейсон, откатываясь от группы. Он перегибается через бортик, чтобы погладить Бэмби, которая уже несколько раз пыталась прошмыгнуть на лед.

Фыркнув, я указываю на дочь; грудь распирает от гордости.

— Глазом моргнуть не успеем, как станет профи.

Мой лучший друг встает рядом, осторожно следя за тем, чтобы лезвия коньков не задели собаку.

Между нами повисает уютная тишина. Оба наблюдаем за тем, как команда поддерживает Эмми. Черт, да даже тренер вышел на лед и снимает видео на телефон, как гордый дедушка.

В детстве я о таком даже мечтать не смел, и то, что могу видеть, как моя маленькая девочка это проживает, много значит.

— Понятно, что для танго нужны двое, но, чувак, она же просто вылитый ты.

— Думаешь?

— Даже складочка между бровями такая же.

Тихо посмеиваясь, я присматриваюсь повнимательнее и замечаю:

— Будь я проклят, и правда.

Частный детектив не накопал почти ничего, кроме пары заброшенных аккаунтов в соцсетях, где не было ни единого поста. Я понимал, что шансов мало: просить найти желаемую информацию – это как искать иголку в стоге сена. Мать Эмми, какой бы ужасной она ни была, никогда не писала о нашей ночи в интернете. Впервые в жизни я надеялся, что из всех тех девушек , которые вываливали подробности моей личной жизни в сеть, она окажется одной из них. Потому что тогда это, возможно, пробудило бы хоть что-то в глубинах памяти.

Что меня действительно ставит в тупик – так это почему она ни разу не связалась.

Как наркоманке не пришло в голову обратиться к обеспеченному отцу ребенка и потребовать денег? Но так всегда и бывает, верно? Ты отчаянно ищешь ответы, но сколько бы ни бился, ты их никогда не получишь, потому что единственный человек, который мог бы их дать, уже мертв.