Страница 50 из 110
— Милорд Лаэрт возлагает большие надежды на наследника. Если я не оправдаю их, то он откажется от меня.
— Но вы его сын! – возмущенно воскликнула я.
— Я наследник. У милордов не приняты родственные чувства. Либо мы оправдываем возложенные на нас обязательства, либо наследником будет кто-то другой.
— Это неправильно. Не по-человечески.
— Не забывай, что мы рождаемся необычными людьми.
Я повернулась к нему и сочувственно заглянула в лицо. Строгий профиль четко виднелся на фоне темного неба. Волосы растрепались после сна, выбившись из привычной высокой прически, и ветер, воспользовавшись ситуацией, тихонечко перебирал темные локоны.
— Непредвиденный фактор в твоем лице разрушил мой план по увеличению резерва. Трудно смириться с тем, что моя жизнь изменилась по вине грязного рудокопа. Твое счастье, что уровень возвращается, когда ты рядом.
— Простите, господин. Я хотел помочь, – пролепетала я.
В ответ он кивнул, принимая извинения.
— Кстати, Есень, Игл сильно тебя напоил? Ты отрубился прямо на полу, – улыбка скользнула по красиво очерченным губам.
— Не знаю. Уснул быстро, – зябко передернула плечами, вспомнив, в чьих объятиях проснулась.
— Игл любит подшутить над товарищами, – улыбка стала чуть шире, отчего уголки губ вздернулись. – Знаешь, что странно? – задумчиво посмотрел на меня наследник Лаэрт. – Я очнулся при мысли о тебе. Беспокойство подтолкнуло.
— Почему вы за меня беспокоились? – распахнула глаза, растерянно разглядывая его.
— Забыл? Наши судьбы связаны. Моя сила зависит от тебя. Я всегда буду нести за тебя ответственность.
Мы молча стояли друг перед другом, и я видела в его глазах тяжелую печаль, заледеневшую где-то глубоко в душе. Молодого мага абсолютно не радует сложившаяся ситуация, но он ее принял и смирился.
— Позаботься .. обо мне, – слова ему дались с трудом.
Наверняка наследник никогда не просил помощи, а сейчас зависимое положение от постороннего человека без магии тяготит его.
— Я постараюсь, – слова прозвучали как клятва.
Некоторое время он внимательно смотрел мне в глаза, желая убедиться в правдивости и преданности, а я любовалась им и не могла наглядеться. Резкий, грозный он неожиданно раскрылся с иной стороны, где есть место боли и уязвимости.
— Первая снежинка. Что загадаешь? – спросил Лаэрт, посмотрев на небо.
— Нельзя говорить. Иначе не сбудется, – улыбнулась смене темы.
Мне казалось, желание загадывают дети, а не мужественные маги, будущие воины.
Наследник Лаэрт выделялся среди остальных. Наверное, из-за страха и первого впечатления, когда казалось, что от каждого взмаха его руки меня ожидает смерть за малейшую провинность. Кроме того, я испытывала благодарность за спасение из-под завала. Он пришел вовремя, успел и отправил в академию к лекарю. Если бы не он и не наследник Викард, не стоять бы мне во дворе дома утешительниц и не загадывать желание у первой снежинки.
— О Натали можешь больше не беспокоиться, – неожиданно прервал молчание наследник Лаэрт. – Я прекращаю с ней отношения.
— Почему? – удивилась я.
— Пора заканчивать эту связь. Впереди много работы. На развлечения не останется времени. Необходимо ее отпустить, чтобы она могла жить свободно. Запомни, Есень, порядочность в поступках необходима.
В полном недоумении уставилась на него. Я видела, каким взглядом на него смотрела Натали. Боюсь представить, насколько сильным ударом для нее станет расставание с любимым мужчиной, но осуждать или советовать не имею права. Жизнь милордов и их наследников подчиняется иным правилам, понять которые еще предстоит.
Снег усиливался. Хлопья падали, не переставая. Вскоре снегопад превратился в сплошную пелену.
— Нам пора возвращаться, – произнес наследник Лаэрт, набрав в грудь побольше воздуха и выдыхая его.
— Хорошо, господин, – послушно согласилась.
Мы сделали первый шаг из беседки, и на нас щедро высыпали крошево. Мягкие пушистые комочки таяли на коже, приятно холодя.
— Есень, прекращай обращаться ко мне «господин», – потребовал строгим голосом он. – Теперь ты в команде. Мы привыкли обращаться друг к другу по имени.
— Но как? – опешила я.
— В доме отца обращаешься как обычно, а вне его стен по имени – Эджин, – сказал Лаэрт и, развернувшись, направился в дом.