Страница 71 из 89
Люси идёт в свою постель, а я в свою, но мне требуется много времени, чтобы уснуть.
Как только мне это удаётся, я с головой погружаюсь в кошмары.
Люси, смеющаяся и беззаботная, сама того не зная, бегущая в горящую церковь.
Люси в свадебном платье, обливающая себя бензином и чиркающая спичкой.
Люси и Андреас вместе в постели, корчатся от наслаждения среди пылающего пламени. Я зову её снова и снова, но она меня не слышит.
Я чувствую руки на себе, вытаскивающие меня из ада, в который я провалился.
— Дамиано, проснись.
Мои глаза резко открываются, и я судорожно хватаю ртом воздух. Дым обжигает мне горло и лёгкие, а в глазах пляшет пламя, но когда мой взор проясняется, я вижу её.
— Люси, — я сжимаю её в своих объятиях, баюкая взад-вперёд у себя на коленях, словно утешение нужно ей, а не мне.
— Ты в порядке. Это просто сон, — уверяет она меня.
— Это не просто сон, — яростно напоминаю я ей. — Это кошмар наяву, потому что тебя забирают у меня. Я не могу потерять тебя, Люси. Я сойду с ума, если потеряю тебя. Не выходи за него замуж. Пожалуйста, не выходи за него замуж.
Я поползу по раскалённым угольям, если она позволит мне убить её грёбаного жениха.
Люси берёт моё лицо в ладони, и в выражении её лица столько боли и тоски, что я больше не могу этого выносить.
Я целую её.
Люси резко вдыхает воздух, а затем отвечает на поцелуй. Наши рты и языки двигаются с лихорадочным желанием, и мы отчаянно прижимаемся друг к другу, боясь отпустить хотя бы на секунду. Люси так же больно, как и мне, и она хочет меня так же сильно, как я хочу её, но она всё равно выйдет замуж за Андреаса.
— Люси, я умоляю тебя...
Она прижимает палец к моими губам.
— Тсс, Дамиано. У нас ужасный опыт попадаться, когда мы делаем подобные вещи, а это наш последний шанс.
— Наш последний шанс для чего?
Вместо ответа Люси стягивает через голову футболку, в которой спала, — мою футболку, замечаю я, — и отбрасывает её в сторону. Она берёт мои руки и накрывает ими свою грудь, и она ощущается тёплой и тяжёлой в моих ладонях.
— Пожалуйста, Дамиано, — выдыхает она. — Дай мне почувствовать себя любимой в первый и последний раз в жизни.
Она устроилась голой у меня на коленях, прижимаясь своим прекрасным телом к моему. Я сжимаю её грудь и потираю соски большими пальцами.
— В первый и последний раз? Люси, меня убивает, когда ты так говоришь.
— Ты собираешься упустить этот момент или подаришь мне брачную ночь, в которой я нуждаюсь?
Я крепко целую её, желание вспыхивает во мне.
— Ты почти не разговаривала со мной эти последние недели. Я думал, ты решила поберечь свою девственность для мужа.
— Я никогда не отдалась бы столь недостойному мужчине. Я берегла себя для тебя, и только для тебя, Дамиано.
— Но завтра ты отдашься ему? — спрашиваю я сквозь сцепленные зубы.
Люси покрывает нежными поцелуями мои щёки, веки, губы.
— Завтра — это завтра. Завтра не имеет значения. Я хочу тебя сейчас, Дамиано. Разве ты меня не хочешь?
Завтра не имеет значения. Что это значит? Но я слишком увлечён ей, чтобы мыслить ясно.
Хочу ли я её?
Больше всего на свете.
Её рот приоткрыт и жаждет меня, и я накрываю её губы своими. Мы целуемся так, словно нуждаемся друг в друг сильнее, чем в кислороде. Я действительно нуждаюсь в ней сильнее, чем в кислороде. Я не знаю, как буду жить без неё.
— Я подготовила свои свадебные клятвы, — говорит она, задыхаясь между поцелуями. — Хочешь их услышать?
— Не говори мне о своих свадебных клятвах, — рычу я.
— Ты не хочешь знать слова, которые я произнесу завтра у алтаря?
Я захватываю её сосок губами и сосу.
— Я не буду слушать. Я всё это заглушу.
— Я долго работала над этими клятвами, Дамиано. Их нужно выслушать.
В том, как она это говорит, есть что-то странное. Словно она хочет, чтобы я что-то понял.
Я сердито смотрю на неё снизу вверх. Мне хочется запретить ей даже думать о нём. Как она смеет задерживаться на клятвах, которые произнесёт Андреасу? Я ревную даже к тому времени, которое она посвящает ему в своих мыслях.
— Ты думала дольше секунды о том, что хочешь пообещать этому идиоту?
— Это день моей свадьбы, Дамиано. Всё должно быть идеально, от моих клятв до моего платья.
Я беру её на руки, опускаю на спину и раздвигаю её ноги.
— Твоё платье, — бормочу я, кривя губы.
— Ты видел моё платье?
— Конечно, я видел твоё платье. Как только его доставили, а тебя не было дома, я зашёл в твою комнату.
— Что думаешь?
— Всё не то. Его выбирала мама, а не ты. Я сразу это заметил. — я медленно целую её тело сверху вниз. — Когда я представляю, как ты выходишь замуж за меня, на тебе совсем другое платье, и ты ослепительно красива.
Она полуприподнимается и запускает пальцы в мои волосы.
— Ты представлял, как женишься на мне?
Я встречаюсь с ней взглядом.
— Каждый день. Но завтра ты наденешь это ужасное платье и выйдешь за него замуж, и я не понимаю, почему ты позволяешь этому случиться. Люси, чего ты мне не договариваешь?
Но она просто наклоняется вперёд, чтобы поцеловать меня, заставляя замолчать мои вопросы.
Прервав поцелуй, я спускаюсь по её телу, и мой рот припадает к её клитору. Люси закрывает рот ладонью, прежде чем успевает вскрикнуть, и откидывается назад на матрас. Я досконально пробую её на вкус, мой язык ласкает её повсюду. Она вздрагивает и издаёт приглушённый стон каждый раз, когда я описываю языком круги вокруг её клитора. Я закидываю её ноги себе на плечи и раздвигаю её бёдра ещё шире. Нуждаясь в ней сильнее. Нуждаясь в ней всей. Каждый вздох её наслаждения — это самая прекрасная музыка, которую я когда-либо слышал. Мой член твёрд как железо, и я жажду погрузиться в неё, но я не отступлю, пока она не даст мне то, чего я хочу.
— Кончи для меня, Люси, — шепчу я между ласками языка. — Покажи мне, как сильно ты меня хочешь.
— Дамиано, о Боже. Я сейчас кончу. Не останавливайся. Не останавливайся. — её ногти взволнованно впиваются в мою кожу.
Дикие кони и бешеные псы не смогли бы оттащить меня от неё. Я с любовью ласкаю её языком, пока её тело не сокрушается подо мной, а ноги не сжимаются вокруг моих плеч. Она напрягается, а затем, когда оргазм наконец отпускает её, она обмякает.
Я приподнимаюсь с блаженным стоном, устраиваясь между её бёдер. У меня нет презерватива, да я и не хочу его. Люси — моя женщина, и я не потерплю ничего между нами. Я беру свой член в руку.
— Тебе страшно, любовь моя?