Запретная клятва

Я подавляю слёзы. Я плакала всю дорогу сюда в машине, и мои глаза покраснели и опухли. Завтра вечером я должна встретиться со своим будущим мужем, и я не знаю, как собираюсь притворяться, что эта помолвка не является принудительной, если не могу перестать срываться.

— Я бы сказала «поздравляю», но не похоже, чтобы ты была этому рада. За кого ты выходишь замуж?

Я издаю какое-то паническое подобие смешка.

— Это хороший вопрос. Наверное, мне следовало бы притвориться, что я на седьмом небе от счастья из-за этой предполагаемой помолвки.

Адора выглядит растерянной как никогда.

— Но почему?

— Потому что мама и отец устраивают мой брак с твоим кузеном, Андреасом Монтони.

Лицо Адоры выражает шок.

— Андреас?

Мне и так уже было паршиво из-за этой помолвки, но теперь стало ещё хуже.

— Почему ты так это говоришь? Что с ним не так?

Адоре требуется мгновение, чтобы прийти в себя.

— Насколько я знаю, с ним всё в порядке. Я просто удивлена. Я не думала, что Бароне когда-либо встречались с ним.

— Я видела его один раз. На гала-вечере в «Коринтии». От него у меня мурашки бежали по коже.

Адора морщится.

— Настолько плохо?

— Его улыбка никогда не затрагивала глаз. Он смотрел на меня так... словно я была товаром, который он оценивал. Дамиано хотел переломать ему пальцы за то, как он на меня смотрел. — я качаю головой. — И теперь я должна выйти за него замуж.

Глаза Адоры полны тревоги.

— Люси, мне так жаль. Хотела бы я рассказать тебе об Андреасе что-то получше.

— Всё равно расскажи. Мне нужно знать, во что я ввязываюсь.

Она колеблется, тщательно подбирая слова.

— Андреас амбициозен. Он хочет проявить себя перед Кристиано, чтобы в нём видели не просто кузена. Он умён, но в нём есть что-то отчаянное. Словно он всегда пытается показать, что он самый могущественный человек в комнате.

— Кристиано доверяет ему?

— Думаю, да? — Адора хмурится. — Но Андреас, кажется, завидует положению Кристиано. Мой брат не особо обсуждает со мной семейные дела, но я знаю, что в последнее время Андреас требовал больше обязанностей. Он хочет стать посвящённым. Обрести реальную власть.

— И брак со мной даст ему это, — горько говорю я.

— Женитьба на дочери Бароне определённо поможет. Это свяжет его с одной из самых могущественных семей в Малусе. — она сжимает мою руку. — Мне жаль. Хотела бы я сказать о нём что-то получше.

— Он жесток? Он причинит мне боль?

— Не думаю. Насколько мне известно, он не склонен к насилию. Но он... расчётлив. Всё, что он делает, служит его собственному продвижению. — она встречается со мной взглядом. — Просто будь осторожна с ним, Люси. Не позволяй ему использовать тебя.

Я пристально смотрю в стакан, зажатый в моих руках. Не думаю, что у меня будет большой выбор на этот счёт.

— Есть кое-что ещё, — медленно произносит Адора, и от чего-то в её тоне у меня всё обрывается внутри. — Несколько недель назад Андреас расспрашивал меня. О семье Бароне. Об операциях твоего отца. О вашей безопасности. О том, где расположены ваши склады.

Холод пробегает по моему позвоночнику.

— Зачем ему это спрашивать?

— Он сказал, что хочет быть готовым к возможному альянсу между нашими семьями. Что если Монтони собираются стать ближе к Бароне, он должен понимать ваш бизнес. — она пожимает плечами. — В то время это казалось разумным, хотя я мало что могла ему рассказать, конечно. Но после того, что, как рассказал мне Винченцо, случилось сегодня в ресторане — этого нападения Соколи, — я начала задумываться...

— Задумываться о чём? — мой голос звучит резче, чем я планировала.

— Откуда Соколи знали, что вы все будете там? Кто-то должен был им сказать. Что если Кристиано рассказал Андреасу, а Андреас рассказал Соколи? — её глаза полны тревоги. — Наверное, у меня паранойя. Но будь осторожна, ладно? Следи за тем, что говоришь Андреасу. Следи за тем, о чём он расспрашивает.

Я медленно киваю, мои мысли лихорадочно сменяют одна другую. Взрыв на складе, который едва не убил Дамиано. Нападение в ресторане, где подстрелили Антонио. Оба раза Соколи точно знали, куда наносить удар.

Может ли это быть совпадением?

Или Андреас Монтони задаёт вопросы по какой-то опасной причине?

— Люси? — Адора касается моей руки, вырывая меня из мыслей. — Происходит что-то ещё, верно? Что-то важное, о чём ты мне не говоришь. Если тебе нужно с кем-то поговорить, я буду Адорой, твоей подругой, а не Адорой, сестрой Кристиано и кузиной Андреаса.

Я прикусываю губу, колеблясь, как мне поступить.

— Мне нельзя говорить об этом. Никому.

Глаза Адоры полны тревоги. Будучи урождённой Монтони и женой Вичи, она знает, насколько опасным может быть наш мир.

— Конечно. Я понимаю. Что бы ни случилось, я всегда буду рядом.

— Спасибо, — шепчу я, слёзы наворачиваются на глаза. Я бы хотела сделать для неё больше, когда она страдала от рук своего отца. — Мне жаль, что я не знала, как плохо тебе было дома до того, как ты вышла замуж за Винченцо.

— Ты не могла знать, потому что я никому не говорила. Но почему ты вспомнила об этом сейчас? — её доброе выражение лица сменяется ужасом. — Погоди, неужели твои родители обращаются с тобой так же, как отец обращался со мной? Люси, это ужасно. Мне так жаль.

Моё горло перехвачено от нахлынувших чувств. Мне не следует говорить ни слова о том, что происходит дома, но я должна рассказать хоть кому-то.

— Пообещаешь мне, что ни одной живой душе не обмолвишься о том, что я сейчас тебе скажу? Это вопрос жизни и смерти. Ты не должна говорить Кристиано, и своему мужу тоже не можешь сказать.

— Но если твои мама и отец причиняют тебе боль, возможно, Винченцо сможет помочь.

— Он не сможет помочь. Никто не сможет. Мама и отец... застукали меня и Дамиано.

Она растерянно хмурится.

— Застукали вас с Дамиано за чем?

Я беспомощно смотрю на неё, желая, чтобы мне не приходилось объяснять это на пальцах.

— Застукали нас вместе. Вместе-вместе.

Глаза Адоры расширяются. Она долго смотрит на меня, и, к её чести, в её взгляде нет отвращения. Только удивление.

— Вместе как любовники?

Я киваю, сжимая пальцами юбку. Адора знает, что мы с Дамиано не были рождены в семье Бароне, хотя мама и отец любят притворяться перед всем Малусом, что это так. Ещё в старших классах я рассказала Адоре, что мы с Дамиано остались сиротами, когда взорвался метамфетаминовый притон, не став при этом объяснять, что это был самый первый день нашей встречи.