Страница 41 из 89
Я подхожу к зеркалу и провожу пальцами по бриллиантам на шее, внимательно их рассматривая. Похоже на качество VVS1 или VVS2. Может, даже FL. Безупречные.
— Потрясающе. Это ожерелье должно стоить около двухсот тысяч долларов.
Дамиано заглядывает в записи из чемодана, и его брови удивленно взлетают.
— Именно во столько оно и оценено — сто девяносто тысяч. Как ты узнала?
Я улыбаюсь и пожимаю одним плечом. Я пока не готова признаться, насколько легко мне это дастся.
— Счастливая догадка.
Он откладывает записи в сторону.
— Дюжина очень богатых и опасных мужчин скоро прибудет, чтобы поторговаться за эти драгоценности, но, возможно, сегодняшний вечер покажется тебе слишком скучным. Никаких взрывов складов. Никаких перестрелок.
Я поворачиваюсь обратно к чемодану и рассматриваю драгоценности, делая вид, что они меня едва интересуют.
— Все в порядке. Полагаю, ты хочешь, чтобы я продемонстрировала украшения этим богатым и опасным мужчинам?
— Да. Сами по себе они уйдут за отличную цену, но если ты побудешь моделью, мы сможем поднять планку до небес. Если это кажется тебе оскорбительным, я пойму.
— Я ничуть не оскорблена. Это идеальный первый рабочий вечер для меня.
Он улыбается.
— Прекрасно. Обязательно будь настороже. Это аукцион, но никогда не знаешь, как все обернется.
Я подхожу ближе к брату, запускаю руку под его пиджак и нащупываю пистолет в кобуре подмышкой.
— Можно мне пистолет?
Он улыбается, глядя на меня сверху вниз.
— Пистолет не подходит к этому наряду, любовь моя. Скоро прибудут солдаты Бароне. Мы тебя защитим.
После взрыва на складе я знаю, что он говорит это серьезно.
Сегодня вечером я могу быть гораздо большим, чем просто живой подставкой для украшений, но это важный первый шаг для нас. Я отвечаю на его улыбку, пока трепет волнения пробегает по моему телу.
— Тогда давай заработаем немного денег.
— Скоро приедет ювелир, и мы сможем все подготовить.
Но ювелир не приезжает, и Дамиано меряет шагами комнату, пытаясь дозвониться до него. Наконец он убирает телефон с глухим ругательством.
— Что, черт возьми, мне теперь делать?
— У нас есть записи ювелира. Я буду представлять изделия и указывать на то, что делает их особенными, а ты можешь вести аукцион.
Дамиано листает бумаги.
— Не знаю, Люси. Кое-что из этого выглядит сложновато.
— Я справлюсь, — заверяю я его, подавляя улыбку. — Скажи мне, в каком порядке мне демонстрировать изделия, и я запомню караты и стартовые цены.
Дамиано оценивающе смотрит на чемодан с драгоценностями, потирая затылок с растерянным видом.
— Я понятия не имею насчет порядка. Ювелир должен был об этом позаботиться.
— Тогда я выберу сама. Для начала что-нибудь высококачественное и броское. — Я выбираю тяжелую подвеску с рубином и надеваю ее, так что сверкающий красный камень устраивается у меня между грудей. — Что думаешь?
Дамиано касается рубина, и его пальцы задерживаются, согревая камень.
— Прекрасно, — бормочет он, его глаза темнеют, а веки тяжелеют. Я знаю, что он вспоминает, как я выгляжу без одежды. Прямо сейчас он представляет, как бы я выглядела голой, только в этом рубиновом ожерелье. Снилось ли ему, какова я на вкус? Каково это — быть в одном толчке от того, чтобы погрузиться в меня без остатка?
Пальцы Дамиано опускаются ниже. Он берет мою грудь в ладонь и проводит большим пальцем по соску через черный бархат, заставляя меня вздрагивать от удовольствия. Мне плевать, где и как я потеряю девственность, главное — чтобы с ним. Мне не нужны лепестки роз и свечи. Быть нагнутой над королевской кроватью в «Коринфиане», пока ладонь Дамиано зажимает мне рот, а он трахает меня быстро и жестко, пока дюжина мужчин ждет нас в соседней комнате — это звучит потрясающе, на самом деле. Он делает меня такой влажной, что я сомневаюсь, что будет больно дольше одного толчка, а дальше будет сплошное наслаждение.
Раздается звук открывающегося лифта. Спустя мгновение из-за угла появляется отец, за ним следуют четверо его людей в костюмах.
Дамиано резко убирает руки от моего тела и отступает. Однажды ему не придется скрывать, что я для него значу. Он сможет прикасаться ко мне, не отдергивая руку так, словно обжегся.
— Отец. Мы договорились, что аукцион сегодня проведу я, — говорит Дамиано.
Я делаю вид, что поглощена созерцанием драгоценностей в чемодане. Отец свирепо смотрит на меня, а затем поворачивается к моему брату.
— Что твоя сестра здесь делает?
Я спокойно тянусь за рубиновыми серьгами, которые подходят к подвеске, и закрепляю их на мочках ушей.
— На что это похоже? Люси помогает мне.
— Ты знаешь правила. Мы не вмешиваем наших женщин в дела.
— Это ювелирный аукцион, и красота Люси делает эти камни еще более ценными. Я принял деловое решение.
Отец уже открывает рот, чтобы сказать Дамиано, что я не могу остаться, но Дамиано перебивает его:
— Ювелир свалил. Мне нужна Люси.
Отец закрывает рот.
— Ладно. После этого отвези ее прямо домой. Мы поговорим об этом завтра.
Я бросаю на Дамиано обеспокоенный взгляд, надеясь, что не навлекла на него неприятностей. Сейчас некогда об этом думать, потому что начали прибывать гости, и отец с Дамиано уходят их встречать.
Мне просто нужно сделать так, чтобы сегодняшний вечер прошел идеально, и у отца не было повода упрекнуть моего брата завтра. Я докажу, что могу быть полезной для этой семьи.
Я изучаю записи ювелира и раскладываю изделия в том порядке, в котором собираюсь их представлять. Когда приходит Дамиано и говорит, что они готовы, я выхожу из спальни и направляюсь по коридору, заправляя светлые кудри за уши, чтобы были видны рубиновые серьги.
В большой гостиной дюжина суровых мужчин в костюмах, из-под рукавов которых виднеются татуировки, устроились на диванах и в креслах, потягивая виски из стаканов. Здесь присутствует только одна женщина, лет двадцати пяти, в платье с глубоким вырезом. Мужчине, с которым она пришла, на вид под пятьдесят. На нем обручальное кольцо, а на ней — нет.
Я сажусь в кресло, обращенное к комнате, скромно скрестив ноги в лодыжках. С улыбкой я рассказываю мужчинам о рубиновом гарнитуре, отмечая высокое качество камней, уникальный дизайн и происхождение изделий — они из Франции. Я узнала клеймо мастера.