Разрушенные. Книга 1

Дамиан стоял там — неподвижный, плечи напряжены, челюсть сжата. Его взгляд вцепился в руку Роджера. Он не двигался. Он не говорил. Он только смотрел, и это ударило, как удар.

— Если ты ещё раз положишь руку на то, что принадлежит мне, я сломаю её. — Его голос разрезал ночь.

Роджер замер, подняв руки.

— Я не хотел… я просто подумал…

— Уйди.

Он замешкался, затем скользнул обратно внутрь.

— Ты сошёл с ума? Какого хуя это было? Он был дружелюбен. Он ничего не сделал.

— Его рука была на тебе.

— И что с того? Ты ведь не держал Алессандру на расстоянии вытянутой руки. — Слова сорвались с меня, прежде чем я успела остановить их. — Может, тебе стоит вернуться внутрь. К ней.

Он ничего не сказал. Просто смотрел на меня. Затем его рот изогнулся в кривой усмешке.

— Ты ревнуешь, Дейзи? Ты хочешь меня для себя? Тебя нервирует, когда кто-то другой прикасается ко мне? Ты уже настолько подсела на меня?

Каждый вопрос попадал в цель, потому что был правдой. У меня не было защиты. Никакого побега. Его рука сомкнулась вокруг моей.

— Пойдём со мной.

Мир исчез. Только его хватка была реальна. Оказавшись внутри лимузина, Дамиан нажал кнопку, отгораживая нас от водителя. Он повернулся ко мне, напряжение вилось туго между нами.

Без предупреждения он дёрнул меня к себе на колени.

— Я провёл весь вечер, представляя свой член в твоём прекрасном рту. И как я возьму тебя, как только мы окажемся в номере отеля.

— О, правда? Не похоже это было раньше. Рука Алессандры на твоём бедре, твой смех, то, как ты держал её за руку — это тоже было частью твоей фантазии?

Чёрт возьми, я звучала как ревнивая капризная девчонка.

Его пальцы впились в мои бёдра.

— Это ничего не значило.

— Но моё плечо вдруг стало проблемой?

Его хватка усилилась. Его глаза впились в меня, словно он мог сожрать меня. Тишина горела; воздух гудел чем-то сырым. Моё сердце колотилось, его дыхание касалось моей кожи, его рука скользнула вверх по моему бедру.

— Ты понятия не имеешь, как сильно ты меня провоцируешь, и в этом проблема.

Одним быстрым движением он поднял меня, развернул в своих руках и усадил верхом к себе на колени. Движение было точным, отрепетированным, словно он представлял это всю ночь. Моё тело напряглось. Его твёрдый член прижался сквозь мои трусики; тихая дрожь пробежала по мне, когда мои бёдра инстинктивно двинулись против него.

— Какого хрена ты со мной делаешь? — прорычал он, пальцы на его ремне. Металлический щелчок пряжки эхом разнёсся в тишине. Дамиан приподнял бёдра и стянул штаны ровно настолько.

Дрожащими пальцами я сомкнула руку вокруг него. Он застонал, когда я скользнула ладонью по его длине. Я соскользнула с его колен, опустилась перед ним на колени и взяла его глубоко. Голова Дамиана откинулась назад; хриплый вздох вырвался, когда мой язык работал, мои губы сжимались. Я сосала сильнее, глубже, жаднее. Его пальцы запутались в моих волосах, привязывая его ко мне, словно только я удерживала его от потери контроля. Всё его тело собралось под моим ртом, та легендарная сдержанность разваливалась секунда за секундой.

— Чёрт, Дейзи, — простонал он. — Я сейчас кончу тебе в рот. — Одним движением он обмотал мои волосы вокруг руки и прижал моё лицо к своим бёдрам. — Тебе нравится, когда я трахаю твой красивый рот? — Его толчки стали жёстче, требовательнее, пока он не излился мне в горло. — Вот так. Возьми всё от меня. Каждую последнюю каплю.

Мне это нравилось. Нравилось, что он хотел меня так. Нравился его вкус. В ту жгучую секунду он был моим — всё, чем он был, всё, что он отдавал. Я приняла его, как наркотик, зная, что это уничтожит меня. Я хотела только быть уничтоженной.

Когда мы прибыли в отель, Дамиан провёл меня наверх.

— Хочешь что-нибудь выпить? — спросил он, направляясь к мини-бару.

— Содовую, пожалуйста.

Он вернулся с двумя маленькими бутылочками, открыл одну и протянул мне.

— Это была невероятная находка сегодня, — сказал он, садясь. — Всё указывает на то, что подвеска Феникса происходит от Рамсеса.

— Что бы это значило для тебя?

— Это умножило бы её ценность во сто крат и укрепило бы мою репутацию. Такое открытие принесло бы мне больше уважения среди коллекционеров и историков. — Он откинулся назад, проведя рукой по волосам. — Это доказало бы, что каждый риск, на который я пошёл, стоил того.

Я отпила.

— Где ты вообще взял подвеску?

— В антикварной лавке во Франции. Купил её за смехотворно низкую цену.

— Тебе действительно повезло.

— Но без твоего острого глаза я бы никогда не понял её ценности. Я обязан этим тебе.

Жар поднялся в моих щеках. Я отвела взгляд. — Это было совпадением. Я просто вспомнила подвеску и связала.

Он взял бутылку из моей руки и отставил в сторону. — Совпадение или нет, твои знания изменили всё. Без тебя я бы продал её за долю от её истинной ценности.

— Спасибо. Это много значит для меня.

Он поднялся, подхватил меня на руки и понёс к кровати.

— Ты принимаешь противозачаточные?

— Да.

Как раз когда я приготовилась к тому, что он бросит меня на матрас, он остановился. Он мягко поставил меня на пол и удержал мой взгляд — глубокий, пронзительный, обнажающий меня догола. Мир исчез. Затем он поцеловал меня с неожиданной нежностью, словно он дарил мне что-то священное через свои губы. Мои мысли расплылись, пока не осталось ничего, кроме жара и вкуса его.

Он направил меня обратно на кровать с нежной настойчивостью. Моё тело дрожало под ним. Его следующий поцелуй был более голодным, почти отчаянным, словно он не мог насытиться. Моё дыхание разбилось на рваные всхлипы, и я позволила себе утонуть в страсти, исходящей от него.

— Я хочу тебя только для себя, — пробормотал он на моих губах. — Я хочу, чтобы ты принадлежала только мне, Дейзи Элфхорн. — Его пальцы нашли край моего платья и сдвинули его вверх, оголяя грудь. — Ты такая чертовски красивая. — Голод по его прикосновению пожирал меня. Такой отчаянный. Такой всепоглощающий, что это пугало меня. И всё же, когда он наконец коснулся меня, это было похоже на первый вдох. Он стянул мои трусики вниз.

— Раздвинь для меня ноги, — приказал он. Стыд поднялся, но я не могла отказать ему. Моё тело двигалось прежде, чем мой разум успел догнать.