Страница 113 из 136
Мы стояли и смотрели друг на друга. В его взгляде читалось что-то сложное — борьба, желание, сопротивление. Он явно боролся с самим собой. А я? Я боролась или моя борьба была проиграна еще тогда, в лесу, при первой же встрече?
— Я думала, ты не придёшь, — призналась я и удивилась своей искренности, хотя ничего подобного не собиралась ему говорить.
— Я тоже так думал, — он усмехнулся, но улыбка вышла горькой. — Но… похоже, не смог удержаться.
У меня внутри всё затрепетало. Я и не предполагала, что этот странный мужчина взбудоражил меня настолько сильно. Нет, я отчетливо понимала, что испытываю к нему сильный интерес и не могу перестать думать о нем, но только сейчас поняла, что, кажется... влюбилась? В первого встречного оборотня, какой скандал!
— Почему? — я замерла, желая услышать признание.
— Потому что ты… — он запнулся, словно подбирая слова. — Мне нужно было тебя увидеть. Просто убедиться, что с тобой всё в порядке.
Я улыбнулась — робко, но искренне. Что же, это не то, чего в тайне желало мое наивное сердечко, но на сегодня я готова удовлетвориться и этим.
— Со мной всё хорошо. Еще раз спасибо, что спас меня. Я до сих пор не могу поверить, что это произошло на самом деле.
— Это произошло, — Кирилл сделал еще шаг ко мне. — Нам обоим повезло, что я оказался рядом.
Мы стояли совсем близко. Я чувствовала запах леса, исходящий от него, слышала его дыхание. Моё сердце билось так громко, что, казалось, он мог его услышать. Наверное, так и было, ведь он оборотень и у него отменный слух. Мое лицо горело огнем, я прижала к щекам холодные руки.
— Расскажи мне о себе, — попросила я тихо. — Кто ты на самом деле? Оборотень ведь, насколько я понимаю.
— Оборотень. Но это не так просто объяснить, — он отвёл взгляд. — Мой мир… он другой. Опасный.
— Но ты же не опасен для меня, — я коснулась его рукава. — Я это чувствую. Иначе ты бы не стал меня спасать. И не пришел сюда сегодня.
— Может, и нет, — он посмотрел мне в глаза. — Но есть другие. Те, кто не остановится ни перед чем, чтобы добраться до того, что им нужно.
— И что им нужно? — я затаила дыхание.
— Сила. Власть. Иногда — просто кровь, — его голос стал тише. — Мой вид… Мы отнюдь не всегда контролируем себя. Особенно в полнолуние. Даже среди людей есть психопаты.
Я сглотнула, но не отступила. Все это должно было до жути пугать меня и напугало бы любую другую девушку, но дело в том, что я, видимо, слишком чокнутая фантазерка. Меня притягивала таинственность и почему-то совсем не страшила возможная опасность.
— Значит, ты оборотень. Настоящий. Не из сказок. То есть, я хочу сказать, что дело совсем не в сказках, и вы просто существуете.
— Да, — он кивнул. — И это значит, что рядом со мной ты всегда будешь в опасности.
— А если я готова к этому? — я подняла подбородок. — Если я хочу узнать твой мир? Может быть, судьба не зря нас столкнула.
Кирилл резко выдохнул, провел рукой по волосам. Он явно нервничал и как-то безуспешно пытался это скрыть, а может, и вовсе не пытался.
— Ты не представляешь, о чем просишь.
— Представь, что представляю, — я сделала шаг вперед, почти касаясь его груди. — Я всю жизнь искала чудеса. И вот оно — прямо передо мной. Если бы ты был уверен, что мне не место в твоем мире, ты не стоял бы здесь сейчас.
Он замер, глядя на меня. В его глазах бушевала буря: желание, страх, борьба. Я всем своим видом и нутром постаралась излучать уверенность, потому что я и правда хотела узнать другой мир, его мир. Не просто хотела, жаждала. Я верила, что уже каким-то образом являюсь его частью, только не смогла бы объяснить ни ему, ни себе, почему я так решила.
— Не побоишься прокатиться со мной кое-куда? — после долгих раздумий спросил он.
Кирилл посмотрел на меня так, будто ждал моего отказа, хотел, чтобы я отказалась. Во мне вдруг проснулась бунтарка, которая не собиралась доставлять ему такого удовольствия.
— Вот еще, — фыркнула я. — Где твоя машина?
— Вон там, — Кирилл указал на тёмную аллею за библиотекой, где в тени старых клёнов едва виднелся чёрный внедорожник. Богач, как я и думала. Классика жанра: живёт долго, зарабатывает много. Фантастика.
Мы быстро дошли до машины. Я скользнула на пассажирское сиденье, ощущая лёгкий трепет — не страх, а предвкушение чего-то неизведанного. Кирилл завёл двигатель, и мы выехали на шоссе, постепенно оставляя позади огни города. Пока мы ехали по знакомым улицам, я украдкой разглядывала его профиль: резкие черты лица, упрямый изгиб губ, линию подбородка, будто высеченную из камня. В каждом движении сквозила сдержанная мощь — даже то, как он держал руль, выдавало нечеловеческую силу.
По мере того как город сменялся пригородами, а те — редкими посёлками, я всё смелее изучала его. Взгляд скользил по широким плечам, обтянутым чёрной кожаной курткой, по мускулистым рукам, уверенно лежащим на руле. Его энергетика буквально заполняла салон машины — густая, первобытная, дикая. Я невольно ловила себя на мысли, что не могу оторвать от него глаз. Что-то в нём притягивало с непреодолимой силой: то ли эта скрытая мощь, то ли проблески эмоций в тёмных глазах, которые он так старательно прятал. Он, я была почти уверена, намеренно избегал встречаться со мной взглядом. Но зачем тогда предложил прокатиться?
Дорога виляла среди полей, потом нырнула в густой лес. Кирилл вёл уверенно, будто знал каждый поворот наизусть, вероятно, так и есть. Деревья всё плотнее смыкались над головой, уличные фонари давно остались позади, и лишь фары внедорожника рассекали ночную тьму. В свете приборной панели черты его лица казались ещё более резкими, почти хищными. Когда он на мгновение повернул голову ко мне, наши взгляды все-таки встретились — и по спине пробежала знакомая дрожь. В его глазах читалось что‑то мощное, неукротимое, и в то же время — едва уловимая уязвимость, которую он отчаянно пытался скрыть. А может, всё это рисовало мое больное воображение.
Я поймала себя на том, что затаила дыхание, когда он снова посмотрел на дорогу. Его пальцы слегка сжались на руле — едва заметное движение, но я его уловила. Он чувствует мой взгляд, понимает, что я его изучаю, но не делает ни единого замечания. Это придавало мне смелости. Я позволила себе в открытую разглядывать его: линию скул, тонкий шрам на скуле, который раньше не замечала, напряжённую жилку на шее. Каждая деталь казалась важной, будто я пыталась запечатлеть его образ в памяти навсегда, на случай если больше никогда не увижу его. От этой мысли сердце болезненно сжалось.