Страница 9 из 204
— Нет, не обещала. Ксандер был дома?
— Нет.
— Ладно, — тянет она. — И ты говоришь мне это, потому что…
— Потому что я не знаю, что и думать. Я пробыл здесь недолго. Она выставила меня почти сразу, как я пришел. — Я смотрю на сучок в фанере. — Но перед этим она кое-что сказала.
Ричи теперь завывает. Я снова кричу на него. Он снова игнорирует меня.
— Наверное, это койот, — говорит Мэллори, произнося это слово как судья Карлотта. — Что именно она сказала?
— Что она хочет сделать перерыв в подкасте.
— Перерыв, — повторяет Мэллори.
— Я, конечно, понимаю, — продолжаю я, чувствуя себя неловко. — Последние пару месяцев были непростыми. Нам стоит сделать перерыв. Но…
— Контракт.
— Мне даже говорить об этом неприятно. Это всего лишь деньги.
— Деньги, меняющие жизнь.
— Дело не в деньгах, — говорю я так твердо, как могу. — Просто… я думал, мы на одной волне. — Я морщусь, вспоминая выражение ее лица, когда она сказала мне уйти. То, что я наговорил. Я, наверное, никогда не перестану морщиться. — Так что я думал, может, у тебя есть… догадки. Которыми можно поделиться.
Вой Ричи теперь перемежается ноющим тявканьем. Я не могу прочесть выражение лица Мэллори.
— Есть? — спрашиваю я.
Она качает головой. Потом говорит:
— Ричи странно лает.
Я не хочу менять тему, раз уж мы заговорили об этом, но она права. Неохотно я следую за ней вокруг дома, и когда вижу, на что лает моя собака, бросаюсь бежать.
Потси стоит за воротами. Один.
Джой Мур
ОТРЫВОК ИЗ БЕЗЫМЯННЫХ СОВМЕСТНЫХ МЕМУАРОВ С БЕННИ ЭББОТТОМ
Тринадцать лет назад
Чего я не знала о Лос-Анджелесе, когда только переехала сюда:
Общественный транспорт — отстой. Актеров, борющихся за роль, здесь не меньше, чем говорят. Называть имена знаменитостей в разговоре — на удивление обычное дело. Здесь гораздо больше творческих людей на душу населения, чем в среднем городе. Здесь намного больше красоты на душу населения, чем в среднем городе. Можно зарабатывать более 200 000 долларов в год и все равно не иметь возможности купить дом. Граффити повсюду, как и мохнатые пальмы, которые имеют привычку сбрасывать свои листья, когда дует ветер. А ветрено здесь часто. Пробки такие же ужасные, как все говорят. Концерты в Hollywood Bowl волшебны, как и симфонические концерты в концертном зале Walt Disney. Можно зарабатывать более 300 000 долларов в год и все равно не иметь возможности купить дом. Если не живешь у океана, лето может быть адски жарким. Тихоокеанское побережье великолепно. Дожди идут редко. Людям на самом деле нравится, что дожди идут редко. Когда небеса все же разверзаются, они разверзаются по-библейски: с оползнями, наводнениями и героическими спасательными операциями по вызволению собак из реки Лос-Анджелес. А еще аварии: жители Лос-Анджелеса не умеют водить под дождем, хоть убей. Улицы часто перекрывают для съемок. Парковка на улице — кошмар. Машины — это символы статуса. Люди с энтузиазмом готовы говорить о политике. Деревья теряют листья в декабре и зацветают в январе. Есть лишь несколько пешеходных маршрутов с достаточной тенью. Можно зарабатывать более 400 000 долларов в год и все равно не иметь возможности купить «хороший» дом. Часто бывают дни, когда качество воздуха оставляет желать лучшего. Из-за твердых частиц, загрязняющих воздух, закаты здесь особенно красивы. Физическими упражнениями лучше всего заниматься публично: йога в парках, силовые тренировки в спортзалах с окнами от пола до потолка, велопрогулки на пляжах, пробежки по пыльным тропам. Уличные тако восхитительны. Хеллоуинский парад в Западном Голливуде не имеет себе равных. Землетрясения случаются редко. Сезон пожаров ужасает. Знаменитостей можно встретить часто. LAX
[7]
[Los Angeles International Airport.]
— это катастрофа. Если пойдешь на концерт одна, можешь встретить свою родственную душу.
* * *
Мы с Бенни с первого дня стали лучшими друзьями. После того как группа сыграла свою последнюю песню, он проводил меня до дома и ждал на улице, пока я благополучно не зашла внутрь. На следующий день после полудня он постучал в мою дверь.
— Просто хотел сказать привет.
Мы пошли за тако в мою любимую мексиканскую забегаловку за углом и проговорили четыре часа подряд о кино, искусстве, книгах и домашних питомцах из детства. Он был теплым и забавным, и мне нравилось, как он вглядывался в мое лицо, пока я говорила, словно пытаясь прочесть между строк. Я была уверена с первой же тарелки бездонных начос, что он оставит неизгладимый след в моей жизни.
Мы с Бенни тусовались на следующий день, и потом и на следующий. Он отвел меня в Художественный музей округа Лос-Анджелес, и мы петляли между 202 уличными фонарями масштабной скульптуры «Городской свет», наблюдая, как незнакомцы позируют для всевозможных постановочных и профессиональных фото.
— Как думаешь, в скольких селфи побывали эти фонари? — спросила я.
Бенни подтолкнул меня и указал на центр скульптуры, где мужчина стоял на одном колене, делая предложение своей девушке.
— Спорим, это не по-настоящему. — Я прищурилась на фотографов, которые были там, чтобы запечатлеть момент. — Наверное, для журнала.
Девушка сказала «да» — «Да, да!» — и обняла своего жениха.
— По мне, так выглядит вполне настоящим, — сказал Бенни, смахивая слезу.
Я опустила голову, чтобы скрыть улыбку. Я никогда не встречала человека, который бы так открыто демонстрировал свои чувства, как Бенни. Он мне нравился. Он был таким очаровательным со своими кудрями, густой бородой и внимательными зелеными глазами. Мы еще не обсуждали «слона в комнате», но с каждым днем он занимал все больше места в наших разговорах. Мы просто дружили или у нас были отношения?
Я подняла этот вопрос за ужином.
— Так, у меня есть как бы странный вопрос.
— Полагаю, тогда у меня есть как бы странный ответ на него.
Проводя пальцем по конденсату на стакане с водой, я сказала:
— Мы…? Я не хочу переступать черту и создавать неловкость, но я не была уверена, встречаемся ли мы… Я имею в виду, все совершенно нормально, если ты не воспринимаешь меня так, но я просто… гадала…
На случай, если из приведенной выше сцены с предложением не было очевидно: у Бенни непроницаемое лицо. До этого самого момента это было одной из моих любимых черт в нем.
— Ох, — сказал он.
У меня остановилось сердце. Я была идиоткой.
— Неважно, все нормально. Я поняла.
— Нет, нет, дело не в том… — Он посмотрел на свой недоеденный бургер.