Страница 62 из 112
Белые служители вошли первыми. Один поставил у порога металлическую пластину и ударил по ней жезлом. От серебряных колец по полу разбежались бледные линии.
Дом вздрогнул.
Зеленые огни погасли сразу в половине зала.
— Что это? — спросила я.
— Печать спокойствия, — ответил Лест. — Она не позволит помещению препятствовать осмотру.
— Вы душите мой дом.
— Камень не дышит.
Над его головой застонала балка.
— Он не согласен.
Второй служитель закрепил такую же пластину у лестницы. Зеленый свет отступил еще дальше. Полки перестали двигаться, дверцы шкафов застыли, лампы потускнели.
Я почувствовала это собственным телом.
Будто на грудь аптеки положили тяжелую ладонь.
— Не сопротивляйся, — тихо сказала я стенам. — Мы переждем.
Где-то под полом ответил глухой удар.
Рейнар встал рядом со мной.
— Сыворотка действует еще около трех часов, — произнес он так тихо, чтобы слышала только я. — Потом связь вернется.
— Надеюсь, к тому времени обыск закончится.
— Я не о связи. Если приступ начнется здесь…
— Тогда вам лучше сохранять спокойствие.
— Ты издеваешься?
— Пытаюсь не паниковать.
— Не получается.
— Зато вы уже не рычите на стражу.
Он посмотрел на белые плащи, разошедшиеся по залу.
— Пока.
Обыск проходил слишком быстро.
Они знали расположение комнат. Не заглядывали в пустые ящики, не проверяли очевидные шкафы, не тратили время на торговый зал. Двое сразу направились к травяной кладовой. Еще один поднялся к кабинету. Инспектор Лест остановился у стены, где находился металлический шкаф с двумя запечатанными флаконами.
— Откройте, — потребовал он.
— Нет.
— В распоряжении указаны все скрытые хранилища.
— В распоряжении нет права требовать доступ к родовым замкам без отдельной печати Совета.
Лест посмотрел на служителя с жезлом.
Тот приложил серебряное кольцо к стене.
Дом содрогнулся.
Зеленые линии вспыхнули так резко, что служителя отбросило к прилавку. Он ударился спиной, выругался и схватился за жезл.
— Я предупреждала, — сказала я.
— Открывайте, — процедил Лест.
— Внутри опасная магия. Вы не знаете, как ее удерживать.
— Мы знаем достаточно.
— Тогда почему ваш человек лежит на полу?
Рейнар едва заметно повернул голову, скрывая улыбку.
Лест подошел ближе.
— Леди Руар находится между жизнью и смертью. Ваша порча разрушает ее золотой дар.
— Это не моя порча.
— Она появилась после визита сюда.
— Потому что дом вернул ей то, что она принесла.
— Вы признаете, что воздействовали на нее?
— Я вывела чужую магию из собственной крови. Если она вернулась к владелице, вопросы задавайте тому, кто ее создал.
— Вы знали, что произойдет?
— Нет.
Запаха миндаля не было.
Чистая правда.
Лесту она не понравилась.
— Откройте шкаф.
— Нет.
Он поднял руку.
Служители Белого Пламени одновременно направили жезлы на стену.
Рейнар шагнул вперед.
— Попробуйте, — сказал он.
Серебряное пламя не появилось. Оно все еще было заперто сывороткой. Но людям напротив об этом знать не требовалось.
Белые жезлы дрогнули.
— Милорд, — произнес Лест, — любое вмешательство будет зафиксировано как препятствие официальному расследованию.
— Фиксируйте.
— Рейнар, — сказала я.
Он не отводил глаз от инспектора.
— Там доказательства.
— Дом их спрячет.
— Печати подавляют его.
— Не полностью.
Я чувствовала слабое движение под полом. Аптека была связана, но не сломлена. Ее сердце оставалось где-то глубже, за стенами и камнем, куда серебряные пластины не доставали.
Сверху донесся резкий крик.
— Нашел!
Мы обернулись.
По лестнице спускался служитель с небольшим полотняным мешком. Он держал его двумя пальцами, будто внутри лежало что-то особенно опасное.
— В кабинете, за третьей доской книжного шкафа.
Я никогда не видела этот мешок.
По белой ткани тянулась золотая нить. На узле стояла маленькая восковая печать Ордена.
— Не открывать, — сказала я. — Сначала положите на стол.
Служитель подчинился.
Лест надел перчатки и развязал мешок.
Внутри лежали сухие черные цветы.
Нисса рассказывала о них вчера, когда мы разбирали редкие яды.
Пепельная лилия.
Запрещена в детских составах. Подавляет молодой дар. В сочетании с серебром может погрузить человека в сон.
— Как неожиданно, — сказала я. — Именно тот ингредиент, который был в орденской воде.
— Найден в вашей аптеке, — ответил Лест.
— В мешке с вашей печатью.
— Печать поддельная.
— Только что она была доказательством происхождения флаконов. Теперь снова ничего не значит?
— Это установит экспертиза.
Аптечное зрение вспыхнуло.
Вокруг мешка тянулись белые нити, совсем свежие. Они пахли тем же маслом, которым были натерты жезлы служителей.
Я посмотрела на мужчину, принесшего находку.
Под его левым рукавом виднелось светлое пятно пыльцы.
— Покажите руку.
Он замер.
— Что?
— Левую руку.
— Это не относится…
Рейнар оказался рядом с ним за один шаг. Перехватил запястье и задрал рукав.
На коже лежал черный след от пепельной лилии.
Служитель попытался вырваться.
— Я трогал мешок при изъятии!
— Нет, — сказала я. — След находится под рукавом. Вы касались цветов до того, как якобы нашли их.
Лест холодно произнес:
— Отпустите моего человека.
— Он подбросил улику, — сказал Рейнар.
— Это обвинение без доказательств.
— На руке доказательство.
— Он участвовал в подготовке защитных емкостей для запрещенных составов. Пыльца могла попасть раньше.
Горький миндаль резал горло.
Лест лгал.
Служитель тоже.
Городской стражник, который улыбнулся у двери, смотрел на черный след и явно не верил объяснению.
— Как вас зовут? — спросила я его.
Он растерялся.
— Сивер Дорн, госпожа.
— Стражник Дорн, вы видели, откуда служитель принес мешок?
Лест резко повернулся:
— Он не обязан отвечать.
— Я спрашиваю свидетеля обыска.
Сивер посмотрел на своего капитана, которого среди пришедших не было. Старший городской стражник у двери едва заметно качнул головой.
Не вмешиваться.