Эндшпиль

Глава 12

Открывали нашу экспедицию Магнус и Свен; они держали карту и широким уверенным шагом следовали по заранее проложенному маршруту. За ними на приличном расстоянии шли Лена и Лера, следом Роберт и Том, замыкали процессию мы с Эриком. Роберт ради приличия молча прошел рядом со мной километра полтора и, позвав Тома, устремился вперед. Я оказалась последней: идти было и в самом деле тяжело, сапоги натерли ноги, а рюкзак давил на плечи, широкие джинсы мешали ходьбе. Через три километра я мечтала только о привале, на котором смогу раздеться до нижнего белья, сняв с себя всю раздражающую одежду. Но больше всего меня беспокоило, что Роберт не горел желанием общаться со мной. Я спросила его, как прошли вчера восстановительные процедуры, но он только буркнул что-то в ответ и устремился к Тому, оставив меня одну, ковыляющую позади всех.

Рассматривая его спину, я думала о том, как мил он был со мной тем вечером после игры. О том, как он вел себя с Линнеей Свенсон – вообще молчу. Само обаяние. Но сегодня что-то пошло не так, он не хотел общаться, не хотел отвечать на мои вопросы и вообще не хотел видеть меня в радиусе ста километров. Я поняла, что устала и запуталась, влюблять в себя Роберта стоило мне больших физических и моральных сил, и теперь я думала, а будет ли полным удовлетворение от радости мести?

Обуреваемая странными мыслями, я плелась, не особо следя за идущей впереди компанией, пока не оказалась перед развилкой… одна. Остальные ушли вперед. Даже Роберт. Да, я понимаю, что он не настоящий бойфренд, но все же мог бы побеспокоиться и подождать меня. Я села на бревно, которое нашла у дороги, и вытянула ноги. Должен же кто-нибудь очнуться и понять, что группа потеряла одного участника похода. Я закрыла глаза. Дрозды пели, приветствуя весну. Их трель легко отличить, она размеренная, неторопливая и звонкая. Недалеко стучал дятел. Тишину, в которой я оказалась, постепенно заполняли звуки леса. Хотя, может быть, и не так уж плохо, если они забудут обо мне. Я немного посижу здесь и отправлюсь в обратный путь.

Но ровно через пять минут из-за поворота показался встревоженный Эрик. Заметив меня, он сразу расслабился.

– Отстала? – просто спросил он. Я кивнула. – Слушай, – он потер переносицу, – ты не пройдешь оставшийся путь в этой обуви.

– Мне кажется, что я и сама это уже понимаю, – устало сказала я. – Но мне нужно.

– Зачем? – не понял Эрик.

– У меня есть цель, – неопределенно махнула рукой, – и мне нужно ее достичь. Ну и плюс я еще упряма, как сто ослов – если решила, с места меня не сдвинуть.

– Поэтому тебе нужно идти по лесу в сапогах на каблуке и мучаться? – спросил Эрик. Я опять кивнула, не в силах сказать что-либо, осознавая, насколько глупо это будет звучать вслух.

– Хорошо, – сказал он и подхватил мой рюкзак, который стоял рядом, а потом протянул мне руку. – Я помогу тебе, если ты не против.

О, я нисколько не возражала, я была рада. Очень. Оперлась на его руку, и мы поплелись догонять остальных.

– Я следил за твоей игрой позавчера ночью, – неожиданно сказал Эрик.

– Она была паршивая, – пробурчала я, вспомнив, как мимо меня проплыл призовой фонд. Сразу упустила из-под контроля поля f2 и f7. На меня это не похоже; новички могут забыть, что это самые слабые места в начале игры, но я не новичок.

– Эти поля прикрываются только королем, и если пропустить быструю комбинацию с использованием коня и слона…

– Можно получить потерю рокировки и угрозу мата, – закончила я за Эрика, стремясь завершить анализ своей отвратительной игры.

Он вздохнул.

– Ничего страшного, будут еще турниры.

– Да… – мой голос прозвучал неуверенно, потому что призовые фонды на таких любительских турнирах были небольшими, и две тысячи долларов – лакомый кусок.

– В следующем месяце в Стокгольме будет большой турнир. Ты знаешь, шахматы снова набирают популярность. Этот спорт перестает ассоциироваться со взрослыми серьезными людьми. Магнусу Карлсену было девятнадцать лет, когда он возглавил официальный рейтинг ФИДЕ, а Гукеш Доммараджу выиграл чемпионат мира в восемнадцать.

– Я уже уеду, – сказала я после небольшой паузы и пожала плечами. – Хотя ты прав, конечно.

Эрик странно на меня посмотрел, снова вздохнул, и мы пошли дальше. Про шахматы мы больше не говорили.

Может, я ему и правда нравлюсь как девушка? Почему же он тогда запал на Лену и Леру в первый день? Хотя и Роберт на них тоже запал, и Том. Я взглянула на Эрика внимательней – красивый профиль, русые волосы, приятная улыбка и… все, стук сердца не ускоряется, кровь не мчит со скоростью света. Так, как должна, судя по романам. Я даже не могу представить, что он будет меня трогать, не говоря уже об остальном. Но болтать и проводить с ним время было уютно и комфортно. Может, это и есть так называемая френд-зона?

Через полтора часа сделали привал; выяснилось, что мы одолели около половины пути. Я вздрогнула: мои ноги выли, ныли и просили опомниться, и я уже была склонна к ним прислушаться и надеть кроссовки, но заметила, что Роберт бросил на меня взгляд. Нет, рано расслабляться. Я резко развернулась к Эрику, кокетливо взметнув волосами, и решила немного нечестно использовать эту самую френд-зону. Понимаю, что поступок по нравственности тянет на минус сто, но что делать прикажете? Каждый час бездействия отодвигает меня от цели:

– Послушай, Эрик, а тебе нравится, как я выгляжу? – я призывно поморгала, как это делали девчонки в тот вечер в баре, и рассмеялась.

– Э… ну да, – его щеки чуть покраснели, – ты мне вообще нра… – он не успел закончить фразу, потому что Свен протянул нам по бутерброду и горячий кофе из термоса. Что бы мы делали без этих опытных парней? Умерли бы с голода и заблудились.

– Мира, вы же с Робертом пара? – вдруг перескочил на другую тему Эрик. И я не знаю, что хуже, его несостоявшееся признание или этот вопрос. Может, он опять думает о том быстром поцелуе в галерее граффити?

– Э-э, да. Почему ты спрашиваешь?

И почему мне стало так неловко?

– Вы поссорились? Он будто сам по себе, а ты сама по себе, – Эрик махнул рукой в сторону Роберта, который сидел напротив нас на стволе поваленного дерева. С ним рядом Том прижимал к себе Леру. Лена же коротала время, присматриваясь к новой добыче – Свену и Магнусу.

– Все… сложно, – сказала я, не находя в себе сил взглянуть на Роберта.

Эрик отстал, и какое-то время мы ели молча.

Над нами в ветвях древних елей резвился ветер.