Невеста по контракту

Я лишь горько усмехнулась. Неужели? Значит, все что мне довелось пережить, это результат совместных божественных интриг? В таком случае, лучше бы у меня не было этого благословения, и путешествие в другой мир стало бы обычным заданием, каких были сотни, не оставившим во мне никаких сожалений.

— Так что же предложили эти послы доброй воли? — вернув самообладание, выбралась я из объятий жрицы и посмотрела на нее насмешливо. — Еще больше денег?

— Помощь, как я тебе и сказала, — мягко заметила она в ответ. — Мебель, чтобы обустроить спальни. Посуду, ткани, саженцы, хозяйственные и охранные артефакты. Договорились о поставках продуктов и прочих необходимых вещей. Нам помогли со всем, и именно благодаря этому мы сможем принять девочек в ближайшее время. Уже через десятину, это место сможет ожить по-настоящему.

Я еще раз оглядела все еще пустующий зал, только теперь заметив, что тут появились скамейки с мягкими подушечками, а проходы во внутренние помещения теперь скрыты за легкими складками занавесей. Что же.. кто я такая, чтобы возмущаться.

— А статуя все же чей подарок? — заинтересовалась я. Неужто все же наш король разорился? По крайней мере из столицы вести было ближе всего.

К моему удивлению, жрица смутилась сильнее чем раньше.

— Статуя.. подарок паломников.

— Кого? — совсем обалдела я.

— Паломников. Вместе с представителями Драхмы приехали пятеро людей, представившихся последователями богини Любви. Наш храм все же далеко не единственный на этой грани. Где-то далеко на западе есть еще один. Вот оттуда они и приехали, чтобы поздравить нас с восстановлением и привезли в подарок статую своего лучшего мастера. Правда она прекрасна? — с улыбкой рассматривала она лик богини, пока я пыталась осознать услышанное.

Паломники богини Любви, приехавшие к нам с дальнего запада? В это вообще можно поверить?

— Мы рады, что наш подарок пришелся вам по душе, госпожа жрица, — неожиданно раздался низкий мужской голос позади.

О том, как позорно я дернулась, резко оборачиваясь, вспоминать не хочется. Но, проклятые пески, я даже не услышала его приближения!

— Простите госпожа, если напугал вас, — отвесила мне поклон высокая фигура с головы до ног затянутая в свободные песочные ткани, лишь одни темные глаза были видны.

Погодите.. это вот это вот паломник? Вы издеваетесь? Да как его Бирей со Стрейвом вообще пустили на территорию храма!

Выше меня почти на голову, плечи шириной ни чуть ни меньше, чем у Кайрина, и пусть это единственное, что можно было с точностью рассмотреть под всеми этими тканями, одно то, что ему удалось столь бесшумно подойти к нам, подсказывало — из этого человека такой же паломник Прекраснейшей, как из меня ее жрица. И если он тут такой не один.. То вообще не понимаю, куда глядели наши охраничики, впуская их!

— Ничего страшного, — пробормотала я, не спуская с незнакомца подозрительного взгляда. — Вы не напугали меня. Скорее.. застали врасплох.

— Прошу прощения, — снова слегка поклонился он.

Мне показалось или в первый раз его голос не звучал так хрипло? Хотя.. могло и показаться.

— Госпожа Майли, — перевел он взгляд с меня на жрицу, — мы закончили с мебелью в спальнях.

— Благодарю вас, — безмятежно улыбнулась ему жрица. — Вы оказали нам неоценимую помощь. Может, все же присоединитесь к нам за трапезой? В столовой вот-вот накроют, места хватит всем.

— Благодарю вас, госпожа, за приглашение, но мы справимся сами. Если вам понадобиться еще какая-то помощь, обращайтесь.

— Хорошо. Вы очень добры.

Отвесив жрице очередной небольшой поклон, мужчина бросил на меня короткий быстрый взгляд, и, так же бесшумно как пришел, покинул зал. Только после того как он исчез в дрожащем мареве жара за дверьми храма, я обратила возмущенный взор на Майли.

— Паломники богини Любви? Серьезно? И ты в это поверила? Зачем вы вообще их пустили!

— У нас не было причин их не пускать, — возразила мне женщина. — Они прибыли вместе с официальными послами из Драхмы. Те подтвердили, что знают прибывших и полностью доверяют им. Кроме того, Кайлина, будем откровенны, сейчас в храме нечего брать, кроме самого здания. И самую дорогую вещь в нем, они же нам и принесли, — перевела она взгляд на статую рядом. — Так что, даже если на самом деле они никакие не паломники, для меня очевидно, что зла они нам не несут. Все время, что они здесь, они помогали обустраивать храм, и только благодаря их контролю, стены вокруг него были возведены с такой скоростью. Поэтому кем они представились и почему скрывают свои личности, это совершенно не мое дело.

— А что.. что, если сама статуя на самом деле опасна? — все равно не отпускали меня тревожные мысли. — Может они противники культа богини? Помогут тут все восстановить, дождутся пока наберут новых учениц, а потом возьмут, да активируют какое-нибудь взрывное заклинание, спрятанное в статуе?

— Побойся богов, Кайлина, — в ужасе посмотрела на меня Майли. — Откуда такие жуткие фантазии?

— Да уж есть откуда, — пробормотала я, отводя взгляд.

Всего-то несколько десятин при императорском дворе, и я поняла, что такое думать изощренно.

— Я понимаю, что в силу специфики профессии ты привыкла предполагать худшее, но это уж слишком. Но если тебе будет спокойнее — дедушка Нурей тщательно осмотрел и перепроверил статую различными артефактами, перед тем как ее устанавливать. И заключил, что она безопасна.

Слава Неустрашимому, хоть кто-то здесь еще рассуждает здраво. И, пожалуй, слову Нурея можно верить. Если мне не изменят память, по молодости он был талантливым артефактором-самоучкой. Специализировался правда больше на всяких атакующих вещах, но это лишь означает, что о том, что такое мыслить изощренно, он знает лучше всех.

— Ладно, будем считать их условно безопасными. Но ты не можешь отрицать, что они крайне подозрительны..

— Кайлина, — мягко рассмеялась жрица в ответ. — Если уж выбирать среди всех присутствующих, кто тут самый подозрительный, так это ты с дедушками.

Мда.. увы, тут не поспоришь.

И все же, все равно чуть позже, когда мы все собрались в трапезной, я пожурила стариков, что они пропустили столь подозрительных личностей. За что сама в итоге и получила.

— Ты кого учишь, девочка, — отвесил мне воспитательный щелбан (весьма болезненный) Стрейв. — Я, чтобы ты знала, несколько лет отработал в охране королевского дворца, перед самой пенсией. И получше некоторых знаю, кого можно пускать, а кого нет.

— Но у них при себе скрытое оружие! — возмутилась я.