Страница 45 из 100
В паранормальном восприятии всё вокруг кипело бешеным штормом. И сквозь призрачные волны шла ударная волна от моего воздействия. Она взрезала ткань пространства не хуже остро наточенного лезвия. Что я наделала… Мне нельзя, нельзя, нельзя защищаться методами брата Ана. Я – Стерегущий, Врата реагируют на меня, они входят в резонанс с моей паранормой, и хорошего от них не жди. Кто их активировал? Или они включились сами собой из-за неполадок в функциональной части?
Из боковой улицы вышло двое, оба нивикийцы, но их копыта ступали мягко, без характерного цокода.
– Темнодар! – выдохнула я, и тут же узнала второго.
Дамийк Тихоречка собственной персоной. Великолепный синяк на нижней части челюсти ощутимо побледнел, выцвел в желтизну.
– Солнце, – неприятным голосом сказал дамийк, и девочка тут же вскочила с мостовой. – Мёртвый Глаз.
Одноглазый дёрнулся, стискивая кулаки. Новое имечко ему очень не нравилось, но, по всей видимости, пристало к нему так, что с мясом не отодрать. Такая тут планета. Я ведь тоже стала Камнеломкой настолько, что моё прежнее имя не звучит даже в моих собственных мыслях…
– Идиоты, – приговорил моих недругов дамийк. – Не трогать Камнеломку! Никогда.
Спасибо за заботу, подумалось мне. С чего ж ты такой добрый стал, Тихоречка? Неужели копыто Тучи исцелило?! Почаще надо тебе тогда к нему прикладываться! Глядишь, совсем человеком станешь.
– Темнодар… – начала было я.
– Тень знает, – кивнул он мне.
У Солнца с братом глаза стали совсем уже круглые. Дамийк Тихоречка кивнул мне и укорил:
– Камнеломке не следовало молчать.
– Зачем? – только и спросила я у Темнодара.
– Затем, что Врата пришли в движение, – сурово ответил он. – Разве Камнеломка не видит сама?
– Видит, – кивнула я. – Но при чём здесь дамийк Тихоречка и эти двое?
Тихоречка скривился, будто съел под угрозой повешения ведро кислых старотерранскиз лимонов. На меня он не смотрел. Неужели моё пожелание сбылось и офицера полиции начала жрать совесть?!
– Камнеломка, – сказал Темнодар, – слишком юна и потому не умеет убивать. Дерётся хорошо, но убивать не умеет. А дамийк Тихоречка слишком долго потворствовал родной крови, предположительно, из-за опрометчиво данного когда-то давно обещания. Звёзды сошлись: Камнеломка не добила, Тихоречка решил поучить недостойного младшего, а младший связался с Белоголовыми, потому что иначе не хватало сил на месть.
– Что?! – Солнце подскочила, цокнув копытами.
Тихоречка поднял руку ладонью вверх:
– Сюда, Мёртвый Глаз. Давай сюда фонарное око Белоголовых. Пока просят добром.
Очень грубо вышло, обращение в первом лице, с той самой пресловутой приставкой «паут», о которой нам рассказывал когда-то профессор Сатув. «Паут» усиливает экспрессию, в данном случае – прямое оскорбление.
– Пусть любимый дядюшка сдохнет! – оскалился одноглазый.
По его лицу прошла судорога ненависти, щедро сдобренная фанатичной одержимостью взгляда..
– Врата откроются! Друзья придут. Власти Града наступит конец!
А я вдруг увидела, что козий горизонтальный зрачок одноглазого расширен до предела.