Страница 27 из 82
. Все соревновались в том, чтобы уклониться от веревки, а те, кого она касалась и «метила», должны были заплатить штраф. Также была учреждена субсидия, чтобы заманить афинян в экклесию. Но, как мы можем понять из древних свидетельств, участие в ней всегда было довольно ограниченным. Таким образом, предложенный в «Надгробной речи» Перикла образ города, в котором все интересуются общественными делами и порицают «бесполезных обывателей» (идиотов)
[34]
[Идиот — от др.-греч. ιδιώτης «отдельный человек, частное лицо; простой, неопытный, несведущий человек».]
, которые заботятся только о собственном благе, по-видимому, больше отвечает пропагандистскому идеалу демократии, чем реальности.
Но если мы опишем Древнюю Агору лишь как место прений политиков и философов, мы сильно исказим истину. Прежде всего, это была оживленная рыночная площадь. Лавки и прилавки тут были повсюду. Как и сегодня в Афинах, рынок делился на зоны по типам товаров. Аристофан пишет в «Птицах»:
И стоит теперь прозвучать его (петуха) песне под утро,
Как встают для работы ткачи, гончары, кузнецы, заготовщики кожи,
Мукомолы, портные, настройщики лир, все, кто точит, сверлит и строгает,
Обуваются быстро, хоть ночь на дворе, и бегут…
Крестьяне приносят на площадь свою продукцию: фрукты, овощи, масло, сыр. На Агоре можно найти все необходимые афинянину услуги — от менял до парикмахеров. Но рынок — это также (и прежде всего) место для встреч. В одной из речей афинского оратора Лисия на процессе, о котором мы можем у него прочитать, некоего владельца мастерской на Агоре обвинили в том, что он получает государственное пособие по инвалидности, не имея на это права. Утверждалось, что его мастерскую посещают одни бездельники и негодяи. Но обвиняемый напоминает, что везде происходит одно и то же: «Ведь каждый из вас имеет обычай заходить куда-нибудь: один — в парфюмерный магазин, другой — в цирюльню, третий — в сапожную мастерскую, четвертый — куда придется; чаще всего заходят куда-нибудь поблизости от рынка [Агоры] и очень редко — куда-нибудь далеко от него… вы все имеете обычай заходить куда-нибудь и там проводить свободное время»
[35]
[Лисий. Речи / пер. С. И. Соболевского. М.: Ладомир, 1994.]
.
В категорию бездельников, по крайней мере, в глазах большинства, входили и философы. Начиная с первого из них, Сократа, который проводил целые дни на Агоре в поиске учеников, которых можно было бы изводить вопросами. Одним из мест, где он больше всего любил проводить время, была мастерская сапожника Симона. Время от времени возникают сомнения, существовал ли этот персонаж на самом деле, однако в античных источниках он упоминается довольно часто. Ему даже приписывали составление философских текстов, в которых он пересказывал свои беседы с Сократом и которые назывались «Диалоги сапожника». Однако если пройти к краю Агоры, то можно обнаружить руины мастерской, явно принадлежавшей сапожнику. Археологами были найдены бронзовые гвоздики и костяные колечки для продевания шнурков. Среди руин была обнаружена также покрытая черной глазурью чаша, которую можно датировать концом V века до новой эры, то есть как раз теми годами, когда Сократ жил на Агоре. На основании чаши было выгравировано имя владельца: Симон.
Чтобы сделать пребывание в Агоре более приятным, начиная с V века до новой эры были построены большие портики (στοάί), украшенные знаменитыми художниками. Мало что осталось от стои Зевса Элефтерия (портика Зевса Освободителя) из мрамора и известняка, которая располагалась рядом с тем местом, где сейчас проходят железнодорожные пути. В 2003 году на другой стороне современной улицы Адриана, рядом с местом, где велись главные раскопки, археологи вновь обнаружили остатки грандиозного полихромного портика («Расписная стоа», «Пестрый портик», стоа Пойкиле — Ποικίλη Στοά). Построенный из мрамора и известняка, с дорическими и ионическими колоннами, он был возведен около 470 года до новой эры Пойкиле означает «пестрая», «разноцветная» — на здании сохранилась серия необычных расписных деревянных панелей. На них были изображены великие достижения афинян, как недавние, так и прошлые: война Тесея с амазонками, завоевание Трои, столкновение с персами при Марафоне, битва со спартанцами. Это работы величайших художников эпохи — Полигнота и Микона.
Афины, Агора. Раскопки к северу от современной улицы Адриана. Руины западной части стои Пойкиле (Расписной стои)
Карл Роберт. Реконструкция панели Полигнота «Взятие Трои» в стое Пойкиле. 1893
Эффект, должно быть, был впечатляющим. Головокружительная череда мифологических героев и воинов того времени, а также страдающих женщин — Гекубы или Кассандры, рядом с фигурами гоплитов, выстроившихся на поле боя, сделали стою Пойкиле одним из самых величественных памятников в Афинах и самым известным в Греции. Через столетие после смерти Сократа еще один философ начал обучать здесь своих учеников. Его звали Зенон, и он был родом с Кипра. Его философия стала известна как «стоицизм», от слова «стоа». Мы не знаем точно, когда многоцветная полихромия утратила свое великолепие. Около 400 года новой эры в Афины прибыл молодой философ-неоплатоник Синезий Киренский, бывший учеником Гипатии в Александрии. Он уже не находит никаких следов знаменитых расписных панелей. Проконсул, пишет он в письме к брату, увез их, возможно, вывез в Константинополь.
Так теперь и в Афинах: после того как философия была изгнана из этих мест, путешественнику остается только удивляться Академии, Ликею, ну и, конечно, той Пестрой стое, от которой философия Хрисиппа получила свое название. Хотя ныне она уже больше не пестрая — проконсул приказал снять доски, которым вверил свое искусство Полигнот из Тасоса.
Больше об этих великолепных изображениях никто ничего не слышал. Те, кто сегодня посещают Агору в Афинах, оказываются перед монументальным портиком, единственным дошедшим до наших дней, более поздним, чем те, о которых уже упоминалось. Это стоа, подаренная афинянам около 140 года до новой эры Атталом II, повелителем Пергамского царства в Минойской Асии. До того как стать царем, Аттал учился в Афинах, посещая лекции скептика Карнеада, и остался привязан к городу. Для него он не пожалел средств и возвел роскошное здание, подлинный триумф пентелийского мрамора. Стоа Аттала была успешно восстановлена американцами в 1951 году и своей монументальностью сразу привлекает внимание каждого, кто входит в археологическую зону. Сегодня в этом здании находится небольшой, но увлекательный археологический музей
[36]