Страница 8 из 79
Она кричала. Снова. И он снова слышал каждое слово — «Мама, не уходи!» — и снова внутри всё переворачивалось, потому что он знал этот крик. Сам так кричал. В подушку. В стену. В пустоту.
Он хотел не двигаться. Хотел притвориться спящим. Но встал. Налил воду. Поставил стакан. Зачем? Зачем он это сделал?
«Потому что ты слабак, — сказал он себе. — Потому что она смотрит на тебя своими серыми глазами, и ты забываешь всё, что решил. Всё, что приказал себе».
Он сжал кулак так, что ногти впились в ладонь. Боль — короткая, резкая — чуть отрезвила.
«Надо сторониться её. Держаться подальше. Она — проблема, которую я не могу себе позволить».
Он знал, чем заканчиваются такие истории. Он уже проживал это. Света. Мать. Все, кому он пытался быть нужным, в итоге оставались ни с чем. Или страдали. Или и то и другое.
Лиза стояла перед ним — дерзкая, надломленная, с мокрыми ресницами и голосом, который звал маму. И он, как дурак, принёс ей воду, потому что не мог иначе. Потому что в ней было что‑то, что выбивало из него все стопоры.
«Ещё раз — и ты в неё вцепишься. И тогда уже не отцепишься. И погубишь её, как всех».
Олег закрыл глаза. Попытался представить, что её нет. Что это просто комната, просто смена, просто чужая девушка.
Не вышло.
Он видел её лицо. Слышал её дыхание. Чувствовал её присутствие каждой клеткой.
«Держись от неё подальше, Драконов. Это приказ».
Он уснул под утро, измотанный, и во сне не было ничего — только тьма.
А когда проснулся, первым, что он увидел, был её силуэт у окна. Она стояла спиной к нему, босая, в своей белой футболке, и смотрела на рассвет. Лучи скользили по волосам, по шее, по плечам — будто обводили её контур светом.
Олег закрыл глаза и притворился, что всё ещё спит. Потому что если бы она обернулась и встретилась с ним взглядом, он бы не смог соврать. Даже себе.
Стакан стоял на её тумбочке. Пустой. Как немой свидетель его провала.