Страница 35 из 79
Это случилось на спортивной площадке, где отряд «Шторм» играл в футбол с «Тайфуном». Лиза сидела на скамейке — она не играла, просто смотрела. Олег был в поле, и игра шла жёстко, как всегда, когда на поле выходили два соперничающих отряда. Семён тоже играл. И он явно искал повода.
Первый раз он толкнул Олега плечом после свистка. Олег не отреагировал — просто стряхнул песок с футболки, но Лиза заметила, как напряглись его плечи, как он сжал зубы.
Второй раз — подставил подножку, когда Олег бежал за мячом. Олег упал, но тут же вскочил, и только сжатые челюсти выдавали его ярость.
Третий раз стал последним.
— Драконов! — крикнул Семён так, чтобы слышали все. — Твоя девка вчера ночью, говорят, в мужском корпусе пряталась? Не с тобой, так с кем?
Тишина на поле стала звенящей. Олег замер. Потом повернулся и пошёл к Семёну. Тот попятился, но продолжал улыбаться, хотя Лиза видела, как у него дрожат руки.
— Чё, правда глаза колет? Она же у тебя не одна такая? Или ты думал…
Он не договорил. Олег ударил — коротко, без замаха, в солнечное сплетение. Семён согнулся пополам. Второй удар пришёлся в челюсть, и он упал. Всё произошло за секунду.
Владлен и Марк тут же оказались рядом, заслоняя Олега. Кирилл кричал что‑то о «красной карточке» и «дисквалификации». Лиза сидела на скамейке, не в силах пошевелиться. Олег вытер костяшки о футболку и, не сказав ни слова, ушёл с поля.
Догнала она его у корпуса.
— Зачем ты это сделал? — Лиза схватила его за рукав, но тут же отпустила — будто испугалась, что он это неправильно поймёт. Пальцы дрогнули, она спрятала руки за спину.
— Ты слышал, что он сказал, — повторил Олег. Он стоял, глядя куда‑то в сторону, и теребил цепочку с жетоном. Потом всё‑таки повернулся. Лицо усталое, под глазами тёмные круги, на щеке — след от воротника футболки, будто он спал, уткнувшись в плечо.
— Слышала. Но ты не должен был…
— Должен, — он резко мотнул головой. — Я должен был давно. Каждый раз, когда он открывал рот о тебе, я думал: «Потом. Не сейчас». А сегодня понял, что «потом» может не быть.
Лиза шагнула к нему. Положила ладонь на костяшки — холодные, с капельками крови. Кожа вокруг ссадин покраснела, на мизинце — царапина. Она провела пальцем вдоль неё, потом вдруг резко отдёрнула руку.
— Ты не должен драться за меня, Олег. Я сама могу.
— Я знаю, — он выдохнул шумно, будто выпуская пар. — Но я не могу иначе. Я не умею.
— Учись.
— Я учусь. Медленно.
Повисла пауза. Где‑то за спиной скрипнула дверь корпуса, кто‑то громко засмеялся, потом затих. Лиза кашлянула.
— Пойдём, — Олег осторожно высвободил руку. — Надо промыть это.
Они молча дошли до умывальника. Олег открыл кран, подставил руку под воду. Шипнул сквозь зубы.
— Больно? — Лиза подошла ближе.
— Терпимо. Просто неприятно.
Она взяла бумажное полотенце — оно сразу начало рваться по краям.
— Сильно разодрал, — пробормотала она, промакивая кожу. Полотенце расползлось. Лиза чертыхнулась. — Ну вот, опять.
Олег хмыкнул.
— Ерунда. В детстве я дрался чаще, чем зубы чистил. Привык.
Лиза невольно улыбнулась.
— Звучит не очень утешающе.
— Зато честно, — он выключил воду, стряхнул капли. — Извини, что напугал.
— Ты не напугал. Ты… удивил.
— В плохом смысле?
— В сложном. — Она отложила остатки полотенца. — Просто… я не хочу, чтобы ты из‑за меня попадал в неприятности.
— Уже попал. И останусь. — Он посмотрел ей в глаза. — По крайней мере, пока ты здесь.
Вечером они сидели в комнате вдвоём. Олег — на кровати, Лиза — на стуле у окна. Закатные облака уже потеряли краски, стали серо‑розовыми, потом просто серыми.
— Завтра двадцатый день, — сказала она. — Больше половины смены позади.
— Да.
— Ты когда‑нибудь думал, что будет после?
— После лагеря?
— Да.
Олег помолчал. Покрутил жетон на цепочке — тот глухо звякнул.
— Думал, что будет пусто, — наконец ответил он. — Пустота. Как после смены, когда все разъезжаются, а ты остаёшься один в опустевшем корпусе. Но теперь… не знаю.
Лиза кивнула. Молчала долго, потом вдруг спросила:
— А если он вернётся? Семён. Если не оставит нас в покое?
Олег пожал плечами.
— Тогда будем разбираться, когда придёт время. Сейчас — нет смысла гадать.
— Но ты же сам говорил, что надо быть готовым.
— Надо. Но готовиться к тому, чего ещё нет, — это как стрелять в туман. Бесполезно.
Она хмыкнула.
— Звучит… логично.
— Не логично. Просто так есть.
Ночью они снова дежурили вместе. Лиза сидела на полу у его стула, время от времени проваливаясь в дрёму и просыпаясь от малейшего шороха за окном. Олег не спал — только изредка потирал глаза и прислушивался, чуть наклонив голову.
Под утро, когда небо начало сереть, Лиза открыла глаза. Олег всё так же сидел у окна, но теперь его поза изменилась: плечи расправились, спина выпрямилась — не напряжение, а готовность.
— Опять никто не пришёл, — прошептала она, потягиваясь и чувствуя, как затекла спина.
— Пока нет, — отозвался он. — Но это не значит, что не придёт.
— И что тогда?
— Тогда посмотрим. — Он обернулся к ней. — Сейчас рано об этом думать.
Она кивнула. И впервые за всё время в лагере ей не было страшно. Но и спокойствия не было. Просто… ожидание.
В коридоре скрипнула половица. Оба вздрогнули и повернулись к двери.