Страница 10 из 118
Глава 1
Алина
Две недели спустя
— Почему бы тебе не присесть прямо сюда, дорогуша, и не заработать свои чаевые?
Я отшатываюсь, когда мужчина хлопает себя по колену, широко раздвинув ноги. Его змеиный язык соблазнительно скользит по нижней губе — это зрелище ещё долго будет преследовать меня в кошмарах.
Я не могу поверить, что до такого докатилась моя жизнь.
Когда-то я была девушкой, которая мечтала, что её украдет с ног хмурый мускулистый мужчина, как в одной из многих любовных книг, которыми я одержима до нездоровья. Ну знаете, тот тип мужчины, который боготворит свою женщину, защищает её от тьмы этого мира, обнимает её и с тоской смотрит в её глаза.
Что ж, девушке позволительно мечтать.
Но теперь, когда мне двадцать четыре и я работаю официанткой в клубе для джентльменов «Тёмные желания» в самой отвратительной части города, в самом коротком чёрном костюме из двух предметов (сейчас красном в честь Рождества), который едва позволяет мне нагнуться, не показав изгиб задницы, я мечтаю о том, чтобы в конце месяца после оплаты всех счетов у меня не образовался 1овердрафт по счёту.
Или хотя бы о возможности время от времени тратиться на навороченный кофе.
Не важно, что пару недель назад я официально окончила учёбу и у меня есть диплом магистра, пылящийся на задней полке шкафа. И не важно, что я потратила бесчисленные часы на тренировки, стажировки, практику и экзамены, чтобы осуществить свою мечту — стать специалистом по образованию глухих.
Потому что, когда экономика в упадке и рабочих мест нет, ты берёшься за то, что можешь получить.
Даже если ты это ненавидишь и тебя передёргивает от того, что все эти мужчины таращатся на тебя всю смену, как на кусок отборной вырезки прямо с гриля. Не говоря уже о том, когда они решают быстро ущипнуть или сжать, потому что считают, что имеют на это право.
Но ты делаешь то, что должна, чтобы выжить.
Особенно когда у тебя растут счета с каждым днём и ты понятия не имеешь, как их оплатить.
И самое главное — ты это делаешь, потому что кто-то, кого ты любишь, полагается на тебя.
И ты никогда не подведёшь их.
С усилием уголки моих губ ползут вверх, когда я ставлю последний бокал с янтарной жидкостью перед мужчиной и тремя его друзьями. Я уже видела их всех здесь раньше. Несколько раз, честно говоря. Они все работают в администрации губернатора, и как только часы бьют пять вечера, они оказываются здесь, а не дома с жёнами и детьми.
— Извините, сэр, танцы на коленях — не моя специальность. — Я засовываю поднос под мышку. — Дайте знать, если я могу принести вам что-то ещё. — Делаю шаг назад, но меня останавливает рука этого мужчины, которая обхватывает моё предплечье, пальцы впиваются в кости.
— Я не спрашивал, сука. — Одним рывком я спотыкаюсь на каблуках и падаю прямо к нему на колени, мой поднос с грохотом падает на пол. Он впивается взглядом в мою грудь и облизывает губы. — Чёрт, только посмотрите на эти грёбаные сиськи, джентльмены.
Уперевшись ладонями в его грудь, я пытаюсь оттолкнуться, но он обхватывает меня рукой за талию, удерживая на месте. Скажите, что это его бумажник в кармане упирается мне в задницу. Его друзья смеются, словно это происходит каждый день, и, к сожалению, я предполагаю, что так и есть.
— Убери от меня руки, — цежу я сквозь зубы.
Он усмехается, как змей, который только что поймал свою жертву: — Или что?
— Или вот что.
Всё происходит так быстро. Один момент я пристёгнута к коленям этого мужчины, а в следующий — его выдёргивают из кресла и бросают на пол, меня отодвигают в сторону, и я обнаруживаю, что Джен прижимает меня к себе под руку.
— Ты в порядке? Я позвала Большого Ди, как только увидела, что случилось, — говорит она мне, осторожно осматривая меня с беспокойством в глазах.
— Я в порядке, правда. — Я одёргиваю юбку и слегка дрожащими руками натягиваю её как можно ниже. — Ничего такого, с чем я не справлюсь. — Мои очки сползают по носу, и я осторожно поправляю их.
— Убирай свою грёбаную рожу отсюда. — Деклан, он же Большой Ди, бьёт мужчину ногой по рёбрам; тот сейчас скорчился в позе эмбриона. Оглядевшись, я замечаю, что его друзей уже и след простыл.
Не могу сказать, что виню их.
Я бы тоже боялась Большого Ди, если бы не знала, что в душе он большой мягкий человек, который предпочитает пересматривать «Аббатство Даунтон» в выходные, экспериментируя с разными рецептами закваски для хлеба.
Мне всегда нравится, когда он даёт мне с собой буханку на пробу.
Мужчина кашляет: — Губернатор узнает об этом.
— А мне насрать, — мрачно отвечает Большой Ди.
В конце концов мужчина отползает на несколько метров, вскакивает на ноги и выбегает вон, как та мразь, которой он и является. Когда открывается входная дверь, я вижу, что с неба падает крупными хлопьями снег, покрывая тротуар белым.
Отлично. Дорога домой будет весёлой.
Большой Ди поворачивается ко мне, хмурясь: — Ты в порядке?
Управляющий баром, Си Джей, подходит к нему, смотрит на нас и жестами спрашивает: «Что я пропустил?»
Я говорю и одновременно показываю жестами: — Ничего необычного. — Я обхватываю себя руками за живот, чтобы скрыть дрожь, и вижу выражение глаз Большого Ди. То самое, которое говорит: он не верит ни единому моему слову. — Клянусь, я в порядке. Полностью в порядке.
Он приподнимает бровь, скрещивая на груди свои мускулистые, покрытые татуировками руки: — Почему бы тебе не уйти пораньше? Я оплачу тебе это время.
Я качаю головой. — Не оставлю вас без персонала.
— Как-нибудь справимся. Сегодня и так мало народу, всё-таки сочельник.
Я закусываю нижнюю губу и оглядываю зал. Здесь и правда довольно тихо.
— Ты уверен?
— Девушка, вали отсюда. — Джен игриво толкает меня локтем, улыбаясь. — Проведай отца.
Я смотрю на часы, которые висят над баром и отмечаю, что времени до того, как он ляжет спать, ещё достаточно.
— Да, наверное, так и сделаю. Спасибо. — Я поднимаю поднос с пола и кладу его на ближайшую барную стойку, затем поворачиваюсь к подсобке для персонала. — Счастливого Рождества, — бросаю я через плечо. Быстро разворачиваюсь и, иду задом наперёд, показываю жестами: «Счастливого Рождества», Си Джею, который также жестами отвечает мне, ухмыляясь.
— Итак… — Джен идёт рядом со мной. — У тебя было время подумать об этом?