Страница 7 из 16
Я пыталась делать, как он говорил. Сначала было неловко, неудобно. Мой язык неуклюже скользил по его члену, и я чувствовала, как он становится твёрже в моём рту.
— Хорошо, — выдохнул он. — Медленнее. Чувствуй меня.
Я закрыла глаза и сосредоточилась на ощущениях. Я чувствовала его пульс, его жар, его желание. И это передавалось мне. Мои бёдра сжались, и я поняла, что возбуждаюсь от этого, от его власти надо мной.
— Обхвати его рукой у основания, — сказал он. — Не только ртом, но и рукой.
Я подчинилась. Его член был горячим и гладким, и когда я сжала его пальцами, он застонал. Этот звук подействовал на меня как катализатор. Я поняла, что он тоже уязвим. Что он тоже зависит от меня.
— Глубже, — приказал он, и его рука надавила на мою голову, заставляя меня взять его глубже. Я почувствовала, как головка коснулась моего горла, и я подавилась, закашлялась.
— Дыши носом, — сказал он, ослабляя давление. — Привыкай. Ты должна научиться брать меня целиком.
Я сделала глубокий вдох через нос и снова взяла его в рот. Теперь я двигалась быстрее, чувствуя, как его член скользит по моему языку, касаясь нёба. Его стоны становились громче, дыхание прерывистее.
— Анна... — выдохнул он. — Ты такая искусная. Ты даже не представляешь, как это приятно.
Он начал двигать бёдрами навстречу моим движениям, входя в мой рот всё глубже. Я чувствовала, как он наращивает темп, как его тело напрягается, и поняла, что он близок.
— Не останавливайся, — прохрипел он. — Прими всё.
Его пальцы сжали мои волосы, и он кончил мне в рот. Я почувствовала его семя на своём языке — солёное, тёплое, и у меня было мгновение, когда я хотела выплюнуть. Но он не дал.
— Проглоти, — сказал он властно. — Это приказ.
Я сглотнула, чувствуя, как его семя стекает по горлу. Он отступил на шаг, и я подняла на него глаза. Его лицо было расслабленным, удовлетворённым. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его взгляде я увидела не только торжество, но и нечто тёплое, почти нежное.
— Ты была великолепна, — сказал он, протягивая мне руку. — Вставай.
Я взяла его руку, и он помог мне подняться. Мои колени дрожали, и я не могла смотреть ему в глаза. Я чувствовала себя грязной и одновременно странно освобождённой.
— Ты злишься? — спросил он, приподнимая мой подбородок.
— Я не знаю, — честно ответила я. — Я чувствую себя... странно.
— Это нормально, — он поцеловал меня в лоб. — Ты привыкнешь. Со временем ты будешь делать это с удовольствием. Я сделаю так, чтобы тебе нравилось.
— Ты не можешь заставить меня любить это, — возразила я.
— Я могу заставить тебя хотеть этого, — он улыбнулся. — И ты уже хочешь. Ты просто боишься признаться.
Он был прав. И это было самым страшным. Потому что в глубине души я понимала: я хочу, чтобы он снова взял меня, чтобы я чувствовала его вкус, чтобы он смотрел на меня с этим тёмным огнём в глазах.
— Иди в душ, — сказал он, отпуская меня. — А потом мы поедем знакомиться с моими партнёрами. Ты должна выглядеть безупречно.
Я пошла в ванную, и когда закрыла дверь, прислонилась к стене, чувствуя, как слёзы душат меня. Я плакала от стыда, от унижения, от того, что мне понравилось. Я ненавидела его. Но я хотела его снова.
И это было началом моего падения.
Через час я стояла перед зеркалом в новом платье, которое Тимур приказал доставить. Оно было чёрным, облегающим, с глубоким вырезом, открывающим мою грудь. Я выглядела соблазнительно и опасно.
— Ты прекрасна, — сказал он, подходя сзади и целуя меня в шею. — Ты станешь моей короной на этом мероприятии.
— Я не твоя корона, — ответила я, но мой голос звучал неуверенно. — Я твоя пленница.
— Пленница, которая только что доставила мне невыразимое удовольствие, — прошептал он, и я почувствовала, как его рука скользнула по моей талии. — И которая будет делать это снова и снова.
Он взял меня за руку, и мы вышли из дома. В машине он молчал, но его пальцы поглаживали мою ладонь, посылая электрические импульсы.
— Я хочу, чтобы ты знала, — сказал он, когда мы приближались к ресторану. — Ты не просто игрушка для меня. Ты — моя жена. И я буду защищать тебя. Но ты должна быть верной. Ты должна принадлежать только мне.
— У меня нет выбора, — горько ответила я.
— Выбор есть всегда, — он повернулся ко мне, и его взгляд был серьёзным. — Ты можешь сопротивляться и страдать. Или ты можешь принять это и наслаждаться. Я даю тебе всё, что у меня есть. Всё, кроме свободы. Но, может быть, со временем я дам и её.
Я не ответила. Я просто смотрела на него и думала о том, что этот человек, который купил меня, который заставил меня встать на колени, который учит меня покорности, всё-таки обещает мне что-то большее. Или это просто ловушка?
Мы вошли в ресторан, и я почувствовала на себе взгляды. Все смотрели на меня. На Тимура. На нас. Я была его женой. Его трофеем. Его пленницей.
Но когда он взял меня за руку и улыбнулся мне, я поняла, что готова играть эту роль. Пока что готова.
А что будет потом — покажет время.
Глава 5. Награда за послушание
Вечер в ресторане прошёл как в тумане. Я улыбалась нужным людям, отвечала на вопросы о нашей свадьбе, делала вид, что счастлива. Тимур держал меня за руку почти всё время, и его большая ладонь согревала мои пальцы. Иногда он наклонялся ко мне и шептал что-то на ухо — комплименты, инструкции, лёгкие шутки, которые заставляли меня краснеть. Я чувствовала себя актрисой в театре, где зрители не знают, что спектакль фальшивый.
Но когда мы вернулись в особняк, тишина, наступившая в холле, ударила меня как холодный душ. Я снова оказалась наедине с ним — с человеком, который купил меня, который заставил меня встать на колени, который вошёл в мою жизнь как ураган.
Тимур снял пиджак и небрежно бросил его на кресло. Он подошёл ко мне и взял за подбородок, приподнимая моё лицо так, чтобы я смотрела ему в глаза.
— Ты была великолепна сегодня, Анна, — сказал он с искренней теплотой в голосе. — Я горжусь тобой.
— Вы уже говорили это, — ответила я, пытаясь сохранить равнодушие.
— Но я говорю это снова. И не только про ужин. — Его пальцы скользнули по моей щеке, и я замерла. — Ты была прекрасна этим утром. Когда стояла передо мной на коленях. Ты делала это так, как будто всю жизнь только этим и занималась.
Я покраснела. Воспоминание о том, как я брала его в рот, снова вспыхнуло в моей голове, и я почувствовала, как кровь приливает к щекам.
— Я делала это только потому, что вы приказали, — выдавила я.