Страница 14 из 16
Он сделал глоток и отставил бокал в сторону. Его глаза потемнели, и я поняла, что он снова хочет меня.
— Ты такая красивая, — сказал он, проводя пальцем по моей щеке. — Ты даже не представляешь, как я хочу тебя.
— Я представляю, — я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло. — Я чувствую это в каждом твоём прикосновении.
Он притянул меня к себе и поцеловал. Поцелуй был медленным, глубоким, наполненным всей его любовью. Его руки скользнули по моему телу, снимая одежду, и я отвечала ему, помогая ему избавиться от его.
Мы лежали на ковре перед камином, и языки пламени танцевали на наших обнажённых телах. Тимур смотрел на меня с благоговением, как будто я была произведением искусства.
— Я хочу запомнить каждую секунду, — прошептал он, проводя рукой по моей груди. — Ты — моя муза. Моя вдохновение. Моя жизнь.
— Ты — моя жизнь, — ответила я. — И я хочу, чтобы эта ночь была особенной.
Он опустился на колени и начал целовать моё тело, начиная с моих губ, скользя к шее, к груди, к животу. Каждое прикосновение его губ и языка вызывало во мне дрожь. Я лежала, закрыв глаза, и наслаждалась его ласками.
— Ты такая нежная, — прошептал он, опускаясь ниже. — Я хочу пробовать тебя, чувствовать тебя, вдыхать тебя.
Он раздвинул мои ноги и начал ласкать меня языком. Я застонала, чувствуя, как его язык скользит по моему клитору, дразня, возбуждая. Он умело находил каждую точку, заставляя меня извиваться под ним.
— Ты любишь это? — спросил он, отрываясь на мгновение.
— Да, — выдохнула я. — Пожалуйста, продолжай.
Он снова опустился к моему лону, и я почувствовала, как его язык проникает внутрь, имитируя движения члена. Я вцепилась в его волосы, притягивая его ближе, и он застонал от удовольствия.
— Ты такая влажная, — прошептал он, отрываясь. — Я хочу чувствовать тебя внутри.
Он поднялся надо мной, и я увидела в его глазах тёмный огонь. Он медленно вошёл в меня, и я застонала, чувствуя, как он заполняет меня полностью.
— Ты чувствуешь меня? — прошептал он, начиная двигаться.
— Да, — я обхватила его ногами, притягивая к себе. — Я чувствую тебя каждой клеткой.
Он двигался медленно, глубоко, и я чувствовала, как каждое движение приносит мне наслаждение. Он целовал мои губы, мою шею, мою грудь, и я отвечала ему, погружаясь в мир, где существовали только мы двое.
— Я люблю тебя, Анна, — прошептал он, ускоряясь. — Я люблю тебя больше жизни.
— Я тоже, — выдохнула я, чувствуя, как волна наслаждения поднимается внутри меня. — Я всегда буду любить тебя.
Мы кончили вместе, и я закричала от удовольствия, чувствуя, как его семя изливается внутрь меня. Он продолжал двигаться, пока последние судороги не затихли.
Мы лежали, обнявшись, и я чувствовала, как его дыхание касается моей шеи. Камин всё ещё горел, и его свет окутывал нас тёплым сиянием.
— Давай поженимся по-настоящему, — сказал он, и я замерла. — Не по контракту, а по любви. Я хочу, чтобы ты стала моей женой по-настоящему.
— Ты серьёзно? — я подняла голову и посмотрела ему в глаза.
— Абсолютно, — он погладил мою щёку. — Я хочу, чтобы мы были вместе до конца. Чтобы у нас были дети, дом, семья. Чтобы мы состарились вместе.
Слёзы счастья потекли по моим щекам.
— Да, — прошептала я. — Да, я хочу этого.
Он обнял меня крепче, и я чувствовала, как его сердце бьётся в унисон с моим.
— Я сделаю тебя самой счастливой женщиной на свете, — сказал он. — Обещаю.
— Я уже самая счастливая, — ответила я. — Потому что у меня есть ты.
Я закрыла глаза, наслаждаясь моментом. А когда открыла их снова, поняла, что всё это было сном.
Я лежала одна в своей комнате. Светало. За окнами только начинал просыпаться город. И никакого Тимура рядом не было.
Я спустилась вниз, зашла в его кабинет и увидела его. Настоящего. Холодного. Чужого.
Он сидел в кресле в своём кабинете и смотрел на меня с холодным, бесстрастным лицом.
— Контракт заканчивается завтра, Анна, — сказал он, и в его голосе не было любви. — Я подготовил для тебя документы на квартиру и счёт в банке. Ты свободна.
Я смотрела на него, не в силах поверить своим ушам. Где тот Тимур, который клялся мне в любви? Где тот Тимур, который обещал вечность? Его глаза были пустыми, как у чужого человека. Но я заметила, как дрогнули его пальцы, когда он протянул мне документы. Он делал это через силу.
— Ты... ты прогоняешь меня? — выдавила я, и голос дрожал.
— Я освобождаю тебя, — сказал он, и его лицо оставалось непроницаемым. — Ты сделала свой выбор. Я сдержал слово. Теперь ты можешь уйти.
Я чувствовала, как мир рушится вокруг меня. Всё, что было между нами, всё, что я чувствовала — было ли это правдой? Или это был просто спектакль?
— Ты не любишь меня, — прошептала я, и слёзы покатились по щекам. — Ты никогда не любил меня.
Он молчал. Он просто смотрел на меня с этим ледяным выражением лица, и я знала, что это конец.
Я развернулась и выбежала из его кабинета, чувствуя, как сердце разбивается на тысячи осколков.
Я не знаю, как добралась до своей старой квартиры. Но когда я вошла в пустую комнату, я рухнула на пол и зарыдала. Всё, что я думала о нас, оказалось ложью. Он никогда не любил меня. Он просто играл свою роль.
Я сидела на холодном полу, обхватив колени руками, и плакала, чувствуя, как боль разрывает меня изнутри. Я не знала, что делать. Я не знала, как жить дальше.
И в этот момент я поняла, что потеряла не просто мужа. Я потеряла свою любовь. Свою надежду. Себя.
Я не заметила, как прошло время. Зазвонил телефон, но я не ответила. Снова зазвонил, и снова. На десятый звонок я не выдержала и ответила.
— Анна! — голос Тимура звучал отчаянно. — Где ты? Ты в порядке?
— Зачем тебе знать? — ответила я с горечью. — Ты же сам прогнал меня.
— Я не прогонял тебя, — его голос дрожал. — Я пытался защитить тебя. Я не хотел, чтобы ты страдала. Я думал, что тебе будет лучше без меня.
— Лучше? — я засмеялась истерично. — Лучше? Я люблю тебя, Тимур! Как я могу быть лучше без тебя?
— Я тоже люблю тебя, — сказал он, и я услышала слёзы в его голосе. — Я просто... я боялся, что ты решишь остаться из-за чувства долга. Я хотел, чтобы ты сделала выбор свободно. Поэтому я сделал вид, что не люблю тебя.
— Ты... ты что? — я не могла поверить своим ушам.
— Я дурак, — сказал он. — Самый большой дурак на свете. Я хотел, чтобы ты ушла, если захочешь. Но я не переживу, если ты уйдёшь. Я люблю тебя, Анна. Я всегда любил тебя.