Unknown

Только я настроилась погоревать об этом, как с лестничного пролёта донеслись шаги. Кто-то отчётливо громыхал каблуками. Такой шаг мог принадлежать только истинным хозяевам школы – завучу или директору. Пересекаться с завучем во время уроков – не лучшая идея. В её глазах любой ученик, разгуливающий по школе вместо урока, заведомый преступник. Будь у него хоть дипломатическая неприкосновенность.

На цыпочках я подкралась к туалету. Каблуки стучали уже совсем рядом. По инерции я снова чуть не вошла в женский, но вовремя спохватилась. Отворив соседнюю дверь, я юркнула внутрь. Шаги стихли прямо возле меня. Скрипнула петля, и... Слава богу. Завуч зашла в другой.

Ладно, это было ожидаемо.

Я опёрлась о стену и выдохнула. Эхо каблуков доносилось даже оттуда. Завуч прошла дальше, к кабинкам, и внезапно раздался гневный окрик. Судя по тембру, это точно была завуч. Похоже, она кого-то застукала. Так – это уже интересно!

Я подкралась к источнику звука. Лучше всего было слышно в одной из кабинок. Вероятно, действо происходило прямо за ней. Втиснувшись между бачком и умывальником, я приложила ухо к стене.

– Сара! Ну это уже ни в какие ворота! – послышался приглушённый голос женщины среднего возраста.

– «Ба, да это же Сара!» – хихикнула я про себя. – «Действительно, что она там забыла?»

За стеной что-то невнятно пробубнили.

– «Чёрт, можно же как-то...» – Я осмотрела кабинку, пытаясь понять, как тут расположиться нормально.

Ранее было не до того, но сейчас я заметила, что вместо старых общественных туалетов они наворотили какую-ту хрень. Сам умывальник сдвинули вправо, а рядом втиснули непонятную, типа, «кассу». Смысл этой штуки от меня ускользал. На месте окошка крепилась странная дощечка из пластика. Судя по щеколде и петлям, она могла открываться. Как дверца или форточка. Дощечка находилась примерно на уровне пояса, и слышимость возле неё была явно лучше.

Я присела на корточки возле дощечки. В противоположной кабинке завуч продолжала отчитывать Сару:

– Ну и плевать! Быстрее переведусь, значит, – пререкалась Сара. По какому поводу – я не расслышала. Видимо, из-за прогула?

– Да куда ты так спешишь-то, я не понимаю?! Ну, надень ты эту тряпку и всё, прости господи.

– Нет! Это я тоже не буду!

– Господи, как же с вами сложно, – вздохнула завуч.

«Стоп... Какую «тряпку»? О чём они?» – попыталась вспомнить я. И вскоре меня осенило: – «А-а-а! Она же эта. Из этих...»

Всей сути я, конечно, не знала, но тут не нужно быть мега-мозгом, чтобы сопоставить все факты. Восточная внешность, скромно одевается... Ну, голову хоть не покрывает, уж на том спасибо. Для неё и обычная-то школа – сплошной стресс. А с этой программой – так тем более. Но не отворачиваться же от подруги из-за этого! Монашка ебаная.

Вставлю-ка я здесь небольшую ремарку. Когда «NUDE» ещё только вводили – религиозные товарищи выторговали себе послабление. Когда начиналась «голая неделя», девушка или парень имели право отказаться от участия, если считали, что это противоречит их религиозным нормам. Но взамен они должны были неделю проходить в религиозной одежде. То есть девушки – во всяких хиджабах своих, парни тоже, не знаю, – рясу надеть или бороду накладную. Вроде бы решение всех устроило. Традиционалисты подумали, что они двух зайцев таким образом убили. И детей от разврата спасли, и ещё веру свою отстаивать побудили. Но на деле сработала обратная психология и всё получилось наоборот. Какая разница, что так, что эдак – всё равно ты будешь белой вороной. А во втором случае – ещё и трусливой белой вороной. Потому практика не прижилась. А там, где прижилась – там вообще лютый харам начался, вроде бурок на голое тело. От чего традиционалисты зверели и дышали огнём, аки демоны.

– Ну ладно Сара, – произнесла завуч. – Но прогуливать-то зачем? Не могла до дома дотерпеть?

Я приподняла бровь.

– А почему мальчикам можно, а мне нельзя? – ответила та.

– Что ты имеешь в виду?

– Вот это, – Сара щёлкнула затворкой прямо над моим ухом.

Я моментально отпрянула. Как оказалось, зря. Дощечка осталась на месте. Видимо, с другой стороны была точно такая же.

И всё-таки, назначение этих дощечек оставалось для меня загадкой. В женском и мужском туалете появились странные дверцы с щеколдами... Раньше их не было. По логике вещей, если их отодвинуть, то там будет...

Временно я решила отвлечься от них. В соседней кабинке была аналогичная форточка, где я и решила проверить свою догадку. Приоткрыв её, я обнаружила небольшое отверстие, обклеенное силиконом. Слишком мелкое, чтобы втиснуть руку... Но достаточное, чтобы пропихнуть нечто другое. С противоположной стороны отверстие закрывала такая же дверца. Судя по расстоянию, стена между туалетами оказалась не больше дюйма.

Всё очевидно. Это дырки для членов.

Дырки! Для членов! В школьном туалете!

– «Давно их сделали?» – нахмурилась я. Видимо, ещё на каникулах. Я просто не обращала на них внимания. Как правило, я вообще не ходила в школьные туалеты.

Только сейчас я догадалась посмотреть на стенд, висящий над бачком. Обычно туда лепили разные предупреждения и политинформацию. Помимо стандартных предупреждений навроде «курение запрещено» там появились и новые. На одном из таких был изображён схематичный пенис, перечёркнутый красной линией. Ниже надпись – «мастурбация запрещена». Под ним был ещё один знак: пенис просунут сквозь стену, где упирается в рот с высунутым языком. Всё это в зелёном кружке. Третий знак: возле урны разбросана бумага и презервативы. «Соблюдайте чистоту» – гласила надпись. Четвёртый знак просто прекрасен: тот же член, просунутый через стену, а там на него замахивается рука с ножом. Снизу ссылка на уголовную статью – «членовредительство».

Я вернулась в кабинку и снова приложилась к форточке. Накал страстей за это время ничуть не убавился...

– ... Я правда не могу уже! – хныкала Сара. – В туалет уже нормально сходить невозможно! Тут постоянно какие-то девки тусуются. Просишь, чтобы они заканчивали, а они только издеваются. Выходят, а дырки эти не закрывают за собой.

– Хорошо, Сара. Я подумаю, что можно сделать, – завуч перешла на более снисходительный тон.

– Зачем их вообще сделали? Я понимаю, что это типа для развлечения, но девочкам-то это зачем? Ну, за исключением некоторых. Мне это наоборот, только мешает.

– Ох... Ну, во-первых, никто не заставляет тебя этим заниматься. А во-вторых, скажу по секрету: не обязательно прям «до конца» их додрачивать. Можешь просто потрогать и оставить.