Страница 7 из 58
В его жесте не было доминирования. Он не сжимал мои пальцы стальными тисками, не пытался «пометить» меня своим присутствием. Он просто подстраховывал. Его Альфа был вожаком, который защищает свою стаю, а не диктатором, который её ломает.
По вечерам мы сидели на старом причале у озера. Логан мастерил что-то из дерева — у него были удивительно ловкие руки, — а я настраивала свою камеру, пытаясь поймать тот самый миг, когда солнце тонет в верхушках елей. Мы могли молчать часами, без неловкости, просто потому, что нам было комфортно друг с другом.
Логан был чутким. Если он видел, что я расстроена после очередной стычки с родителями, он не лез с допросами. Он просто приносил мне горсть диких цветов или звал смотреть на то, как туман сползает с гор. В его мире не было каст, не было «чистых» и «пустых». Были только горы, лес и мы.
Он был воплощением добра, лишённого корысти. Однажды он полночи просидел со мной в сарае, отогревая брошенного котенка, которого мы нашли в лесу. Я смотрела на его сосредоточенное лицо, на то, как он осторожно касается крошечного тельца своими огромными руками, и понимала: вот это — сила.
Там, в Уайт-Ривер, я по-настоящему жила. Без вечного ожидания удара в спину. Я была просто Мими, которую Логан любил за то, как она смеётся, когда холодные брызги воды из озера летят ей в лицо.
Как раз с ним, я планировала провести свой день рождения. Конечно в тайне от Моргана. Черт. Придется придумать оправдание перед тем как уехать.
Остаток дня пролетел незаметно, сидя под трибуной у стадиона. Настроение было паршивым, радовало только одно, скоро должен приехать Морган. Достав телефон, написала ему сообщение, что буду ждать у колледжа и продолжила ждать, рассуждая о несправедливости жизни.
Вышла из колледжа ровно в шесть, едва передвигая ноги. Воздух на улице казался слишком тяжелым.
Чёрный внедорожник Моргана уже ждал у обочины. Его мотор глухо рычал, вибрируя в такт моей дрожи. Я подошла к машине, стараясь идти ровно, хотя в боку кололо так, будто там застрял осколок стекла.
Дверь открылась. Я села на кожаное сиденье, и аромат дорогого парфюма Моргана внезапно показался мне удушающим. Я не смотрела на него. Я просто уставилась в лобовое стекло, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. Старалась с острить, но вышло нелепо.
По пути, мы о чем-то недолго болтали, конечно он уже знает, что у родителей намечается очередной недельный запой. От Моргана мало что удается скрыть, в какой-то степени, за это я его и люблю, он никогда не задаёт лишних вопросов. Может это издержки его "работы" или уважение к ситуации в которой я живу. Не знаю, но благодарна.
Оставшаяся дорога прошла в тишине. Голова кружилась, благо удар был не настолько сильный чтобы вызвать сотрясение или помутить мой рассудок.
Заходя в пентхаус Мора, я уже чувствовала себя лучше, он накупил кучу моей любимой еды, что не не могло не вызвать улыбку.
Я ковыряла палочками лапшу, стараясь выглядеть непринужденно и не морщиться от каждого движения. Ребра ныли так, будто туда забили по гвоздю, а в голове всё ещё крутился смех Эшли и звук удара моего затылка о кафель.
— Тебе нужно отдохнуть, ты же всё равно не расскажешь мне, что случилось. Я сам узнаю, — бросил Морган, прерывая мой бессвязный лепет про философию.
Я замерла. Его голос прозвучал так глухо и в то же время так... надежно. Я подняла на него взгляд. Он стоял у кухонного острова, бледный, в своей черной майке, и его татуировки на руках казались какими-то древними знаками защиты. Мой прекрасный, обожаемый «старший брат».
В такие моменты я готова была благодарить всех богов за то, что он у меня есть. Пока мои родители тонули в бутылке, Морган всегда был рядом. Он был моей стеной. Моей личной крепостью, куда не могли дотянуться грязные руки Джоша или ядовитые слова омежек из колледжа. Он и Логан единственные, кто не смотрели на меня как на «пустую» бету.
— Пойдем в гостиную. Выберем какой-нибудь фильм. Тебе нужно отключить голову, — добавил он, и я просто послушно кивнула.
Мне не хотелось спорить. Не сегодня. Сегодня мне просто нужно было, чтобы он был близко. Мы перешли на огромный кожаный диван. Я постаралась сесть так, чтобы не тревожить отбитый бок, и подтянула колени к подбородку
– Выбери что-нибудь старое, Мор... Чтобы всё было понятно. Плохие парни, хорошие парни. И чтобы в конце справедливость торжествовала, — прошептала.
Я чувствовала, как от Моргана исходит какая-то тяжелая, вибрирующая сила. Она не пугала меня, наоборот — она убаюкивала, создавая вокруг нас кокон, в котором я наконец-то могла не скалиться и не держать удар. Я ведь бета, я не чувствую всех этих альфьих штук, но его забота... она ощущалась кожей.
Он сел рядом. Близко. Так близко, что я чувствовала жар, исходящий от его кожи, и этот его фирменный запах — лед и дорогой табак. Я прикрыла глаза, на мгновение позволив себе слабость. Какое мне дело до Эшли, до «истинных пар» и всей этой кастовой шелухи, когда у меня есть он? Мой Морган. Мой единственный настоящий человек в этом городе.
Я просто знала: пока я здесь, я в безопасности. И через три дня, когда мне исполнится восемнадцать, всё станет ещё проще. Ведь он обещал, что будет защищать, сколько бы раз я не отказывалась от протянутой им руки.
Экран телевизора мерцал холодным голубым светом, выхватывая из темноты бледный профиль Моргана. Я сидела совсем рядом, чувствуя кожей его тяжелую, ледяную ауру. В этот момент он казался мне единственным островком нормальности в океане дерьма, в который превратилась моя жизнь. Мой Мор. Мой щит. Мой единственный «человек».
Я повернулась к нему, чтобы что-то сказать про героя фильма — какую-то глупую шутку, чтобы разрядить это липкое напряжение. Но слова застряли в горле.
Морган не смотрел на экран. Он смотрел на мои губы. Его глаза в полумраке светились нехорошим, расплавленным золотом, а зрачки сузились так, что походили на звериные. В следующую секунду мой мир не просто пошатнулся — он разлетелся вдребезги.
– Мор..
Он подался вперед так резко, что я не успела даже вскрикнуть. Сначало невесомо, а потом его губы, сухие и жесткие, впились в мои с такой яростью, будто он хотел меня выпить. Первый шок сменился осознанием, от которого внутренности скрутило в ледяной узел.