Страница 21 из 58
Глава 6
Морган.
Две недели без неё превратили особняк Моргана в склеп, пропахший застарелым табаком, виски и едва сдерживаемой, первобытной жарой. Он не спал — он выжидал, как раненый хищник в засаде, изводя охрану и ищеек до состояния полуобморока. След оборвался на юге штата, в паршивом городишке, где дожди смыли последний намек на её запах.
"
Она одна там
", — рычал внутренний голос, скребя когтями изнутри черепной коробки. — "
Её касаются чужие взгляды. Чужие запахи. Моя пара гниёт где-то, пока ты сидишь в кожаном кресле и перебираешь бумажки! Найди её и сломай ей ноги, чтобы больше никогда не смела сделать и шага от меня!"
Морган раздавил очередной стакан в руке. Осколки впились в ладонь, но он даже не поморщился. Физическая боль была ничем по сравнению с этой черной дырой в груди, где раньше была Мими.
— Морган, — Декстер вошел осторожно, держась на расстоянии. Его лицо было серым от усталости. — Мы прочесали юг трижды. Информаторы молчат. Возможно... возможно, стоит на время прекратить активную фазу? Город на взводе, твои рейды по притонам привлекают слишком много внимания.
Морган медленно поднял голову. Его глаза, налитые кровью, полыхнули золотом.
— Если ты еще раз скажешь слово «остановить», я вырву тебе язык, Декстер. Ты меня понял? Сжигайте города, если потребуется, но приведите её ко мне.
Декстер промолчал, отступая. Он знал, что Морган за гранью.
Вечером в кабинет вошел тот, кого Морган ненавидел и уважал одновременно. Его отец — глава штата, человек, чье слово было законом и в залах суда, и в подворотнях.
— Ты позоришь нашу кровь, сын, — голос отца был ледяным. Он сел напротив, не снимая пиджак — Из-за девчонки-беты ты парализовал работу подполья. Твои люди вместо сбора дани ищут её в южных лесах. Остановись. Она того не стоит. Беты — это расходный материал.
Морган подался вперед, и аура Первородного Альфы в комнате стала такой тяжелой, что стаканы на баре жалобно зазвенели.
— Она — не бета, — выцедил Морган, и его голос сорвался на рык. — Она — моя пара. И если ты встанешь между нами, отец, я забуду о родстве. Уходи.
"
Убей его,
" — подначивал Альфа внутри. — "
Он
хочет отнять нашу самку. Он хочет, чтобы ты сдался. Никто не имеет права указывать вожаку, что делать с его собственностью
!"
Отец ушел, оставив после себя шлейф разочарования, но Моргану было плевать. Он подошел к карте штата, висевшей на стене, и ударил кулаком прямо в южную часть.
— Я найду тебя, Мими, — прошептал он, и в этом шепоте было больше угрозы, чем во всех приказах до этого. — И когда я найду тебя, ты будешь знать только мои руки и мой запах.
Эти две недели превратили его в монстра. Он стал тем, кем был рожден — охотником, чья добыча посмела возомнить себя свободной, в стихийное бедствие. Особняк задыхался от его ярости, а улицы города заливало страхом. Тот Альфа, которого все привыкли видеть в дорогих костюмах, исчез. Остался первобытный зверь, чья пара пропала, и этот зверь хотел крови.
—"
Рви их! "—
выл внутренний голос, когда Картрайт входил в очередной подпольный притон, на южной границе штата. — "
Они знают, где она прячется. Они вдыхали её запах и не сказали тебе! Вырви им глотки за это молчание!"
За все это время, Морган не просто выбивал долги — он выжигал всё, что стояло на его пути. Местные авторитеты, которые еще месяц назад пытались торговаться за проценты с поставок, теперь забивались в самые темные углы своих кабинетов, стоило им услышать рокот его машины.
В одном из притонов он схватил за горло местного «короля» улиц, приподнимая его над полом. Кости в шее бедолаги жалобно хрустнули под стальной хваткой Моргана.
— Где она? — голос Альфы был тихим, лишенным эмоций, и от этого — смертоносным.
— М-морган… мы не знаем… клянусь… — хрипел мужчина, обливаясь холодным потом. — Юг большой… она могла уйти в горы…
Морган швырнул его в стену, как тряпичную куклу. Огромное зеркало за спиной мужчины разлетелось вдребезги.
— Если через час у меня не будет списка всех домов, сданных в аренду бетам за последние три дня, я лично сожгу этот район. Со всеми вами внутри.
Декстер, стоявший в дверях, лишь молча поправлял очки. Он видел, как враги Моргана бледнели при одном его взгляде. Слухи о «бешеном Первородном» разлетались быстрее лесного пожара. Группировки, годами конфликтовавшие с его семьей, добровольно присылали гонцов с выплатами и информацией, лишь бы Морган не пришел к ним лично. Гнев Альфы был настолько осязаемым, что обычные беты теряли сознание от одного давления его ауры.
Он приходил в дом её семьи, избивая Джоша до полусмерти, пока его жена тряслась в углу у старого шкафа. Морган заходил в её комнату, осматривал вещи, писал сообщения в которых не отражалась и малая часть его личного ада, в попытке усыпить её бдительность.
— "
Сли
шком медленно!" — подначивал Альфа внутри, когда Морган в очередной раз перерывал бумаги в кабинете. — "
Они смеются над тобой! Они прячут мою бету! Заставь их страдать так, как страдаем мы без неё."
В голове всплывали воспоминания — те дни, когда маленькая Мими ещё жила в своём доме, с родителями, до того, как бизнес её отца рухнул…
Тогда всё было иначе. Морган приезжал к её дому почти каждый вечер — не как будущий хозяин её судьбы, а как «друг семьи». Он парковал внедорожник у ворот, выходил, небрежно кивал Джошуа Кольту, если тот был во дворе, и шёл к Мими.
Однажды он застал её на крыльце — она сидела, обхватив колени, и смотрела на закат. Её глаза были красными — она плакала, но пыталась это скрыть.
— Опять отец? — спросил Морган тихо.
— Не твоё дело, — огрызнулась она, но голос дрожал.
Он не стал настаивать. Просто сел рядом, достал телефон и напечатал сообщение — прямо при ней:
«Прости, что был груб сегодня. Давай завтра сходим в кино?»
Она прочитала сообщение, подняла на него глаза — в них ещё стояли слёзы, но уже появилась искорка любопытства.
— Зачем ты пишешь мне, когда сидишь рядом? — спросила она.
— Потому что так ты точно не проигнорируешь, — усмехнулся он.
Это было начало его тактики. Он писал ей сообщения с извинениями, обещаниями, шутками — всё, чтобы она расслабилась, поверила, что он просто друг. Но внутри уже тогда Альфа рычал: «Она будет моей. Рано или поздно».